Любовь не с первого взгляда - Виолетта Иванова Страница 23

Они прошли в Святое место, Егерон зажег несколько светлячков над алтарем, принес ларец, прочитал молитву, потом открыл его. Из ларца вверх ударил луч золотистого цвета. Мария даже не успела ничего сказать, как раздался недовольный голос:

— Нет, Мария, это воля богов. Вы должны заключить этот брак.

— Но я не хочу. Тем более, у него есть любовница, а делить его с кем-то я не смогу. Для меня брак это святое, — она в отчаянии сжала кулаки, хотелось кричать в голос. Оракул даже не выслушал ее, а ей очень хотелось высказать ему все, что накопилось в душе за эти сутки.

— Ваши судьбы переплетены. Ваши дороги слились воедино. Вам суждено быть вместе, — звенели голоса, отражаясь от высокого свода.

— Да ты слышишь, что я говорю? У него любовница! А я не прощаю измен, — Марии хотелось расплакаться.

— Он откажется от нее. Воля богов — быть вам мужем и женой.

Свет погас, Мария больше ничего не успела сказать. Егерон закрыл ларец и вернул его на место. Они вышли из Святого места, Мария молча ушла к себе. Егерон взглядом проводил ее и не пошел за ней следом, за что она была ему благодарна.

Следующий день Мария снова провела в разговорах с Егероном. А после обеда пришел Валерис, который сообщил, что платье готово. Они отправились в мастерскую, где на манекене висело роскошное платье. Мария замерла на пороге в восхищенном восторге. Платье было прекрасно. Небольшой квадратный вырез, украшенный золотым кружевом, облегающий лиф, подчеркивающий ее небольшую, но весьма соблазнительную грудь, широкая ниспадающая юбка с разрезом впереди, из-под которого виднелась нижняя юбка из золотой парчи. Длинные рукава чуть расширялись книзу и тоже украшены тончайшим золотым кружевом.

— Я еще сделал Вам шляпку на голову, — сказал Валерис, протягивая ей что-то невообразимо прекрасное, словно небольшая корона с ниспадающей назад золотой сеточкой, полностью закрывающая ее волосы.

— Это самое прекрасное платье, какое я только видела, — тихо произнесла Мария. — Жаль, только свадьба моя не настоящая.

— Может попробовать еще раз поговорить с Императором? — спросил Егерон. — Ты же понимаешь, что нельзя ослушаться волю богов.

Мария ничего не ответила, только пожала плечами. Она и сама понимала, что надо что-то делать. Не будет же она вечно избегать мужчину, который должен стать ее мужем.

Они направились в башню. Увидев, кто их поджидает возле входа, Мария даже запнулась от неожиданности. Возле башни стоял секретарь Вадимириса, на лице которого читалось нетерпение и недовольство. Когда Мария и хранитель подошли к нему, на лице мужчины появилась надменность. Он высоко задрал подбородок:

— Его императорское величество Вадимирис требует явиться сегодня на ужин для разговора.

— Хм, требует, — усмехнулась Мария. — А если я не пойду?

— Император будет крайне недоволен, — щека секретаря нервно дернулась. — Через час он ждет Вас в большом обеденном зале.

Не дожидаясь ответа, секретарь развернулся и ушел.

— Я не пойду, — сказала Мария, глядя ему в след.

— Я пойду с тобой. Вам все равно придется поговорить, сказал Егерон, который тоже провожал взглядом секретаря и качал недовольно головой.

— Знаешь, дорогой Егерон, на разговор, а тем более на ужин не приглашают таким тоном. Мне это как-то обидно, — сказала Мария, решая, идти или нет.

— Это Мартинс, секретарь Императора. Он служит Императору уже двадцать лет и всегда был таким заносчивым.

— Но это не значит, что надо быть таким надменным индюком со мной. Ладно, пошли собираться. Послушаю, что мой будущий муж хочет мне сказать.

Через час Мария и Егерон подошли к большому обеденному залу. Стоящие у дверей стражи открыли им двери. Посреди роскошного зала, сияющего золотом и хрусталем, стоял огромный стол, широкий и длинный, возле которого спокойно могли бы разместиться человек сто. Сейчас за столом сидело около пятидесяти человек, которые с нетерпением ожидали начало ужина. Император занимал место с торца стола. Возле него справа стоял еще один пустой стул. Мария направилась к Императору и остановилась, заметив рядом с императором по левую его руку Гартению.

— Милочка, пересядь на другое свободное место, — подошла к ней Мария и потребовала громким голосом. — Это место для более важных гостей. Не думаю, что любовница важнее, чем хранитель Императорского Оракула Егерон Всевидящий.

Гартения вспыхнула и посмотрела требовательным взглядом на Вадимириса, который сидел, нахмурив брови. Любовница ждала, когда тот поставил Марию на место, но Император кивнул головой, давая понять, чтобы она выполнила требование Марии. Девушка резко подскочила со своего стула так, что тот заскрежетал ножками по каменному полу, с гордо поднятой головой пошла на выход. Перед дверью она остановилась и оглянулась, словно требовала от Императора, чтобы он остановил ее. Но Вадимирис молчал. Гартения вышла из зала. Мария и Егерон заняли свои места. Вадимирис сделал знак и слуги засуетились возле гостей, начали накладывать еду в тарелки.

Мария краем глаза замечала, как на скулах мужчины ходят желваки. Ей даже показалось, что она слышит, как скрипят его зубы. Император молчал и не торопился начинать разговор. Гости за столом ловили каждое его движение.

Когда слуга подошел к Марии и пытался положить на ее тарелку какую-то еду, она сделала знак оставить ее в покое. Егерон тоже отказался от еды и просто молча пил воду из кубка. Молчание Императора затягивалось. Да и говорить с ним при большой толпе любопытных, которые настроены против нее, Марии не хотелось. Пора снова брать ситуацию в свои руки.

— Ваше императорское величество, Вы приказали мне явиться на этот ужин, чтобы поговорить о наших дальнейших отношениях. Не думаю, что мы свои личные вопросы можем обсуждать в присутствии стольких людей. Я не буду здесь ни о чем с Вами говорить. Да и есть я за этим столом, где сидела Ваша любовница, не желаю.

Мария поднялась со своего места и направилась к выходу. Егерон, который подавил улыбку на своем лице, поднялся и пошел следом. Они дошли до двери и уже хранитель протянул руку, чтобы ее открыть, как позади них раздался голос Вадимириса.

— Мария, подожди. Чего ты хочешь?

Мария остановилась и оглянулась. Император подходил к ним быстрым шагом. Весь его вид говорил, что он очень раздражен и зол. Но Марии было совершенно наплевать на его состояние. Она сейчас сама могла убить кого угодно.

— Поговорить. Но не здесь, — ее голос был сух.

Она открыла дверь и вышла в коридор.

— Здесь есть комнаты, где мы можем поговорить без лишних ушей? —