(Не)желанная истинная северного дракона - Илана Васина Страница 5

Попыталась отодвинуться, но он не позволил. Удержал.

— Хочешь остаться без ног?

Я замерла, с трудом осознавая его слова.

Без ног?

О, великий Аругар… Настолько всё серьёзно?

Растерянно посмотрела на свои изящные сапожки из тонкой тиснёной кожи, уныло поникшие в луже — видимо, из растаявшего льда.

Утром я оделась непростительно легко. В Нок-таларе мы с Грегором могли в любой момент зайти в чайную лавку, чтобы согреться. Кто же знал, что свидание с женихом окончится для меня в снежной буре? При воспоминании о бывшем в груди тоскливо заныло, и я тряхнула головой, прогоняя мысли о нём. Предатель не достоин моих эмоций.

Мой блуждающий взгляд снова остановился на паре сапожек. Лужа под ними получилась большая — это сколько же льда образовалось во время полёта? Я вспомнила бурю и скорость, с которой мчался дракон, не обращая внимания на мои крики.

Просто в голове не укладывалось, что этот хищник сначала чуть не убил меня холодом, а теперь — спасает мои ноги.

Хотя… чему тут удивляться? Я нужна ему работоспособной.

— Это ведь ты вызвал снежную бурю, так? — не удержалась я. — Хотел наказать меня. А потом вспомнил, что для поиска мертвия я нужна тебе работоспособная. Поэтому помогаешь.

Мои глаза встретились с его взглядом. В синих радужках снова блеснули золотые искры. Он не сразу ответил. Лишь активнее принялся разминать мои ступни, и я почувствовала, как по ним разливается волна обжигающего тепла.

— Только глупые девы носят зимой летнюю обувь, — отчеканил он. — И только безумные злят снежного драгарха, а потом винят его в снежной буре.

Всего пара фраз, а столько информации навалилось, что на миг я опешила. Прикрыла глаза в попытке переварить услышанное. Так он — снежный драгарх? Значит, драконы называют себя драгархами? Получается, он не специально бурю призвал, а на эмоциях?

И всё же...

Я не обязана терпеть его дурное настроение. Если бы дракон не похитил меня, я заботилась бы сейчас об Олии в тишине и спокойствии родного дома.

— Только глупые драконы, — вспыхнула сердито, — похищают деву и надеются, что она не попытается ни сбежать, ни соврать.

Он так старательно смял мою ногу, что я снова дёрнулась, пытаясь освободиться.

— Дерзить тиарху опасно для жизни. Ты и правда безумна, раз этого не понимаешь.

— Я не знаю, кто такие тиархи. Но зато точно знаю, что Аргуар накажет тебя за то, что ты обижаешь сироту… даже двух сирот! В этом мире есть высшая справедливость, и она тебя настигнет, будь уверен! Даже, если ты дракон!

Его руки замерли на моей ступне. С минуту он молчал.

Затем медленно произнёс:

— Никто не смеет угрожать тиарху Северного Пика в его же собственном тиархоне. Не испытывай моё терпение, человечка.

Его голос звучал негромко, но вибрировал от напряжения — словно он пытался сдержать эмоции. Наверно, мне бы стоило промолчать, но столько переживаний выпало на один день, что выдержка дала слабину:

— Ты зря теряешь время со мной. Я не стану ничего искать. Оставь меня в покое, дракон, и сам ищи свой мертвий.

Внезапно его горячие ладони отпрянули от моих ступней. Сузились синие глаза с золотистыми искрами. Лицо тиарха превратилось в холодную маску. Я вдруг поняла, что он страшнее, когда молчит…

— Как скажешь, дева.

Мужчина поднялся на ноги. Гигантская фигура отбросила пляшущие тени на стены пещеры, когда он направился к выходу и нырнул в пустоту. Чужак просто растворился в небе, оставив меня одну наедине с потрескивающим костром и пульсирующими от боли ногами.

Я подползла к выходу, где минуту назад виднелся его силуэт. Надеялась увидеть лес или хотя бы горную тропу.

Вместо этого меня встретила пропасть.

Края пещеры обрывались вниз, и единственное, что лежало под ними, — это бездонная синева воздуха. Мы были невероятно высоко. Гораздо выше облаков, которые клубились внизу, как грязное серое море.

Резкий ветер ударил в лицо. Я инстинктивно втянула голову в плечи. Здесь не было тропы, карниза или хотя бы маленького уступа, чтобы спуститься. Только острые, как зубы, чёрные скалы, уходившие вертикально вниз, и ослепительно белые снежные пики вдали.

Я быстро отползла от края, поднялась на ноги и похромала в противоположную сторону пещеры в надежде найти второй выход, тайный ход. Но пещера оказалась короткой. Её дальний конец представлял собой глухую, тёмную стену.

Это был тупик.

Тиарх оставил меня в каменной ловушке.

Усевшись у костра, я подтянула подбородок к коленям. Ноги болезненно ныли, и я принялась растирать их — чтобы хоть чем-то себя занять. Ощутила твердое ребро кольца, и меня обожгло сожалением.

Последние полчаса были убиты на пререкания с драконом, который мог в любой момент раздавить меня одним ударом лапы. Время, что я могла бы использовать для поиска выхода или сбора информации, потрачено на бессмысленные попытки доказать свою правоту.

У меня нет права на такую роскошь.

Моя сестра больна. Каждый день, который я провожу здесь, ругаясь с драконом и отказываясь от работы, может стать для неё последним. Вернуться к сестре, чтобы ей помочь, — вот единственное, что сейчас важно.

Я снова взглянула на вход в пещеру — зияющую пасть, ведущую в бездну.

Мне необходимо вернуться к изначальной стратегии. Сделать вид, что подчиняюсь. Найти месторождение или хотя бы заслужить доверие в процессе его поиска. Дождаться подходящего момента — и сбежать при первой возможности.

Да и для побега стоит подготовиться получше. А пока — сидеть тихонечко, греться у костра и ждать его возвращения. Я качнула головой в такт своим мыслям. Решено. С этого момента я — образцовая, хоть и напуганная, пленница.

Подбросила в костёр сухих веток, наблюдая за игрой огня. Закуталась в тёплый меховой плащ, снова потёрла ноги. Поскорей бы вернулся дракон... Меня вдруг охватила тревога. Он же вернётся?

Глава 7

Прилетит, куда он денется, решила я.

Такой дар, как у меня, не валяется на дороге, а ему по какой-то причине отчаянно нужен мертвий.

Вот только вскоре передо мной встала насущная проблема, никак не связанная с драконом. Мои ноги отошли после переохлаждения, но надолго ли?

Снаружи началась снежная буря, и даже в пещере заметно похолодало. Босиком мне придётся постоянно кутать ноги в меховой плащ