1000 проклятий в Академии Магии - Нина Колыбельникова Страница 46

Отец хотел что-то ответить, но внезапно замер. Его взгляд остекленел, он прислушался к чему-то, доступному только магам его уровня.

- Началось, - коротко бросил он. - Дуэль. Ректор меня вызывает, просит быть свидетелем на случай, если будут жертвы…

Мэтью Кесс взмахнул рукой, и прямо посреди комнаты пространство начало рваться, источая холодное синее сияние портала.

- Сиди здесь. С Амелией, - приказал он тоном, не терпящим возражений. - Я должен вмешаться, пока они все здесь не разнесли, или не поубивали друг друга. Конфликт двух сильных драконов - это уже не частное дело, это угроза стабильности Академии.

Отец шагнул в мерцающий зев портала. Он был уверен, что я подчинюсь.

Он всегда был в этом уверен. Но в этот раз я не собиралась оставаться в стороне, когда двое мужчин сошлись в смертельной схватке из-за меня.

- Вельвет, нет! - вскрикнула Амелия, догадавшись о моем намерении.

Но я уже сорвалась с места. Не думая о последствиях, не страшась гнева отца или возмущенных слов Эрдогана, я прыгнула в сужающееся синее кольцо вслед за уходящим силуэтом. Холод портального перехода на мгновение сковал легкие, а в следующую секунду мне в лицо ударил резкий ветер. Мы оказались на краю скалы. И то, что я увидела там, заставило мое сердце пропустить удар.

Мы оказались на остром, как лезвие, выступе скалы, окруженном тяжелыми грозовыми тучами.

Прямо передо мной разворачивалась картина, от которой кровь стыла в жилах. Это не была обычная дуэль. Это была схватка двух сильных хищников, которые что-то не поделили.

Декан Фартэлл стоял в кольце из ледяного синего пламени. Его магия была вязкой, тяжелой, похожей на ожившие тени. С каждым взмахом его рук из самой скалы вырывались костяные шипы, окутанные черным туманом. Он не просто атаковал - он пытался поглотить пространство вокруг себя.

Эрдоган же был воплощением яростного света и чистого золота. Он двигался с грацией хищника, его движения были молниеносны. Между его ладоней пульсировала сгущенная плазма, которая при столкновении с тенями Фартэлла рассыпалась мириадами искр, прожигающих камень.

- Ты переступил черту, Фартэлл! - голос Эрдогана перекрывал гул ветра.

В ответ декан вскинул руки, и из земли вырвались десятки призрачных цепей. Они со звоном захлестнули магический щит Эрдогана, вытягивая из него силы. Воздух задрожал от напряжения. Эрдоган резко крутанулся на месте, выпуская веер огненных лезвий. Одно из них, пропитанное концентрированной волей дракона, пробило защиту некроманта и полоснуло того по плечу.

Алая кровь окропила серый камень. Фартэлл покачнулся, его лицо исказилось в гримасе, которая больше не принадлежала человеку.

Рана стала последней каплей. С горла декана сорвался нечеловеческий хрип, переросший в оглушительный рев. Его тело начало деформироваться, одежда лопалась под напором растущих мышц и костей. Через секунду на месте человека стоял огромный, иссиня-черный дракон, чья чешуя поглощала свет. Его глаза горели мертвенным фиолетовым огнем.

Эрдоган не медлил. Его ответная трансформация была ослепительной. Вспышка ослепительного сияния - и в небо взмыл белоснежный ящер, чьи крылья, казалось, подпирали сами облака.

Это было одновременно ужасающе и прекрасно. Два гиганта кружили в смертельном танце среди молний. Черная тень и ослепительный блеск сплетались в клубок. Фартэлл пытался достать противника когтями, оставляя в небе шлейфы гнилостного тумана, но Эрдоган был быстрее. Он использовал воздушные потоки, чтобы зацепить некроманта.

Дракон ректора резко ушел в пике, пропустив над собой струю темного пламени, и, сделав невероятную петлю, вцепился в крыло некроманта. Сверху вниз, сквозь облака, они рухнули обратно на плато. Удар был такой силы, что скала вздрогнула под моими ногами.

Пыль еще не осела, когда я увидела финал. Эрдоган, тяжело дыша, прижал израненного черного дракона к земле, вонзив мощные когти в его плечи. Фартэлл пытался дернуться, но магия Эрдогана, струившаяся от лап дракона, парализовала его волю.

Тишину, последовавшую за грохотом, нарушил резкий звук рвущегося пространства. Один за другим начали открываться порталы, но не синие, как у отца, а строгие, серебристо-белые.

Из них слаженным маршем вышли жандармы. Глава отряда коротко кивнул Эрдогану, который уже принял человеческий облик, накинув на плечи появившийся из воздуха плащ.

- Забирайте его, - холодно приказал Эрдоган, указывая на поверженного и едва дышащего некроманта, который тоже начал принимать человеческий вид. - Попытка покушения, незаконное использование запрещенной магии и угроза общественной безопасности. Я лично дам показания.

Жандармы оперативно наложили на Фартэлла антимагические кандалы и увели его в один из порталов.

Только когда последний жандарм исчез, тишина стала по-настоящему зловещей. Я почувствовала на себе два взгляда, от которых захотелось немедленно прыгнуть со скалы, лишь бы не объясняться.

Отец стоял чуть поодаль, его лицо было бледным от сдерживаемой ярости. Эрдоган же выглядел как оживший вулкан перед извержением - сажа на лице, разорванная рубашка и глаза, в которых всё еще плясали ледяные искры.

- Вельвет... - начал отец тихим, вибрирующим от гнева голосом. – Я, кажется, просил тебя остаться с Амелией.

- Что ты натворила? - Эрдоган шагнул ко мне, и я невольно отступила. - Одно случайное заклинание, один осколок камня - и от тебя бы ничего не осталось! Ты выскочила в эпицентр битвы двух высших драконов!

Он подошел вплотную, и я почувствовала исходящий от него жар. В его глазах читался не только гнев, но и дикий, неосознанный страх за меня, который он пытался скрыть за суровостью.

- Я не могла просто ждать, - прошептала я, пытаясь сохранить остатки достоинства.

Лицо Эрдогана смягчилось, а его губы, кажется, дрогнули в улыбке, хотя…быть такого не может, эта глыба льда улыбаться не умеют.

- Мэтью, можешь не переживать, - вдруг сказал он. – Я заберу Вельвет с собой, нам необходимо поговорить.

После этого ректор открыл портал и я шагнула за ним.

Глава 39

Переход сквозь портал отозвался привычной тошнотой и покалыванием в кончиках пальцев. Когда марево развеялось, я обнаружила себя в самом сердце Академии - личном кабинете ректора. Скоро это место станет моим вторым домом, в кабинете ректора я оказываюсь чаще, чем в собственной спальне.

Эрдоган не спешил зажигать магические светильники. Он прошел к массивному столу, тяжело опустился в кресло и на мгновение закрыл глаза. В полумраке его фигура казалась еще шире, а разорванная рубашка, открывающая полосу белоснежной кожи, напоминала о том, что эта «глыба льда» только что рисковала жизнью в настоящей бойне.

- Садись, Вельвет, - голос его звучал глухо, но я