Выбор судьбы - Диана Курамшина Страница 8

— Всю жизнь прожить одной, отпевая умирающих незнакомцев?.. — яростно прошипел, резко придвинувшись к женщине.

— … всего лишь малая часть того, что ждёт тебя на пути служения Маре!

— О! Только не надо мне сейчас про спасение мира говорить! — жёстко оборвала собеседницу. Такой канонический бред терпеть я уже не могла. Внутри меня ощущалась огромная дыра в которой завывала пурга.

— На тебе ответственность за жизнь рода и связанных с ним людей.

— Я никому и ничем не обязана! — прокричала в ответ, сжимая кулаки. — А тем более Любава!

— Мара дала тебе новую жизнь, — невозмутимо произнесла Преслава.

Кажется, чем больше я злилась, тем спокойнее та становилась.

— Спасибо ей за это, но становиться жрицей Нави я не собираюсь. У меня другие планы!

Собеседница прикрыла глаза и тяжело вздохнула.

— Я уже трижды освобождала девушек от служения, приняв их участь на себя. Больше не получится. Моё время пришло.

— Что это значит?

— Уже три раза выбирали новых жриц мне на замену, но ни одна из них не захотела себе подобной участи. И я проводила обряд «переложения», продлевая срок своей службы. Взамен отпуская их обратно в мир.

В этот момент Преслава показалась мне особенно уставшей и опустошённой.

— Четвёртый провести уже не смогу. Чувствую дыхание Госпожи за спиной. Не позволит. Мне нужно подготовить замену, или быть беде.

— Я не согласна. Обряд выбрал Любаву. А она, как вы знаете, мертва. Моя душа не имеет к этому отношения! — ответила, внутренне дрожа. Вот бы я ещё в своё время так могла моему шефу отпор давать.

— Ты осознаёшь, чем это грозит роду? — мягко спросила женщина. — Кикиморы и мавки выйдут из повиновения. С моим уходом большая часть сущностей может погибнуть.

— Просто выберите кого-то другого и всё! — решила додавить, почувствовав возможность. — Не надо вешать свои проблемы на меня!

Я собой гордилась. Наконец, смогла отстоять своё мнение, а не идти на поводу.

Преслава прикрыла глаза и покачала головой, будто решая, сказать мне что-то большее или нет. Помолчала, недолго. Когда её веки приподнялись, я поняла, что передо мной уже не жрица. Зелёные радужки ярко светились и казалось, что в них закручивается завораживающая спираль. Волосы женщины потемнели, словно окутавшись мглою. В комнате стало ощутимо холодно.

— Ты считаешь, душа, что ничего мне не должна? — произнесла та грудным голосом.

— Спасибо Вам, что дали второй шанс, — ответила, приложив руки к сердцу и пытаясь изобразить поклон в кресле. Смотрелось, конечно, курьёзно, но учитывая мои ограниченные возможности… Мара восприняла его, как должное и чуть склонила голову, принимая благодарность.

— Но разве я давала обет служения?

Честно говоря, ничего об общении с владычицей Нави «там», я не помню. Неужели что-то наобещала? Вряд-ли. Я даже обычные контракты несколько раз перечитываю, перед подписанием. А тут, не разобравшись в условиях… но ведь, наверное, можно опротестовать, заявив, что не поняла всей полноты задачи. Интересно… меня отправят обратно на «мост»?

— Нет, душа. Ты просто хотела жить и дала слово в новой жизни заботиться о ближних, не взирая на их вид. Уверяла, что в тебе нет предрассудков.

— Так я и не против. Но разве нельзя сделать это, не обрекая себя на вечное одиночество?

— Уходит любовь… уходят дети… даже желания быстротечны. И только служение благой цели остаётся неувядающим источником…

— Повторю… я не против помогать, — перебила богиню. — Вот заработаю денег…

— Ну, вот… — расхохоталась она. — Ты думаешь и говоришь только о презренном металле.

— Чего же вы хотите? — я совершенно ничего не понимала.

— Ты думаешь единственное, что делают мои прислужницы, это провожают души умерших на Калинов мост? О, нет… забот у них гораздо больше. Всё вокруг требует пригляда. В лесу лешие и кикиморы, в реке — мавки и водяные... Болотники, багряники, шишиги и полевые... Не говоря уже о домовых и других духах.

— И причём тут это? — безмерно удивилась.

— Все они — навь, а значит, часть моего царства. Там, где нет моего служителя, не смогут жить и они. Всё просто.

— Да, люди только обрадуются, если всякой нежити станет меньше в округе! Мало что ли у них своих проблем, чтобы волноваться ещё и об этом… Всё окрест поспокойнее будет! Никого в воду не утянет, да в лесу не заблудится!

— Уверена? — неожиданно улыбнувшись спросила Мара.

— Конечно!

— Ну, хорошо... Готова ли ты нести ответ за своё решение?

— Естественно! — уж очистить округу от всякой бесовщины явно благое дело.

Богиня протянула руку и из её пальцев заструилась зелёная дымка. Та скользнула в мою сторону и обвив кисть, впиталась в кожу.

— Как закончится время Преславы, на земли твоего рода не придёт другая жрица. Навь постепенно покинет край, как ты считаешь, к вящей радости жителей.

Я расслабленно выдохнула. Но богиня ещё не закончила.

— Не думай о презренном металле. Не для этого души раз за разом возвращаются в мир. Ты… должна помогать людям. Вижу… есть желание лечить. Разрешаю! Будешь видеть причину болезни и сможешь её устранить.

— Да, в нашем городке прямо рай начнётся! — удивлённо хохотнула.

— Поверь мне, Правь от этого места будет очень далеко, — печально произнесла богиня.

Мы недолго помолчали глядя друг на друга.

— Так значит, я могу не проходить обряд посвящения? — спросила напоследок, чувствуя, что Мара «уходит». Мороз перестал так сильно сковывать мои конечности.

— Если сама не захочешь.

— Ну, уж…

Преслава тяжело опустилась на лавку, прикрыв глаза. Затем оглянувшись, нашла взглядом кружку с взваром и притянула к себе. Несколько раз тяжело вздохнув, словно набираясь с силами, она отпила пару глотков.

— Зря ты отказалась от сана жрицы, — глухо бросила женщина.

Больше не произнеся не слова, она тяжело поднялась и, выпрямив спину, удалилась.

— Ну что? — ворвавшаяся вскоре в комнату Беляна была встревожена. — Когда обряд?

— Его не будет, — ответила ей, улыбнувшись. — Мара меня отпустила.

Девушка ошеломлённо опустилась на лавку и вдруг весело рассмеялась. Последние слова Преславы сначала зародили какие-то сомнения, но открытый смех моей сиделки вернул душевное равновесие.

С этого момента, что-то изменилось. Я и раньше видела огоньки в доме. Но сейчас они стали принимать различные очертания. К примеру, возле очага, бледно-зеленоватый дымок порой ставился похожим на небольшого человечка. Иногда он вился у стола или перемещался к полкам с посудой. Несколько дней я исподволь наблюдала за ними.

А потом неожиданно заметила тёмные свечения, чем-то напоминающие слизи, что вдруг проступили на моих ногах и животе. Обнаружив их, с омерзением начала тереть, но ничего не получалось. В один день от злости как-то умудрилась схватить эту дрянь