Последователи Хаоса - М. К. Лобб Страница 37

Оставшись в одиночестве, Милос стянул с глаз повязку и уставился в темноту.

Шаги начали удаляться.

Он знал, что за ним не вернутся.

* * *

– Ты был там, – сказал Милос молодому мужчине. – В день, когда меня спасли. Ты и твой отец.

Мужчина отмахнулся от его слов, но на его лице сияла улыбка. Когда Милос видел его в последний раз, тот был еще мальчишкой. Его лицо было более круглым, но таким же серьезным. Он был ниже ростом и менее мускулистым, чем теперь. Но не возникало сомнений в том, что этот человек был одним из тех, кто спас Милоса из темниц Забытой крепости.

По крайней мере, так тюрьму называли жители Бречаата. Милос сомневался, что в Омбразии вообще говорили об этом месте. Он точно никогда не слышал, чтобы его родители упоминали о крепости.

Сейчас он, разумеется, знал, что туда Палаццо отправляло последователей Хаоса. Их отлавливали детьми, увозили на север и запирали в подземельях, оставляя умирать в одиночестве. Как Милос вскоре узнал, жители Бречаата знали об этом месте и всегда спасали омбразийских детей. Они вытащили его из темноты, а взамен сбросили вниз тело одного из своих усопших. Они сказали, что неважно, как выглядит труп, ведь к тому времени, как кто-то удосужится проверить темницы, опознать человека уже будет невозможно.

– Знаю, ты хочешь уйти, – сказал мужчина. – Я тоже чувствую зов. Как и все остальные последователи Хаоса. Я не понимаю, что это такое и почему мы стали сильнее, но не уверен, что мы можем слепо бросаться ему навстречу.

Милос действительно чувствовал зов и больше всего на свете хотел отыскать его источник. Но если и есть в Бречаате кто-то, к чьим словам он должен прислушаться, так это человек перед ним. Скольких последователей он и его отец спасли из крепости за свои жизни? Сколько они сделали для Бречаата в целом? Стоять рядом с ним – честь для Милоса. Быть живым – это благословение.

– Вы сказали, что искали меня, – произнес Милос. – Что я могу сделать для вас?

Мужчина качнул головой в сторону холма, вздымавшегося за их спинами. Медали, висевшие на его камзоле, сверкнули в лунном свете.

– Почему бы тебе не пройти со мной?

16. Роз

Последующие часы прошли относительно спокойно, и от этого Роз нервничала еще больше.

Когда они вернулись на берег, украденная лодка ждала их на том же месте, где они ее оставили. Это должно было стать облегчением, но скорее походило на маловероятное счастливое совпадение. Гавань, в которой они пришвартовались, находилась довольно далеко от широких морских просторов, так что, возможно, их судно просто не заметили. Но прошла еще одна спокойная ночь, и Роз не могла избавиться от мысли, что, если за ними в погоню отправили офицеров, те уже должны были настигнуть их. Не она одна почти постоянно оглядывалась через плечо: Сиена и Дев вели себя точно так же. Только Дамиан не выглядел обеспокоенным.

Хотя должен был. Но он, не мигая, смотрел только вперед. Роз не понимала его. Порой Дамиан казался нормальным, а порой – напуганным до глубины души.

Но иногда перед ней появлялся Дамиан, который, казалось, вообще не ведал страха. Он был извращенной версией мальчика, которого Роз знала в детстве. Таким мужчиной он мог бы стать, если бы больше походил на Баттисту, чем на свою мать? Магия ли стала причиной перемен, которые с ним происходили?

Следующий день тоже прошел спокойно, но вечер принес обещание нового дождя. Воздух уплотнился, а за пеленой облаков мерцала россыпь бледных звезд. Роз заново собрала волосы в тугой хвостик, укрощая выбившиеся пряди, которые хлестали ее по лицу.

– Нужно спрятаться в каюте, – крикнула Сиена, когда на палубу начали падать первые капли дождя. – Иначе мы вымокнем до нитки. К тому же ветер достаточно сильный, чтобы паруса не дали нам сбиться с курса.

Дамиан коротко кивнул, закрепил на месте штурвал, и они вчетвером зашли внутрь. Как только дверь закрылась, отгораживая их от надвигающегося шторма, Дев рухнул на ближайший стул и слепо уставился на красный ковер, который укрывал небольшой участок деревянного пола.

– Мы скоро будем у границы. Какой у нас план?

Они уже обсудили то, что им удалось узнать в Атенеуме, и пришли к выводу, что жертвоприношения Энцо вполне возможно – или, скорее, абсолютно точно – усилили магию Хаоса, а значит, их путешествие станет еще опаснее. Роз не хотелось снова заводить этот разговор, но у нее возникло ощущение, что Дев просто пытается унять свое волнение. Поэтому она произнесла с фальшивой уверенностью:

– Мы остановимся в последнем порту Омбразии перед границей, где, надеюсь, сможем сменить нашу лодку на менее… подозрительное судно. Лучше всего будет найти корабль, сделанный в Бречаате.

– Потом мы пересечем границу с Бречаатом там, где происходит большая часть торговых сделок, – продолжила Сиена. – Когда окажемся на той стороне границы, пойдем пешком.

– И будем надеяться, что по пути нам не встретятся последователи Хаоса, – пробормотал Дев.

– Это очень маловероятно, – сухо напомнила ему Сиена. – В Бречаате не так часто рождаются последователи. Ты ведь помнишь, что большая часть населения там – потомки заурядных, которые сбежали из Омбразии после первой войны? А родословные оставшихся потомков Хаоса наверняка так разбавлены кровью заурядных, что последователей почти не осталось. Если бы их было много, – добавила она, – Бречаат наверняка уже использовал бы их в военных действиях.

«И то верно», – подумала Роз. В войне, на которой в основном сражались заурядные, присутствие любых последователей Хаоса стало бы огромным преимуществом.

– Даже если в Бречаате не очень много последователей Хаоса, – сказала она, – мы не знаем, насколько сильными они стали благодаря жертвоприношениям Энцо. Иллюзии, которые он мог насылать… что, если теперь каждый последователь на это способен? – Роз вспомнила офицеров Палаццо, застывших в искаженной реальности. – Энцо управлял десятками людей за раз. Если теперь у всех есть такие силы…

– Тогда Бречаат может победить в войне, – заключил Дамиан, подав голос впервые с тех пор, как они вошли в каюту. Он хмурился, глядя перед собой остекленевшими глазами. Казалось, его сознание витает где-то в другом месте, но он добавил: – У Омбразии нет последователей, которые могли бы отразить атаку. По крайней мере, их недостаточно. Вот что происходит, когда последователей не заставляют служить в армии.

На мгновение воцарилась тишина. Никто не спорил, да и спорить было не о чем. Дамиан прав. Многие годы Омбразия рассчитывала на то, что Бречаат