Разведённая ведьма и демон на полставки - Вера Поцелуева Страница 3

Высокий. Тёмные волосы, чуть растрёпанные, как у человека, который слишком давно не спал. Пальто — или что-то очень на него похожее — сидело идеально, но было помятым, словно его владелец провёл в нём сидя не один час. Глаза — цвета тлеющих углей, внимательные и раздражённые одновременно.

Он моргнул. Медленно. Оглядел комнату взглядом, полным безразличной профессиональной оценки — как сантехник, которого вызвали в час ночи. Его взгляд скользнул по Аделаиде, по застывшему в ужасе коту, по чашке с недопитым чаем на столе.

Потом он вздохнул. Звук вышел странный — сухой, шелестящий, как переворачиваемая страница старой книги.

Демон — а это, без сомнения, был демон — слегка наклонил голову, его взгляд упал на дымящуюся тарелку и пепел.

Аделаида стояла, вцепившись пальцами в край кухонного стола. Её костяшки побелели. «Демон. В моей кухне. Над тарелкой для кактусов». Мысли метались, как мышь в мышеловке, не находя выхода. Она машинально искала взглядом кота — Сэр Эдгар окончательно спрятался, под диваном было лишь гневное желтое свечение его глаз.

Он сделал лёгкое движение рукой. В воздухе перед ним, будто проступая из самой материи пространства, возник полупрозрачный свиток. На нём мерцали строки текста на языке, который Аделаида не знала, но суть которого каким-то образом тут же укладывалась в сознании. Юридические термины, оговорки, ссылки на пункты Инфернального Регламента.

— Я — Каэль, — представился он, как будто на совещании. — Демон третьего круга, статус — неполная занятость. Это значит, что мои мощности и время работы на физическом плане ограничены квотами.

— По какому поводу вызывали? Вы не озвучили желание во время призыва.

Его голос звучал ровно, почти скучающе, будто он каждый день появлялся в чужих квартирах после неудачных ритуалов.

Аделаида стояла, не в силах пошевелиться. Язык прилип к нёбу. В голове гудело только одно: «Неправильная свеча. О, боги, это была неправильная свеча».

— Э-э... — сумела выдавить она и сглотнула.

— Я… я не вызывала. Я просто… сжигала контракт.

Демон поднял бровь.

— Сжигали контракт. С помощью ритуальной свечи. — Он кивнул на оплавленный огарок на столе. — Логично. Очень логично.

В его тоне сквозила такая явная ирония, что Аделаида невольно сжала кулаки.

— Это была обычная свеча! Я купила её в «Лунном корне» лет пять назад. Просто… для атмосферы.

Каэль вздохнул, подошёл к столу и осторожно потрогал остатки свечи.

— «Для атмосферы», — повторил он. — Знаете, что это на самом деле?

— Что?

— Концентратор призыва третьего уровня. Редкий, между прочим. Кто‑то явно не подписал этикетку.

Аделаида почувствовала, как внутри закипает раздражение.

— То есть вы хотите сказать, что я случайно призвала демона из‑за ошибки в маркировке?

— Именно так. — Каэль сел в кресло, закинул ногу на ногу. Контракт всё ещё висел перед ним в воздухе.

Он «прокрутил» свиток пальцем. Текст поплыл.

Затем поднял палец. На кончике слабо вспыхнул и погас крошечный огонёк, отмечая «пункт первый».

— Итак, вариант А: Исполнение одного желания. Желание должно быть сформулировано вербально, в моём присутствии, и попадать в рамки моей специализации и текущего уровня допуска. Мелкие желания. Эмоциональные узлы. Бытовые проклятия. Списки соответствия прилагаются. После обоснованного и корректного исполнения желания связь разрывается, контракт считается выполненным, я возвращаюсь к исполнению основных обязанностей.

Он поднял второй палец. Второй огонёк.

— Вариант Б: Ожидание. Если желание не сформулировано, либо его исполнение признано невозможным в рамках контракта, связь сохраняется до конца текущего отчётного периода. На физическом плане — это тридцать стандартных земных суток. По истечении данного срока, при отсутствии нарушений с обеих сторон, контракт автоматически аннулируется, связь прерывается.

Каэль опустил руку и впервые посмотрел на Аделаиду пристально, а не оценивающе-сквозь.

— Рекомендую Вариант А. Он эффективен, точен и не нарушает рабочие графики. «Ожидание» — процедура пассивная, энергозатратная для поддержания связи и, откровенно говоря, скучная. К тому же, — в его голосе впервые прозвучал оттенок чего-то, похожего на личную заинтересованность, — успешное закрытие вызова по «Варианту А» положительно влияет на мою квартальную отчётность.

Аделаида слушала, и паника внутри нее начала кристаллизоваться в ледяные, острые осколки. Это был какой-то кошмарный call-центр. Ей предлагали выбрать тарифный план, пока на её кухне сидело потустороннее существо.

— А если я… откажусь выбирать? — спросила она, уже почти понимая ответ.

— Тогда автоматически вступает в силу Вариант Б, — Каэль, казалось, даже обрадовался возможности процитировать очередной пункт. — Так прописано в стандартных условиях. Молчание — знак согласия. Связь продолжится на тридцать дней. Я буду вынужден находиться в непосредственной близости от вас — в радиусе, необходимом для поддержания контрактной связи. Обычно это пределы жилища. — Он снова окинул взглядом кухню. — Надеюсь, у вас есть свободное спальное место. Или, на худой конец, коврик.

Мысль о том, что этот… этот офисный работник преисподней будет жить в её квартире месяц, заставила Аделаиду по-настоящему задрожать. Не от мистического ужаса, а от полного, абсолютного абсурда и нарушения личных границ.

— Я… мне нужно подумать, — выпалила она.

— Время на обдумывание — три минуты с момента окончания объяснения условий, — немедленно парировал Каэль. — По истечении этого срока, если активный выбор не произведён, контракт переходит в режим ожидания. Таймер пошёл.

Он не стал доставать часы. Он просто замер, и в воздухе между ними возникло почти физическое ощущение тикающих секунд.

Аделаида закрыла глаза, пытаясь заглушить внутреннюю панику. Одно желание. Любое? «Мелкие желания». Что она могла пожелать? Вернуть Глена? Мысль вызвала приступ тошноты. Избавиться от одиночества? Звучало слишком расплывчато, как тема для плохого романса.

Тридцать дней с демоном на диване. Тридцать дней этой давящей тишины и взгляда-прожектора, выискивающего энергетические утечки.

Она открыла глаза. Каэль смотрел на неё. В его глазах не было ни нетерпения, ни злорадства. Была лишь усталая готовность поставить галочку в очередном отчёте: «Клиент проинформирован. Выбор осуществлён. К делу».

Лёд в груди Аделаиды вдруг треснул, уступив место чему-то новому — острому, горькому, отчаянному. Усталости от всего. От этого дня, от этой жизни, которая, казалось, навсегда застряла в серой, промозглой полосе.

— Хорошо, — сказала она, и её голос окреп, в нём зазвучала та самая горечь. — Я выбираю. Желание.

Каэль едва заметно кивнул, будто ожидая именно этого. Свиток в воздухе перелистнулся на чистую страницу, готовый записать формулировку.

— Формулируйте, — произнёс он. — Чётко. Желательно, без поэтических метафор. Система их не любит.

Аделаида вдохнула. Она посмотрела на пепел контракта