Ненужная жена. Отданная дракону - Илана Васина Страница 23

— Провоцируешь меня, дерзкая рия? — неожиданно произнёс Дарион, по-прежнему не открывая глаз.

— Провоци… Что? — я испуганно отпрянула от тиарха.

— Твои взгляды прожигают мне кожу. Скоро дырки насмотришь. Какой же из меня тиарх будет — с дырками на теле?

В его голосе прозвучала насмешка, а вот мне стало не до смеха. Как он понял, что я на него смотрела? Неужели почувствовал?! К лицу прилила кровь, щёки горели, но ответила ему в тон:

— Вот уж не знала, что мой взгляд для тебя опаснее, чем полчище игмархов, — и тут же отвернулась от него в сторону окна.

Долго всматривалась в лунные дорожки света, пока веки не налились тяжестью...

Проснулась от тихих голосов. Открыв глаза, обнаружила, что за окном уже зачиналось утро. Небо окрасилось розовым, и от этого мягкого отсвета комната выглядела ещё уютнее. Я расслабленно любовалась обстановкой, пока до моего сознания не долетели отдельные обрывки фраз.

— Ты уже взял из казны флорины и фарты? — спросил Дарион.

Его собеседник что-то тихо прогудел в ответ, и тогда Дарион потребовал:

— Повтори его имя.

Будто сквозь туман я услышала имя Эдмира, и сон как рукой сняло. Резко повернулась на кровати, желая увидеть визитёра, но оказалось, ночью кто-то — наверно, Дарион — опустил балдахин. Теперь плотная ткань, как ширма, скрывала всё, что происходило у двери.

В спешке и суете я чуть не спрыгнула на пол, но вовремя вспомнила, что ступни ещё не зажили. Поэтому подползла к противоположному краю кровати, подняла тяжёлый сапфировый бархат и… вздрогнула.

Мой взгляд упёрся в мускулистый торс мужчины, стоявшего прямо передо мной в одних свободных штанах. Протяни я руку — и могла бы коснуться бронзового пресса. Под правыми рёбрами тянулись тонкие шрамы — едва заметные линии, напоминающие о битвах, которые он пережил. И эти шрамы казались единственным изъяном на совершенном теле.

Я судорожно втянула в себя воздух.

Познакомься, Верия.

Перед тобой соблазн во плоти.

Задрала голову и встретилась взглядом с Дарионом. Серые глаза внимательно изучали моё лицо, а на губах играла лёгкая улыбка. Наверное, я выглядела забавно: растрёпанная, сонная, с ошарашенным взглядом, выползающая из-под кулис балдахина. А у меня при виде тиарха перехватило дыхание. Я отвела взгляд и прикусила губу.

Интересно, он хоть понимает, какое впечатление производит на женщин?

Понимает. Конечно. Не может не понимать.

И нагло этим пользуется.

— Я думал, — заговорил он, — вчерашний день измотал тебя до предела, но ты у нас ранняя пташка. Ты голодна? Я велел принести нам завтрак.

У меня появилось ощущение, что тиарх меня забалтывает. Серьёзно? Он меня за трёхлетнего ребёнка держит? Я мотнула головой и сразу перешла к делу:

— Одних флоринов и фартов будет мало. В первую очередь, твоему человеку понадобятся в Фиандисе документы.

— О чём ты? — тиарх нахмурился.

— Я говорю о мужчине, которого ты снарядил монетами. Несколько месяцев назад в Фиандисе ввели контроль документов. По улицам ходит стража и проверяет прохожих. Бумаги должны быть с печатями. При малейшем подозрении — людей хватают и отправляют в тайную полицию разбираться.

— Зачем Фиандису уличный контроль?

— Старейшины решили понизить преступность.

— И что? Сильно понизили?

Я фыркнула, не скрывая досаду. Неужели тиарх меня не услышал?

— Дарион, твой человек окажется в опасности в Фиандисе, если у него нет нормальных документов. Наши стражи умеют распознавать подделку.

— С чего ты решила, что мой человек отправится в Фиандис?

— Это же очевидно. Золотые флорины используют в Элирисе повсюду. А серебряные фарты в обиходе только в Фиандисе. Другие города чеканят своё серебро. Останови его. Ты посылаешь человека в западню.

Вопреки моим словам тиарх продолжал стоять неподвижно. Словно статуя замер. Челюсти сжал, нахмурился. В серых глазах, за минуту до этого — смешливых, блеснул холодок.

— Вижу, ты догадлива, Верия. Умеешь связывать одно с другим. Ну так и я это умею. Почему ты не хочешь, чтобы мой человек отправился в Фиандис? Так сильно за мужа боишься? — он с упреком прищёлкнул языком. — А говорила — не любишь.

******

Дорогие, как думаете, зачем Верия решила вмешаться? Чтобы мужа уберечь или по другой причине?

И заодно - небольшой анонс. В следующей проде расскажу вам, как прошел разговор о разводе мужа Верии и жреца (эмоционально!), и покажу вам визуал жреца. Спасибо, что читаете и делитесь своими мыслями!

Глава 23. Визуал жреца

Муж

Я просил храмовых служителей позвать жреца, но они лишь отмахнулись. У меня не было власти в святилище, поэтому пришлось стиснуть зубы и молча озираться по сторонам. Мимо проходили прислужники в скромных одеяниях. Верующие стояли в очереди к алтарю с корзинами, полными приношений. Но тот, кого я искал, словно в воду канул.

Дела на шахте требовали срочного внимания, так что я ушёл с тем, чтобы вернуться позже. Вечером я снова крутился по храму в поиске жреца — и снова напрасно. Старый хитрец будто намеренно меня изводил, избегая встречи со мной. Прятался. Злил.

И всё же отступить я не мог. Поговаривали, что даже в самых захудалых храмах жрецы знали о драконах больше, чем все миряне Элириса вместе взятые. Сколько бы от меня ни бегал — рано или поздно я найду этого зазнайку и вытащу из него всё, что ему известно о Верии!

Лишь с третьей попытки встреча удалась — вскоре после того, как Грисса подтвердила, сердито сверкнув глазами, что Верия до сих пор жива. Я увидел сгорбленную фигуру жреца, сидящего на каменных ступенях у входа в храм. Он задумчиво смотрел в сторону моего дома, будто поджидая. Однако, стоило ему заметить меня, на морщинистом лице мелькнуло обречённое выражение — видно, был не слишком рад нашей встрече.

Старик поднялся со ступеней, сцепил пальцы перед собой и склонил седую голову:

— Светлого дня, дарн Вейнарт. Пусть Аругар дарует тебе долгие дни жизни и процветание…

— Светлого! — перебил я. — Что с моей женой? Как ей удалось выжить? Где содержится? Я хочу знать все детали.

Жрец изобразил удивление.

— Так ты уже в курсе, дарн? Откуда тебе известно? Эта информация доступна лишь служителям Аругара.

— Я спросил первым, почтенный, — я даже не скрывал раздражения, — и до сих пор жду ответ.

Он склонил голову, побелённую сединами.

— Как раз об