Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм Страница 48

Гуннар кивнул, потянувшись, прежде чем свернуть на улицу, ведущую к их дому.

— Отдохни немного, пока я не вернусь, брат. Я не буду знать, где ещё тебя искать.

Отдохнуть? Он не мог отдыхать. Не тогда, когда он слышал всю их боль и всё ещё чувствовал, как она искрит по всему его телу. Но когда он попытался пойти, в итоге осел на стену и сполз по ней вниз. Возможно, Гуннар был прав. Ему нужно было дать телу отдохнуть пару минут, прежде чем продолжить этот безумный забег на помощь своему народу.

А потом они выяснят, что произошло. Потому что гора была в ужасе, и он чувствовал это до мозга костей.

Должно быть, он задремал. Но даже во сне его разум прокручивал каждую исцелённую им травму. Всех тех троллей, чью боль он мог бы унять лучше, если бы его не отвлекали другие крики, всё ещё звучавшие в ушах. Он будет вспоминать этот день долгие годы. Всё то добро, которое он мог бы сделать, и все те ошибки, которые он наверняка совершил.

Но потом он моргнул — и его брат вернулся, только он был не один.

За ним семенил маленький человек, её глаза были широко раскрыты, а лицо измазано грязью. И почему она вечно грязная? Эта человечка постоянно попадала в ситуации, когда ему приходилось окунать её в реку или ванну и молиться, чтобы она не была тем маленьким существом-гремлином, которым всегда казалась.

Но вслед за этой раздражённой мыслью пришло облегчение. Она жива. С ней всё в порядке. По крайней мере, в одном он оказался прав.

Гуннар опустился перед ним на одно колено.

— Готов продолжать?

Это слово всё ещё отдавалось эхом в его голове, а затем его взгляд встретился с огромными зелёными глазами из-за плеча Гуннара. Рагнар понятия не имел, как он сейчас выглядит. Привалившийся к стене, почти полностью истощённый магически, раздавленный тяжестью того, что ему ещё предстояло сделать. Ужаса на её лице было достаточно, чтобы понять — выглядит он, должно быть, ещё хуже, чем думал.

Но он всё равно встал. Сам. Даже несмотря на то, что колени дрожали, спина ныла, а зрение косило в сторону. Он всё равно сделал это, и в этом была определённая гордость.

— Откуда ты взялась? — проворчал он, когда маленькая рука обхватила его за талию.

— Я была с Ротой, — ответила она, пока они шли по улице. — Она заглянула к тебе домой, чтобы передать подарок от своей мамы. Сказала, ты помог ей с артритом, а потом начались толчки. Она едва успела спасти меня, когда часть потолка обвалилась и рухнула в центр гостиной. Твой дом… Мы разберёмся с этим позже.

— Это не объясняет, откуда ты взялась. — Хотя ему стало теплее на душе от того, что Рота была с ней. Девы-тролли всегда были отзывчивы, даже до того, как обзаводились собственными семьями.

— Она не хотела, чтобы я оставалась одна, — пробормотала Майя. — А потом, спустя несколько часов, домой пришёл Гуннар и сказал, что несёт тебе припасы. Он подумал, что я смогу помочь.

— Он подумал, что ты сможешь помочь? В тебе нет магии, огневолосая. — Он не хотел бросать ей эти слова в лицо, но понимал, как они прозвучали.

Вместо того чтобы отшатнуться, её челюсть, казалось, сжалась чуть крепче. Он наблюдал, как дёрнулся мускул на её лице, пока Гуннар жестом подзывал их к очередному пострадавшему, прислонённому к стене здания. Троллиха зажимала рукой ногу, где мышца была насквозь разрублена камнем. Она уже была слаба. Он это чувствовал. Лужа крови, собиравшаяся вокруг неё, станет причиной её смерти ещё до самой раны.

Майя отпустила его и осторожно опустилась на колени рядом с женщиной со светло-голубой кожей, которая была намного крупнее её. Он смотрел на них двоих, осознавая, что троллиха, лежащая перед ними, была воплощением всего, о чём он когда-то мечтал. Идеальные клыки, длинные чёрные волосы, спутавшиеся вокруг лица, эта прекрасная голубая кожа, которую ему, возможно, хотелось бы облизать всего несколько недель назад. Но теперь? Теперь его больше ошеломило присутствие этих удивительно маленьких ручек, испачканных кровью, когда она прижала их к ранам женщины.

Майя подняла на него широко раскрытые глаза.

— Я не знаю, что делать, целитель. Но если я могу помочь, как считает твой брат, то я помогу.

Она не могла ему помочь. Никто не мог. Но Гуннар бросил ему свой мешочек с травами и кивнул на него.

— Она умеет говорить с растениями, брат. Даже если в ней не так много магии, она всё равно может убедить этот мешочек с добром сделать больше, чем то, что есть у тебя. Их хватит надолго.

В этой теории был смысл. Вздохнув, он достал иглу и нить и принялся за работу. Пульсирующую, воспалённую вену, перерубленную камнем, было трудно сшить обратно, и ему пришлось использовать больше магии, чем хотелось бы. Затем он сшивал мышцы и плоть, пока, наконец, не потянулся в мешок и не достал щепотку тысячелистника, чтобы остановить дальнейшее кровотечение.

Он протянул его Майе, чтобы она увидела, и спросил:

— Сможешь убедить его сделать больше, чем обычно? Я могу использовать её тело, чтобы поглотить его, но мне нужно больше, чем у меня есть.

Она нахмурилась, глядя на щепотку тысячелистника, прежде чем протянуть руки. Он высыпал листья ей в ладони и наблюдал, как она сложила их лодочкой. Поднеся сомкнутые руки ко рту, она прошептала что-то растению.

Ему показалось, что он слышал, как она просит его о помощи. Умоляет дать им шанс спасти больше троллей, даже если оно устало и давно отдыхало.

Но когда она разжала ладони, листьев в её руках стало значительно больше. Этого было более чем достаточно для одной троллихи, и, возможно, даже ещё для двоих.

Облегчение разлилось по его груди. Он принялся за работу с теперь уже щедрой порцией тысячелистника, прикладывая листья к ноге женщины. Когда рука Майи легла на его руку, он почувствовал, как её магия переплетается с его собственной. Теперь казалось, что он может говорить и с растением, и с телом. Использовать их вместе, чтобы убедить целебные свойства растений быть сильнее, одновременно убеждая тело использовать их быстрее.

Когда они закончили, нога была исцелена так, словно после травмы прошли недели. И его магия не истощилась до такой степени, чтобы его снова начало трясти.

— Спасибо, — сказала женщина-тролль, положив свою руку поверх их рук. — А теперь иди, целитель. Тебя ждёт ещё много троллей.

Он встал вместе