Три вида удачи - Ким Харрисон Страница 22

Теперь заёрзали уже маги, и Бенедикт поднял руку, призывая к терпению.

— Чистильщики, — продолжил он, — обладают навыком, который ни один маг не может воспроизвести: умением безопасно обращаться с энергетическим дисбалансом, который мы создаём даже самой малой магией. Я искренне верю, что на основе способностей чистильщиков может возникнуть целое новое направление исследований и магии. Возможно, кто-то из вас станет тем, кто его откроет.

Он улыбнулся, но благодарные лица чистильщиков выглядели несколько натянутыми. Это было слишком близко к тому, за что изгнали Херма Ивароса.

— Доктор Стром, — подал голос кто-то смелый, — вы ведь не предлагаете учить наших детей использовать дросс? Это же создаёт тень.

Я сдвинулась, закинув ногу на ногу. Честно говоря, никто точно не знал, создают ли отходы дросса тень или просто притягивают её — в основном потому, что результат был один и тот же: любой, кто пробовал, умирал.

— Боже, нет, — сказал Бенедикт, усмехнувшись, чтобы сгладить недоразумение. — Никогда.

Моё внимание оторвалось от сцены и скользнуло к одной из выходных дверей — она открылась, и внутрь вошли Пейс, Арчи, Сара, Гарри и Сол: с пончиками в руках и прихлёбывая кофе. Экскурсоводы для поступающих магов уже были здесь, ковырялись в телефонах в углу. Раздельно и точно не на равных, — подумала я, отложив в сторону вдохновляющие слова Бенедикта.

— Я не призываю использовать дросс для подпитки магии, и университет тоже, — сказал Бенедикт, заметно расслабившись, увидев экскурсоводов. — Я говорю о том, что у чистильщиков есть уникальный набор навыков, и в рамках текущих параметров есть пространство для его развития.

Со стороны экскурсоводов раздался звук поцелуя, и поза Бенедикта напряглась — даже когда один из сидящих родителей прочистил горло.

— Доктор Стром, — голос мужчины прозвучал резко, почти враждебно. — Вы намекаете, что чистильщик, который не может управлять светом, сильнее мага низшего порядка?

Бенедикт уставился на него.

— Потенциально — да. И прежде, чем вы пойдёте к декану требовать моего увольнения, ответьте мне на один вопрос. Даже если вы отмахнётесь от странной способности чистильщиков безопасно работать с энергией в состоянии дисбаланса — сможете ли вы справиться с тенью?

Родитель фыркнул.

— Это не моя ответственность.

Я бросила взгляд на ожидавших экскурсоводов. Все они слушали. Даже маги.

— Вот именно, — сказал Бенедикт. — И, если позволите сказать, совершенно справедливо. Сфера чистильщика — использовать этот потенциальный ресурс, дросс, чтобы безопасно вызывать изменения. Не для подпитки магии — нет. А для достижения конкретного результата. Чтобы позволить вселенной сводить баланс в контролируемой форме, а не в виде пролитого кофе или взрыва лазаньи в микроволновке; возможно — чтобы вскрывать сланцы для добычи нефти или разрушать связи в химическом растворе, создавая удобрения. Направлять естественное проявление дросса известным и предсказуемым образом.

Я уставилась на Бенедикта, тяжело вздохнув от его полного непонимания того, что вообще можно сделать с дроссом. Даже если бы это заставило студентов-чистильщиков сидеть чуть ровнее.

— Для чистильщика здесь есть нечто большее, чем просто научиться чистить ловушку или развивать пси-навыки, чтобы получить работу или дополнить обычную карьеру, — продолжил он. — Сент-Унок — это шанс открыть глаза и увидеть возможности, которых вы больше нигде не увидите.

Никто ничего не сказал, но даже с моего дальнего насеста было видно, что большинство магов раздражены. Чистильщики же выглядели заинтересованными.

— Чёрт побери, Бенни, — прошептала я. — Если это всё ради того, чтобы кто-то чистил твои клетки, я тебе дроссом унитаз забью.

— Ладно! — громко сказал Бенедикт, хлопнув в ладоши. — Ваши экскурсоводы уже здесь. Позвольте мне закончить тем, что я надеюсь: вы войдёте в этот этап своей жизни с открытым умом. Получайте удовольствие, исследуя, чтобы понять, в чём вы действительно сильны и что вам интересно. Если вам повезёт — это окажется одним и тем же. А если нет, помните: как ни странно, всегда проще построить успешную карьеру на том, что вы любите, чем научиться любить то, на чём можно заработать.

Раздались редкие хлопки, и я встала вместе со всеми. Кто-то улыбался, кто-то — не очень. Может, он просто пытается больше не попадать на такие речи, — подумала я. Речь была откровенно нетипичной, и я была уверена, что ему за неё достанется.

— Учёба чистильщиков — направо, — громко сказал Бенедикт, неловко поднимаясь на ноги. — Магические дисциплины — налево. По дороге прихватите кофе и пончики в вестибюле, спасибо. Надеюсь, это начало по-настоящему впечатляющей возможности для всех вас.

Я собрала свои вещи и двинулась вниз по проходу, пока остальные тянулись к выходам — с бутылками воды и стаканчиками кофе в руках. Бенедикт вернулся к кафедре, запрокинув голову, когда сделал долгий глоток воды.

— Интересная у тебя получилась приветственная речь, — сказала я, когда подошла достаточно близко, и он обернулся.

— А. Привет. — Бенедикт посмотрел на верхние ряды зала, где уходили последние слушатели. — Я, э-э… подумал, что попробую что-нибудь новое.

Я остановилась примерно в пяти рядах от сцены.

— Так ты сам в это веришь? Или это просто приятный шум, чтобы уговорить пару первокурсников чистить твои крысиные клетки?

По нему мелькнула боль, и мне стало неловко.

— Это нечестно, — жёстко сказал он, и я подняла руку, признавая, что это был мудацкий комментарий. — Я просто пытаюсь подтолкнуть чистильщиков к чистым исследованиям. Мне правда интересно, существует ли способ направлять дросс так, чтобы он ломался определённым образом.

— Нет такого, — сказала я.

Я замолчала, наблюдая, как злость уходит с его лица, как он складывает записи в сумку, как двигаются мышцы, насколько у него всё подтянуто. Столько лет — и ничего не изменилось, только в лучшую сторону. Хватит, Петра.

— Дросс слишком непредсказуем, — добавила я, заставив себя посмотреть в высокий потолок. — Ты хочешь вскрыть сланец — а в итоге запускаешь землетрясение или случайно заливаешь водоносный слой токсинами из семидесятых.

Я подошла ближе, поставила руку на край сцены и наклонилась.

— Найти новые способы его запечатывать и хранить — пожалуйста. Намазать им здание, которое уже назначено под разбор? — губы дёрнулись почти в улыбке. — Ты едешь на поезде «Ни-за-что» до станции «Никогда», Бенни. Невозможно.

Он повернулся, закинув сумку на плечо, в другой руке — большой шуршащий пакет из супермаркета.

— Может, когда-нибудь. — Бенедикт направился к лестнице. — Спасибо, что согласилась присоединиться к проекту.

Мои брови поползли вверх.

— «Согласилась»? Серьёзно?

— А, да, я это для тебя приготовил. — Он сократил расстояние и протянул мне пакет. — У всех есть. Такой… командный момент.