Женитьба вслепую - Нидейла Нэльте Страница 48

— Что вы! — наотрез отказался скелет, ещё и мотнул головой так, что шляпа едва не слетела. — Я был предельно вежлив и учтив!

— Ладно, — Дэйкер потёр переносицу. — Расскажи мне, учтивый, как ты вышел с территории в обход охраны?

— Там… — скелет смущённо опустил голову и принялся водить носком ботинка по земле. — Дерево… рядом с оградой… Перепрыгнул.

— Твоё счастье, что на выход система не так серьёзно настроена, как на вход.

— Я хотел снова по дереву, — уверил скелет. — Чтобы никого не будить. Но не достал до него.

Дэйкер вздохнул.

— Иди уже, — махнул рукой. — Утром с тобой разберёмся, от кого и зачем тебя прятать. А до утра чтобы носа не казал из конюшни!

Иннокентий испуганно прикрыл свою дыру вместо носа. Так и слышалось паническое «у меня его нет!».

Но вместо этого лишь кивнул:

— Не покажу.

И, так же прикрывая, рысью побежал в сторону конюшен.

Проводив его взглядом, Дэйкер развернулся и пошёл обратно в дом. Через какое-то время от кустов отделилась тень некроманта.

Глянув на наше окно, Бэйн махнул рукой. Несколько мгновений разглядывал Милли, после тоже неслышно скользнул на террасу.

Вопреки опасениям, Дэйкер больше в мою комнату не прорывался, и вскорости меня сморил сон. Я только и успела попросить Милли, чтобы разбудила к завтраку. Не хотелось ничего пропустить.

И всё же когда мы с утра пришли к столовой зале, Дэйкер с Бэйном уже поели и разбирали скопившуюся почту. Точнее, муж разбирал — Бэйну-то некому было писать.

У двери мы с подругой чуть задержались и прислушались, пока не заходя.

— … «ночью, — читал Дэйкер, шурша разворотом газеты, — неупокоенный скелет-маньяк набрасывался на беззащитных женщин»…

Милли хихикнула, закрыв себе рот. Ох, жаль, я не видела непрошибаемого лица Бэйна! Оно наверняка было незабываемым.

— … «Также в районе набережной видели тёмного призрака со светящимися серебром глазами…», — продолжал муж.

Мы с Милли напряглись, переглянувшись.

— Хм, странно, — произнёс Дэйкер. — Такого вот призрака я повстречал в горах Ведемару…

— Когда? — бессовестно спросил Бэйн.

— Точно не помню… — в голосе супруга мне почудилось смущение.

Ну да, конечно! Собственную брачную ночь не помнишь!

— Вообще, это очень опасная мара, — на голубом глазу выдал Бэйн.

— Неужели? Никогда о такой не слышал.

— Личная встреча с ней считается нехорошим знаком. Вы должны сразу же говорить мне о любых странностях. Постараюсь выяснить побольше…

Решив, что разговор приблизился к опасной грани, я кивнула Милли, и та отворила двери.

— Шейли! — Дэйкер поднялся навстречу, отложив газету. — Не хотел вас будить…

— Я выспалась, — улыбнулась я.

— Проходите, — он уже был рядом, повёл меня к столу. — Милли, присоединяйся.

— Благодарю, — сделала книксен служанка.

Мне показалось, или в глазах Бэйна промелькнули ревнивые огоньки?

Дэйкер лично поухаживал за мной и вернулся к письмам. Бэйн счёл возможным наложить что-то в тарелку Милли.

— Сколько у вас почты! — воскликнула та, с любопытством разглядывая гору писем.

— Накопились, — улыбнулся муж, не открывая, просто перебирая. — Не успел вчера ими заняться, хочу выяснить, не было ли чего важного. Сегодня с самого утра меня вызвали по делу о бешеном скелете, — усмехнулся.

Мы тоже засмеялись.

— Нужно будет наведаться в участок, — добавил. — Узнать хоть, что Иннокентию инкриминируют.

— Надеюсь, никто его не отследил, — проговорила я.

— И я надеюсь, — хмыкнул супруг. — Сокрытие преступников мне ещё не предъявляли.

— Иннокентий лапочка! — вступилась за скелет Милли. — Это просто дэвушки попались слишком нервные!

Мы снова засмеялись, даже Бэйн улыбнулся. Дэйкер продолжал перебирать письма, прочитывая адресатов.

Вдруг нахмурился над одним. Взял специальный ножик из плетёной вазы для корреспонденции. Вскрыл точным резким движением. Пробежал глазами — я заставляла себя с невозмутимым видом жевать, а не залипать с любопытством, наблюдая за реакцией супруга. Судя по лицу — вести были не слишком приятными, и я едва не сломала себе мозг, пытаясь угадать.

Но даже предположить не могла!

— Шейли, — вдруг проговорил он, и я подняла голову, прислушиваясь. — Твой папа в госпитале.

— Что? — я вскочила, случайно задев бокал.

Дёрнулась было поймать, но под взглядом супруга вовремя опомнилась. На помощь пришёл Бэйн — невозмутимо подхватил посудину и вернул на стол. В то время как Дэйкер в долю мгновения оказался рядом:

— Не волнуйтесь, с ним всё в порядке.

— Как же в порядке? Он болен?

— Пишут, идёт на поправку.

— Что случилось?

— Пока не знаю, но обязательно выясню, — твёрдо произнёс Дэйкер.

А может, как раз знаешь? Вместе с Болстоном надеялись избавиться и от меня, и от моего отца?

— Я еду к нему!

— Пожалуйста, доешь. Я прикажу Тиму запрячь экипаж.

— Кому? — удивилась я, хотя Бэйн, похоже, попытался подать какой-то знак.

— Тим. Кучер-официант, который нас вёз. Я решил оставить его до возвращения в Ведемару, сегодня утром как раз договорились о плате.

— Не знала, что его зовут Тим, — пробормотала я.

С другой стороны, не Танзой же называться. Похоже, я умудрилась что-то упустить.

— А Винчи? — я всё же села за стол, нащупала тарелку. Подкрепиться после ночного скалолазания действительно было необходимо. — С ним что-то произошло?

— Винчи пока не сможет исполнять свои обязанности, — уклончиво откликнулся Дэйкер, выходя.

Я бросила взгляд на Бэйна — мол, что тут творится? Но тот лишь едва уловимо качнул головой — не рискнул разговаривать в доме супруга.

Наскоро поев, я поспешила к себе собраться. Милли тоже выглядела встревоженной, и спустя четверть часа мы уже стояли на крыльце, дожидались экипажа.

Дэйкер взял лёгкий фаэтон, где мы втроём отлично разместились. Танза, который Тим, вёз нас со скучающим видом, и, кажется, я уже начала с нетерпением дожидаться очередной ночи. Чтобы обговорить с ребятами ситуацию.

Кстати…

— А где ваша сестра? — спросила, пока лошади несли нас по широким улицам Савады.

— Спит ещё, — усмехнулся Дэйкер. — Или, возможно, не хочет возвращаться в пансион.

Угу, учитывая, где провела как минимум половину ночи…

— Так может… пусть тогда поживёт с нами? Действительно, возьмём её с собой на бал? Она же молоденькая девочка, кому захочется сидеть в четырёх стенах, — отозвалась я. — Ещё и на каникулах.

На лице супруга проявилось искреннее изумление, но я, разумеется, его не видела — смотрела перед собой.

— Вы… действительно не будете возражать? — в голосе не прозвучало и доли тех эмоций, что отразились на лице.

— С чего бы мне возражать? — пожала я плечами.

— Спасибо, Шейли, — мягко проговорил Дэйкер. Взял мою руку и коснулся губами кончиков пальцев.

Обычный вроде бы жест, но по руке до самого плеча разлился дивный жар, хлынул на щёку, вызывая в душе бурю нежданных, ненужных эмоций!

— Приехали, — проговорил Дэйкер, вызвав в душе прилив облегчения.

Высадив нас,