Случайная свадьба. Одна зима до любви - Елена Княжина Страница 35

и стыд учебе не мешают, — отмахнулся Вольган и прошелся по залу, накидывая незнакомые плетения на светлый пол. — В академии нет магистров, способных обучить вас обращению с тьмой. Никого, кроме меня. И после занятия я сообщу вам кое-что важное… что сильно перевернет ваше представление о неловкости и стыде. Но пока — разомнем вашу искорку.

Богини милостивые, искру как-то разминают?

Я прикрыла за собой дверь и сложила сумку с письменными принадлежностями у стены. Столов в белой аудитории не имелось, значит, теории не будет. Сразу практика.

— Темный дар внутри вас — это своего рода паразит, — вещал ректор, отвернувшись лицом к узким стрельчатым окнам на другом конце зала. — Я научу вас его контролировать. Так, чтобы ваше сосуществование выходило комфортным и безболезненным…

— Безболезненным — это хорошо бы.

— Мрак вплелся в искру. Ваш резерв полон темной энергии, готовой сорваться с пальцев… И огромный соблазн ей воспользоваться, да?

— В подземном хранилище я чувствовала себя очень сильной, — призналась, подходя к нему ближе. — А потом — невыносимо слабой… Тьма распирала, рвала изнутри.

— Темная сила. Да. Она пьянит… Во всех смыслах, — Вольган обернулся и будто бы подмигнул. — Чем больше вы обращаетесь к тьме, тем больше ее становится. Но обольщаться не стоит. Есть риск позабыть, кто в теле хозяин, и подпасть под влияние морока. Поэтому вчера, тэйра Хоул, мы с вами… «сливали излишки».

Ах, вот как называлось то, чем мы вчера с ним занимались. Выглядело иначе.

— И часто это придется делать? — уточнила с ноткой ужаса и стыдного предвкушения.

Я, конечно, имела в виду муки со стилетом и виззарийской чашей… Но почему-то вспомнился жгучий язык.

— Если будете минимально обращаться к тому, что внутри, и использовать то, что снаружи… Думаю, к третьей луне мы ваш мрак усыпим. И лучше потом его не тревожить, — размышлял тэр. — У вас есть другая проблема, более срочная… Но о ней — в конце занятия. Вы размялись?

— Не начинала даже.

— Простейшие чары. В пол, в стены. Любые, какие знаете, — потребовал он, нетерпеливо взмахивая рукой. — Покажите мне, на что способны эти нежные пальчики.

До середины занятия я веселила ректора неумелыми пассами, создавая рваные плетения. Один раз случайно получился вестовой огонек. Пару раз с пальцев соскользнул освещающий сгусток.

Мне успело надоесть негромкое хмыканье за спиной. Ну да, я высшим чарам не обучалась… А потом с центра ладони вдруг рванула тьма!

Ректор, до этого сонно пыхтевший в затылок, быстро перехватил запястье и сильно сжал. Дернул моей рукой вверх и вправо: плетение оборвалось на полуслове.

Я нервно зашевелила пальцами, с которых свешивалось черное кружево чар. Даже знать не хочу, в какую магию оно должно было обратиться… В моей голове точно нет таких знаний.

— Оно само. Это не я!

— Тише, не бойтесь. Попробуйте удержать… и втянуть. Вы в своем теле хозяйка. Никогда об этом не забывайте, тэйра Хоул, — бормотал тэр Вольган, растирая запястье большим пальцем. Шершавые прикосновения разносили по коже щекотку и успокаивали.

Темные ленты послушно всосались в пальцы и исчезли под кожей, оставив вокруг ногтей серую тень. Ме-е-ерзость.

— Вам надо научиться разделять искру и морок. Они сплетены, но не едины, — сосредоточенно объяснил Вольган. — Я научу вас черпать энергию не из резерва, а из природы, из мира. Обходить темную суть стороной.

— Она… эта суть… вчера такое шептала! — призналась ему жалобно.

— Хотел бы знать. Но тогда придется своим поделиться… — прохрипел тэр, не выпуская запястья.

А я и не вырывалась: в его руках было спокойнее. Словно Вольган мог защитить меня от меня самой.

— Значит, этот «паразит» говорящий?

— Еще и думающий. Присвоенный, мрак готов служить… А как почует свою мощь и слабину хозяйки — повелевать, — объяснял ректор, наглаживая кожу на кончиках пальцев. Серые тени послушно уходили с ногтей. — Разумом, телом… Он соблазняет, внушает дрянные мысли и извращает суть вещей.

— И мне с ним придется жить?

— Если не помрете. Тэйра Хоул, есть кое-что…

Он резко отпустил руку и отступил на три шага. Как тогда, в кабинете магистра.

Сейчас глаза ректора были прозрачны и холодны, а губы — тревожно поджаты.

— У вас с темным даром сильный конфликт. Это уменьшает шансы на выживание, — изрек он, помявшись несколько секунд. — С рассвета не могу подобрать правильных слов, какие бы вас не напугали. Все-таки вы истинно «приютская дева»…

— Вы думаете, я умру? Снова? — обреченно переспросила я.

Сколько ж можно? Я прощалась с жизнью в том разрушенном храме, я чуть не погибла в подземелье, я могла умереть прошлой ночью в кровати… И вот — опять?

— Удивительно, что вы столько протянули, — нервно поиграв желваками, выдавил ректор. — Что-то защищало вас, загоняло мрак в глубину. Но вы разбудили дремавшего зверя. И тьма почуяла любимое лакомство. Боюсь, она запуталась, жертва вы или хозяйка…

— Что вы пытаетесь сказать?

— Что при следующем «темном приступе» чаша Анаусси не поможет. Морок сожрет вас изнутри. Вам надо срочно решить проблему, Лара.

Я смутно помнила слова ведьмы из Вандарфа. «Можно бы приноровиться, да не протянешь долго, если с проблемой не разберешься». Ворожка с Вольганом точно сговорились меня запугать!

— Какую?

— Вы невинны, — тяжело выдохнул ректор. — Это проблема.

— То, что вы сказали… — прошептала я, взволнованно отворачиваясь от плечистой фигуры. — Эта тема вас совершенно никак не касается, тэр Вольган.

Если верить отражению в защитном экране, мои щеки резко побагровели. Лоб пошел пятнами, а от губ, напротив, отлила кровь, сделав их почти белыми. Растрепанные завитки, выбившиеся из косы, облепили виски лохматым серым облаком.

— Касается. Уж коли ученица моего отделения вот-вот помрет у меня на руках, — проворчал Вольган угрюмо. — Маг, передавший вам силу, должен был позаботиться…

— Позаботиться о чем?

Я резко обернулась, являя собеседнику свое густо покрасневшее лицо.

— Вам не четыре года, Лара. Вы все прекрасно поняли, — раздраженно бросил тэр Вольган, поджимая челюсть. — Темный дар не уживается с чистотой.

— Выходит, вчера ночью… до того, как вы выломали дверь своими «туками»… дар пытался убить меня из-за того, что я еще дева? — уточнила, выискивая трещины в идеально белой стене за спиной ректора. — Ему настолько не по вкусу невинность?

— Ему по вкусу невинность, тэйра Хоул. Очень сильно по вкусу, — цедил он по слогам, вбивая мысли в плотный воздух аудитории. — В этом-то и проблема.

Вольган расстегнул три пуговицы на высоком вороте, ослабил тканевый захват и прочесал ногтями шею до красноты.

— Лаэр, при всей своей ограниченности, прав: не бывает непорочных темных магов, — продолжил он. — Мрак изначально порочен. И в иных обстоятельствах, когда был свободен…