Огненная Лилия для дракона ч2 - Ирина Агулова Страница 3

При этом девушка просящее сложил ладошки у груди, невинно захлопав длинными ресницами, и любящее сердце отца растаяло в ту же секунду.

— Что с вами делать? — покачал головой мужчина. — Ладно, идёмте, а то и так времени много потеряли.

Взвизгнув, Катара бросилась на шею к отцу, звонко чмокнув его в щёку, вызвав у меня мимолётное чувство сожаления о том, что я не могу себе позволить подобного. Вернее, уже не могу: Марфе не нравились наши с отцом проявления нежности, так что мачеха сделала всё от неё зависящее, чтобы их искоренить. И получилось же. Хотя, нет, не получилось, стоило лишь вспомнить отцовские объятия после долгой разлуки, здесь, в Карнаре, как неприятное чувство утраты растворилось без остатка.

— Фух, кажется, пронесло, — выдохнула девушка, поравнявшись со мной, когда мужчины направились по тропинке к воротам академии, — чуть не попались.

— А всё ты, — откликнулся её брат, ни сколько не стесняясь меня.

— Ладно, что уж теперь говорить, — пожала плечами девушка. — Извини, Лилиэн, что устроили здесь представление, нам и правда хотелось познакомиться с тобой…

— Но ещё больше хотелось удрать с территории академии, — фыркнул Киран. — Надоело сидеть здесь взаперти. Вот и был расчёт, что при вас отец не станет вспоминать о наказании за прошлую нашу шалость и разрешит прогуляться. Ты же не обидишься на нас за это?

— Нет, — улыбнулась я, — не обижусь.

— Так и знал, что ты наш человек, — хлопнув меня по плечу, да так, что я слегка пошатнулась, заявил парень. — Кстати, не думай, что мы какие-то злостные нарушители порядка или разгильдяи, просто мне нравится изобретать разные интересные артефакторные вещицы, а Кара у нас спец по внедрению новых заклинаний. А где ещё можно проверить качество изобретения как не у практикующих магов? Больше нигде. Вот и приходится испытывать терпение наших преподавателей, поскольку не всё, что мы придумываем, получается сразу: выходят и осечки, как в прошлый раз, когда я подсунул подслушивающее устройство в деканат академии. В тот раз меня засекли, зато в этот… — парень задорно подмигнул, давая понять, что узнал информацию обо мне вовсе не из раскрытого окна, как наплёл своему отцу.

Мда, неугомонная парочка… Зато близнецы казались искренними и открытыми, что несомненно подкупало, вызывая симпатию.

— Так что у тебя за стихия, Лили? Тебя же можно так называть?

— Можно, называйте, — кивнула я, выходя вместе с близнецами из ворот академии, следом за нашими родителями. — Что же касается стихии… У меня огонь.

— Ух ты, — в едином порыве прошептали они, с восхищением тараща на меня глаза, — это же невероятно.

— Почему? — искренне удивилась я, немного смутившись под их взглядами.

— Стихийников в нашем мире осталось не много, а уж огневиков среди них и подавно, — ответила Кара, — но об этом нам будут рассказывать на основах магии, во время лекций, так что лучше не тратить время на занудные объяснения ещё и сейчас.

В чём-то они были правы, вот только обделённая информацией о магии, я хваталась за любую возможность пополнить копилку своих скудных знаний.

Но, ждала столько лет, подожду ещё немного, а пока, лучше просто прогуляться, тем более вокруг действительно было на что посмотреть.

* * *

Из ворот академии мы вышли на дорогу выложенную плоским булыжником, где даже в сильнейшей ливень наверняка не отыщется ни лужицы. Не то что у нас в поселении, где после каждого дождика на главной улице грязи по самые уши. Это соседским свиньям хорошо жилось в таких условиях: залезут в слякоть, важно похрюкивая, только пятачки и видны, а нам приходилось до самого лета ходить в высоких сапогах. Здесь же совсем другое дело.

Не знаю, как будет с другими городами, но Карнар меня поразил в самое сердце своим великолепием! Все дома выглядели один краше другого, словно сошедшие с картинок из детских сказок — небольшие, уютные, в окружении садов. Не было ни скотных дворов с характерными запахами, ни хозяйственных построек с соломенными крышами. Всё сияло чистотой и радовало ароматами цветов, буйствующих в палисадниках.

Пройдя по широкой мостовой, мы вышли к торговым рядам, с толпящимися в них покупателями. Признаться к такому скоплению народа я оказалась не привычна, поэтому частенько натыкалась на спешащих горожан, когда раскрыв рот, засматривалась на очередную диковинку в какой-нибудь лавке. Это происходило до тех пор, пока Катара не сжалилась надо мной и не подхватила под руку, умело маневрируя даже с таким своеобразным прицепом как я среди спешащей толпы.

— Ничего, с непривычки всегда так, — ободряюще похлопав по плечу, произнесла она, — через месяц-другой пообвыкнешься и будешь бегать как у себя дома.

— Если перестанет пялиться на каждую витрину, — фыркнул Киран, умудряясь каким-то непостижимым образом держаться рядом с нами.

— О, канцелярские товары, — дёрнув провожатую за руку, указала на очередную витрину, увидев писчие перья, выставленные напоказ, и стопки бумаги всех видов и размеров. — Мне нужно сюда.

Обернувшийся в этот момент отец, махнул мне рукой, давая понять, что он сейчас подойдёт, так что можно было выбирать необходимое. Вот только стоило зайти в лавку, как я тут же забыла, зачем вообще сюда пришла.

Едва уловимый звериный запах, витавший в помещении, затмил собой все мысли, обостряя чувства до придела. И не осознавая того, я призвала пламя, запылавшее в моей ладони.

— Здесь оборотни, — прошептала я, оглядываясь по сторонам в поисках источника запаха, и ненависть растеклась по телу вместе с током крови, напомнив о событиях, оставивших неизгладимый след в моей жизни.

Три парня стояли у прилавка с писчими принадлежностями, о чём-то тихо переговариваясь, ещё несколько разглядывали стеллажи. Так кто же из них?

— Тише, Лили, успокойся, — испуганно выдохнула Катара, дёрнув меня за рубашку, — это нормальные ребята, не те отступники, что вырезали целые селения. Старшие учатся в академии, а младший зачислен в нашу группу.

— Вы с ума сошли, деточка? — испуганно воскликнула пожилая хозяйка, подбежав ко мне и оттесняя к двери, тем самым отвлекая моё внимание, — здесь не место для экспериментов с огнём, брысь из моей лавки, и не возвращайтесь, пока не потушите это безобразие.

— Простите, — только и смогла выдавить я, прежде чем вылететь