Любовь не с первого взгляда - Виолетта Иванова Страница 24

Император рукой указал на какую-то дверь, открыл ее и вошел. Это была небольшая комната, где стоял небольшой стол с курительным прибором, парой кресел и диваном вокруг него. В воздухе витал легкий аромат отличного табака.

— Хорошо, — Мария прошла в комнату, остановилась у дивана, прислонилось бедром к его спинке, скрестила руки на груди. — Давай поговорим. Через три дня истекает срок, после чего мы должны вступить в брак. Ни ты, ни я не хотим этого, но это воля богов и нам придется пойти на это. Я понимаю, что у тебя была своя жизнь. Я тоже не была одинокой. Но я не хочу, чтобы после того, как Оракул назовет нас мужем и женой, наблюдать за тем, как мой муж при всех изменяет мне и таскает за собой повсюду свою любовницу. Тебе придется выбирать — или жена, или любовница.

— И что ты предлагаешь? — мужчина внимательно смотрел на нее.

— Я так понимаю, — она усмехнулась, — ты выберешь не жену. Тогда я хотела бы уехать из дворца. Мне будет все равно, как ты здесь будешь проводить свое свободное время и с кем будешь делить трапезу. Только прошу — не требуй от меня супружеского долга и какого-то уважения к тебе, это надо заслужить. И я не хочу, чтобы ты демонстрировал мне всех своих любовниц, хотя мужем и женой мы будем только номинально.

По лицу Императора пробежала волна, щека дернулась в нервном спазме.

— Возле приморского городка Лабаленк есть вилла императора Энтариса, — выдавил из себя Вадимирис. — Там давно никто не жил. Мартинс подскажет, к кому обратиться, чтобы тебе выделили все, что скажешь. Все документы на эту виллу на твое имя подготовлены. Считай это моим свадебным подарком. Можешь уехать туда после брачной ночи.

Мария дернула бровью. Неужели он надеется, что она ляжет с ним в постель откуда только недавно ушла его любовница? Нет уж, ей хватило унижения.

— Нам все равно придется присутствовать какое-то время на балу после заключения брака. Представители провинций и соседних королевств уже направляются к нам. Мы должны быть на этом балу, не имеем право нарушать протокол.

Мария вопросительно посмотрела на Егерона, он кивнул головой, подтверждая слова Императора.

— Хорошо, — поморщилась Мария. — Я посещу этот бал. Но больше от меня ничего не требуй.

Она кивнула мужчине, потом оттолкнулась от дивана и направилась на выход. Егерон пошел следом, а Вадимирис остался в курительной. Ни слез, ни просьб, ни малейшего флирта, чтобы получить его расположение. Да кто она такая и что себе позволяет? И что снова, Темный его побери, на ней снова надето? Однако, этот ее новый наряд весьма волнует мужской взгляд.

Глава 10

Оставшееся до дня своей неминуемой свадьбы время Мария посвятила занятиям с Егероном и подготовкой к отъезду. Мартинс принес им документы на виллу и передал их с таким видом, словно он лично одаривает Марию этой благодатью из своего кармана.

Валерис по ее эскизам сшил ей несколько комплектов дорожной удобной одежды, нижнее белье, даже изготовил несколько пар обуви. Он был в полном восторге, когда она рассказывала ему о том, что носят в ее мире, какая есть удобная обувь. После нескольких попыток ему удалось сделать что-то похожее на слипоны, которые Мария тут же надела.

— Элира Мария, разрешите мне поехать с Вами, — попросил Валерис, когда она примеряла последний комплект, похожий на охотничий костюм из тонкой замши.

— И ты готов уехать из дворца, где мог бы озолотиться? Ведь ты остался единственным портным.

— Не могу я здесь больше находится. Больше десяти лет Рестана держала меня здесь, как раба, заставляя шить только то, что она считала нужным. А я многое могу, мне хочется создавать прекрасные вещи, ведь у меня магия творца.

— Так ее больше нет. Ты вправе сам предлагать дамам новые наряды.

— Нет, — он покачал головой. — Я терпеть их не могу. Каждая из них всегда смотрела на меня, как на что-то ничтожное. Многие из них даже не знали, что это я шью все наряды. Рестана никогда не умела шить, она только брала у них деньги, из которых я не получил ни медяка. Прошу, возьмите меня с собой, я пригожусь.

— Скажи, как получилось, что ты был в рабстве у этой Рестаны?

По лицу мужчины промелькнула тень безотчетной тоски. Мария уже подумала, что он промолчит, но Валерис начал тихо рассказывать, и чем дольше он говорил, тем больше Марии хотелось самой задушить эту Рестану.

— Моя матушка была ее старшей сестрой. Когда матушка вышла замуж за моего отца, он полностью взял на себя обязанность обеспечивать нас и Рестану, так как был единственным мужчиной в семье. Рестана страшно ревновала матушку, так как сама влюбилась в него. Она постоянно пыталась рассорить моих родителей, но они слишком любили друг друга. Рестана из-за этого ненавидела мою мать. Когда мне исполнилось шесть лет, отец умер. Матушка осталась со мной на руках. Я рос очень болезненным слабым ребенком, лекари говорили, что это как-то связано с моей магией, которая никак не может проявиться. Только недавно я подслушал, как Рестана хвасталась своей подруге, что с самого детства поила меня каким-то снадобьем, которое блокировало мою магию, поэтому магия разрушала мое тело, делало слабым. Рестана, которая после смерти моего отца нашла себе богатого любовника — советника Марганиса, не единой монетой не помогла нам, хотя до этого она жила в нашем доме за счет нашей семьи. Матушка пыталась найти мне лекарей, делала все, чтобы я смог обучаться магии. Она много работала, бралась за любую возможность немного заработать. Я пытался помочь маме, но никто не хотел нанимать меня — я был слишком мал и слаб, чтобы выполнять тяжелую работу. Она продала наш большой дом, мы перебрались в лачугу, почти все деньги уходили на лекарей, которые поддерживали мою жизнь. Мы с матушкой жили в нищете, я как мог помогал маме по дому, пока она ходила по богатым домам, чтобы заработать хоть пару медяков. Матушку никто не хотел брать на постоянную работу из-за происков Рестаны и ее нового любовника. Когда мне исполнилось тринадцать, матушка умерла. Тогда Рестана взяла меня к себе на правах безвольного раба. Она не платила мне ни медяка. В пятнадцать у меня наконец проявилась магия, магия творца. Поверьте, моя магия очень сильная, могу не только шить, могу создавать