Красавица и дракон - Ева Похлер Страница 3

— Это наше проклятие, моя дорогая, — торжественно ответила её мать. — Если ты сделаешь это, часть меня умрёт вместе с тобой.

Психея обняла мать.

— А часть меня будет жить с тобой.

Свадебный пир Психеи был похож на фарс. Подданные приносили ей подарки, которыми она никогда не воспользуется, а слуги подносили блюда с едой, которую она не могла есть. Даже её изысканное белое платье и прекрасный венок из цветов, украшавший голову, вскоре будут разорваны в клочья. Только вино было полезным, и Психея пила его вволю.

В сумерках они начали восхождение на гору. Четверо стражников несли Психею на ялике, полном цветов, под бой королевского барабана. Хотел ли отец оказать ей честь или предотвратить побег, она не знала. Тоник, который дала ей няня, смешался с вином, и у неё кружилась голова, и она перестала бояться. Она посылала воздушные поцелуи плачущей матери и сёстрам, которые поднимались вслед за ней по склону горы.

За королевской процессией следовали сотни любопытных. Множество лиц повернулись к ней с выражением ужаса на лицах. Но она чувствовала волнение, витавшее в воздухе. Несмотря на то, что люди жалели её за жертву, которую она должна была принести, они были взволнованы и жаждали зрелища.

Когда они достигли вершины, мужчины спустили ялик и помогли ей выбраться. Она была в бреду, когда они усадили её на самую высокую скалу. Родители и сёстры ещё раз поцеловали её, прежде чем отвести толпу обратно к нижнему гребню, где они могли наблюдать за происходящим в безопасности.

Внезапно появился Нико.

— Убежим со мной!

Он пытался убедить её сделать это ранее в тот день, когда она прощалась с Ветроловкой в конюшнях. Она сказала ему, что не может подвести королевство, а он посоветовал забыть о королевстве и спасать себя.

Теперь она смотрела на него с удивлением, не в силах поверить, что он мог так сильно рискнуть.

— Нико?

— Убежим со мной, миледи, — повторил он, протягивая ей руку.

Прежде чем она успела ответить, мимо пролетела стрела и пронзила грудь Нико. Он закричал, падая с горы и разбиваясь насмерть в пропасти внизу.

— Нико! — закричала она, но было уже слишком поздно, чтобы спасти его. — О, Нико!

Когда она заглянула за склон горы, надеясь увидеть своего друга, то почувствовала чьё-то присутствие над собой. Подняв глаза, она увидела Зефира, бога западного ветра. Он поднял её на руки и унёс в небо.

— Вы лишаете людей возможности участвовать в шоу, — сказала она, немного отойдя от своего бреда.

— Они меня не касаются, — ответил он.

Он высадил её на другой горной вершине, скрытой за облаками, и ушёл. Прежде чем она смогла сориентироваться, над ней появился кружащий красный дракон. Его голова была высотой с человеческий рост, а туловище — длиной в два человеческих роста. Размах его крыльев достигал шести футов (фут = 0,3048 метра).

Он приземлился рядом с ней и уставился на неё сверху вниз, обнажив острые, как бритва, зубы.

Она планировала закрыть глаза и позволить ему сожрать её без боя, но теперь, когда настал подходящий момент, она закричала и побежала.

Психея, спотыкаясь, спускалась по склону горы, не в состоянии видеть дальше, чем на несколько футов вперед из-за густого облачного покрова. Крики вырывались у неё изо рта, обжигая горло. Туман лип к её коже, пробирая до костей, но ледяной страх, сжимавший сердце, был гораздо ощутимее. Звук кожистых крыльев, рассекающих воздух позади неё, заставил её ноги двигаться быстрее.

Она снова закричала, и её голос эхом разнёсся по туману, пока она неслась по пересечённой местности. Острые камни впивались ей в ноги сквозь сандалии, а платье цеплялось за колючие кусты, но она не осмеливалась замедлить шаг. Воздух наполнился рёвом дракона, ужасающей смесью гнева и разочарования. Психея оглянулась через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромная фигура дракона материализовалась из облаков, его алая чешуя сверкала даже в тусклом свете.

Взмахнув своими массивными когтями, дракон потянулся к ней. Психея вскрикнула и пригнулась, но оказалась недостаточно проворной. Когти дракона сомкнулись вокруг неё, оторвав от земли. Отчаяние придало ей сил, и она извивалась всеми силами своего существа. Каким-то чудом она выскользнула, упала обратно на землю и покатилась вниз по крутому склону, а её венок из цветов упал рядом с ней.

Её облегчение было недолгим. Когда она остановилась, хватая ртом воздух, появился новый ужас. Гарпии — существа с птичьими телами и женскими лицами — спустились с неба. Воздух наполнился их пронзительными криками, от которых у Психеи мурашки побежали по спине. Одна из них, вытянув когти, бросилась к ней. Психея попыталась убежать, но гарпия была слишком быстра.

Как раз в тот момент, когда когти гарпии были готовы сомкнуться вокруг неё, вмешался дракон. С оглушительным рёвом он схватил гарпию и сбросил её с горы. Психея едва успела услышать пронзительный крик гарпии, прежде чем на неё налетела другая. Дракон бросился на них, отмахиваясь, но две оставшиеся гарпии были неумолимы.

Каждый раз, когда гарпии удавалось схватить Психею, дракон оказывался рядом, вырывал существо и швырял его в пропасть. Гарпии визжали от ярости, атакуя дракона когтями, но ярость дракона была грозной силой. Он сражался с такой яростью, что Психея испытывала благоговейный трепет и ужас.

В этом хаосе Психея обнаружила, что снова бежит, но на этот раз она не была уверена, куда именно. Гарпии кружили над головой, а рёв дракона сотрясал землю у неё под ногами. Её ноги дрожали от усталости, и она понимала, что долго так продолжаться не может. Когда другая гарпия бросилась на неё, она приняла отчаянное решение.

Она повернулась и побежала к дракону.

Существо, заметив её приближение, отбросило атакующую гарпию мощным ударом. Психея добралась до дракона, её сердце бешено колотилось. Она с трудом верила в то, что делает, но действия дракона показали, что он защищал её, а не причинял вреда. Она, дрожа, прижалась к его массивной ноге.

Дракон издал низкое, рокочущее рычание, скорее предостерегающее гарпий, чем представляющее угрозу для неё. Он широко расправил крылья, создавая защитный барьер вокруг Психеи. Оставшиеся гарпии разочарованно завизжали, но не осмелились приблизиться.

Психея, всё ещё дрожа, посмотрела на дракона, и её страх смешался со странным чувством благодарности. Дракон взглянул на неё сверху вниз, и его глаза, недавно наводившие ужас, теперь наполнились необъяснимой нежностью. На мгновение, среди клубящегося