Сделка с розой - Саша Пейтон Смит Страница 24

— Я бы не посмела.

Затем она переводит взгляд на нас:

— Мое самое заветное желание — убедиться, что Брам закончит этот сезон с наилучшей из возможных партий. У нас есть всего двенадцать недель, и в это время мой сын будет ездить между Лондоном и Оксфордом, поскольку он еще заканчивает сдачу экзаменов. Поэтому он составил список качеств, которые ищет в будущей жене, и великодушно позволил мне дать ему совет. — Она указывает на сына. — Расскажи им, дорогой.

Брам делает еще один глоток вина и достает из нагрудного кармана листок бумаги.

— Я надеюсь встретить ту, кто будет умной, преданной, честной и целеустремленной.

Он убирает листок обратно в карман, и его мать продолжает:

— Во время вашего пребывания здесь вы будете брать уроки у виконтессы Болингброк и у меня. Я буду оценивать каждую из вас на предмет качеств, которые перечислил мой сын, и советовать ему, кто станет лучшей невестой…

— Хотя окончательный выбор за мной, — перебивает Брам.

Королева похлопывает его по руке:

— Разумеется, мой дорогой.

Я ерзаю на стуле, чувствуя себя неловко, когда вспоминаю то, что вчера сказал мне Эммет. Мы должны сделать так, чтобы он полюбил меня настолько сильно, что женился бы вопреки всему, что скажет его мать.

Часы бьют десять, когда мы отодвигаем стулья и встаем, чтобы уйти. Мы уже почти дошли до двери, когда королева прочищает горло, и мы замираем.

— Девушки, минутку.

Брам останавливается у выхода.

— Не ты, дорогой, мы будем обсуждать женские дела, — говорит королева.

Мы остаемся наедине с ней, и она жестом приглашает нас вернуться к столу.

— Нет нужды Браму знать подробности наших уроков. Мужчины — такие чувствительные существа. Не то что мы.

Свет камина отражается в ее тиаре, и я понимаю, что ошиблась. Она инкрустирована вовсе не жемчугом, а человеческими зубами.

— Да, мадам, — отвечаем мы хором.

Королева Мор берет свой пустой бокал и пододвигает его к Эмми, девушке, сидевшей ближе всех справа.

— По слезе, чтобы обеспечить ваше молчание.

Мы тревожно переглядываемся, но остальные знают так же хорошо, как и я: у нас нет реального выбора. Не если мы все еще хотим оставаться претендентками на руку Брама.

— Вы хотите, чтобы я заплакала? — спрашивает Эмми.

— Всего одну слезу.

Эмми медлит, затем вырывает себе ресницу так резко, что на глазах выступают слезы. Одна тяжелая слеза скатывается по краю бокала.

Мэрион широко раскрывает глаза, пока они не пересыхают настолько, что начинают слезиться. Рядом с ней Олив и Фейт повторяют ее действия.

Грир пытается сделать то же самое, но у нее не выходит.

— Ударь меня, — умоляет она.

Я колеблюсь.

Она ругается сквозь зубы в мой адрес, затем сама дает себе такую пощечину, что от одного вида мне становится больно, и на глазах невольно выступают слезы.

Она передает мне бокал, и я позволяю одной слезе стечь в него.

Королева оглядывает нас и улыбается:

— Какие же вы послушные девочки.

Когда мы встаем, чтобы уйти, королева сталкивает бокал на пол, и он разбивается вдребезги. Не думаю, что наши слезы вообще были нужны ей для магии — ей просто хотелось посмотреть, как мы извиваемся. Отвращение подступает к горлу.

Лакей с серебряным подносом протискивается мимо меня, когда я почти дохожу до двери. Я оборачиваюсь и встречаюсь прямым взглядом с королевой Мор в тот момент, когда крышка с блюда приподнимается.

Мы оставляем королеву одну ужинать, и только когда дверь закрывается, я осознаю, что это было: миска молока с медом.

Глава тринадцатая

Мы просыпаемся на следующее утро под звуки суеты в нашем маленьком коттедже. Внизу, на кухне, наша кухарка вместе с целой армией горничных накрывает роскошный завтрак в столовой. Три служанки, по одной на комнату, будят нас и сразу берутся за дело: сооружают на наших головах замысловатые прически, затягивают нас в корсеты и облачают в тонкие шелковые платья, предоставленные Короной для этого сезона. На лице Лотти не дрогнул ни один мускул, выдающий нашу тайную встречу.

Одетые и накормленные, мы в сопровождении лакеев переходим через влажную от росы лужайку к главному дворцу, где нас уже поджидает виконтесса Болингброк в гостиной.

— Добро пожаловать, девочки, на ваш первый урок этикета, — щебечет она, пока мы рассаживаемся на неудобных диванчиках с вышивкой, расправляя вокруг себя юбки. — Эти уроки будут идти параллельно с занятиями Ее Величества, чтобы убедиться: та, кого выберет Брам, будет готова к королевским обязанностям, которые ее ожидают.

Я ожидаю, что нас будут учить сервировке стола или истории Англии, но вместо этого она начинает серию странных упражнений, часами изматывая нас загадками, математическими задачами и словесными головоломками.

Нам раздают планшеты для письма и листы бумаги. Я никогда не любила подолгу сидеть за учебой и постоянно отвлекаюсь, глядя в окно на зеленую траву Кенсингтонского парка. Сегодня там многолюдно: гувернантки везут коляски, дамы крутят в руках шелковые зонтики. Мои мысли постоянно возвращаются к Эммету. Как я должна заставить Брама полюбить меня, если нам даже не дают побыть вместе?

Интересно, что сейчас делают мои родители? А Лидия? Ей уже сказали о том, что мы теряем дом?

Виконтесса Болингброк стучит костлявым пальцем по краю моей парты.

— Сосредоточься, Бентон!

Мэрион слегка наклоняет свой лист в мою сторону, и я копирую ее ответы.

Полагаю, Брам действительно говорил, что хочет видеть рядом с собой умную девушку.

После чаепития мы собираемся на южной лужайке. Королева в окружении группы фрейлин, обмахивающихся перьевыми веерами, стоит рядом с пирамидой из бокалов шампанского. Задерживаясь на краю толпы, я замечаю Брама и Эммета.

Когда мы приближаемся, в компании воцаряется тишина. Я слышу шепот: «Шестерка».

Объявление делает виконтесса Болингброк, но все по-прежнему смотрят на королеву, словно она — центр тяжести, а мы все — лишь спутники на ее орбите.

— Что может быть лучше, чтобы поприветствовать вас в Кенсингтонском дворце, чем немного веселья, — говорит виконтесса. — Сегодня после обеда Ее Величество пригласила нескольких избранных друзей присоединиться к нам для игры в лабиринте из живой изгороди. В центре вы найдете небольшой приз. Ее Величество обожает игры.

Говорят, что игры часто были тем самым способом, с помощью которого Иные заманивали людей, чтобы заключить с ними сделку. Они предлагали сыграть партию в шарики, бирюльки или бильярд, а затем заколдовывали предметы, чтобы обеспечить себе победу.

Среди исследователей «подземного» мира фейри до сих пор ведутся споры, какие из игр изобрели люди, а какие были привнесены нашими странными гостями.

Лицо