Секрет актёрского мастерства - Инна Ласточка (Ness Quik) Страница 21

— Они узнали, что я встретила призрак Станиславского…

— Что? — Адриан отдёрнул руку, и Муза едва не упала, лишь чудом удержавшись на ногах. Они стояли на покатом самом опасном и старом участке крыши на расстоянии руки друг от друга, маленькая железяка скатилась из-под ног Музы и упала в закрытый двор, возвращаясь далёким глухим звуком.

— Да ладно тебе, мне повезло, а кому-то не повезло, это же местная байка, ты чего?

Даже в ночном свете городской иллюминации было видно, как исказилось гневом лицо Адриана.

— Ты с ума сошла! Я же просил тебя. Они обманщики, Муза, как ты не понимаешь⁈ Этот… это… Станиславский, это обманка! Дурацкая, банальная, глупая обманка! Зачем ты пошла туда, как ты туда попала⁈

Муза от неожиданности открыла рот, чтобы немедленно рассказать об Арлекине, но тут же одёрнула себя.

— Не знаю, случайно, просто пошла за собакой…

— Так не бывает, — Адриан покачал головой. — Я волнуюсь за тебя, а ты…

— А что я? Что я⁈ — возмутилась Муза. — Может это и глупость, ну и что? Ладно, я не буду верить ничьим словам, но Станиславский, это как посвящение, так я поняла. А раз так, мог бы и порадоваться за меня. Я тебя уже другом считаю, переживаю, волнуюсь… это не я, а ты! Ты! Вот чего ты на меня наехал⁈ — она всплеснула руками, забыв о равновесии, и тело мгновенно среагировало на это. Крыша уползла из-под ног, подошва кроссовок соскользнула, и Муза, больно ударившись локтем, покатилась вниз.

— Муза! — Адриан бросился к ней, хотел схватить за руку, но успел поймать только ремешок ускользающей следом сумки. Ремешок натянулся и, проявляя чудеса выдержки, утащил Адриана за собой.

Муза врезалась ногами в хлипкий сточный желоб, Адриан попытался затормозить и выругался, когда его собственный рюкзак зацепился за отогнутый край железного покрытия. Время словно остановилось: они оба замерли над чёрной пропастью и на миг перестали дышать — Муза даже не знала, сколько под ними этажей. Адриан осторожно протянул свободную руку, схватился за край, где зацепился рюкзак, развернулся и покрепче перехватил сумку Музы.

— Сможешь дотянуться до моей руки? Сумка выдержит?

Муза с перепугу даже не поняла, что ремень сумки сильно впивается ей в плечо, под мышку и в шею. Она встретила взгляд Адриана и, будто опомнившись, судорожно схватила ремень — думать о том, что происходит, было страшно, но и не думать невозможно. Нужно было как-то успокоиться, и Адриан, словно прочитав её мысли, придумал как.

— Прости, но я, правда, блин, переживаю, — начал он, желая отвлечь, но получилось обидно и с претензией. — Они тебе врут. Скажу тебе по секрету, ты очень, очень сильный маг. С их учениями ты рискуешь стать вторым Греем, тем более с этой иллюзией… а Грей он…

Муза вцепилась в ремень второй рукой, попробовала подтянуться и, когда получилось, подтянулась ещё. Через пару, казалось, бесконечных мгновений, она, наконец, схватилась за запястье Адриана, он отпустил сумку и перехватил её руку, чтобы было удобно им обоим.

— Ещё чуть-чуть, — Адриан потянул её к себе — отогнутый край при этом отогнулся сильнее, но крепления удержали металлический лист на месте — и вскоре Муза оказалась с ним на одном уровне. — Держись за мою вторую руку, — Адриан указал взглядом на отогнутый край и поморщился, когда металл издал неприятный и пугающий скрежет.

Теперь им оставался только небольшой рывок до того места, где они стояли всего минуту назад: там, чуть дальше, металлическая крыша изгибалась небольшим удобным выступом, за который при желании получилось бы зацепиться. Выступ выдержал бы обоих.

— Расскажи, что это за Грей такой? Что там случилось? — спросила Муза, лишь бы не думать о том, что они оба находятся на волосок от смерти.

— Мир распадался на молекулы, рассыпался в пепел и собирался в течение суток, а потом… потом огненные маги остановили его. Грея, — Адриан перехватил руку Музы ещё раз. — Я тебя сейчас подтолкну, а ты уцепись вот за тот выступ, чуть выше… сейчас, когда скажу, согни ногу и положи колено мне в ладонь…

Муза кивнула и собралась.

— И что? Он умер?

— Грей? Нет, конечно, — Адриан отпустил руку Музы. — Сейчас!

Она согнула ногу, упёрлась коленкой ему в ладонь и оттолкнулась. Казалось, что всё пройдёт хорошо, Муза потянулась к выступу…

— Его обвинили в нарушении правил использования магии и заключили в волшебное зеркало, — добавил Адриан, когда лямка чехла телескопа сползла ему на локоть, не позволяя нормально толкнуть Музу. Сердце Музы ухнуло вниз, рука пролетела мимо выступа, и она снова съехала к сточному желобу, который на этот раз не выдержал и оторвался. Адриан не успел её поймать. Ноги потеряли опору, Муза взмахнула руками, в попытке ухватиться хоть за что-нибудь, но пальцы коснулись пустого пространства. Адриан тоже покатился вниз…

«Используй воображение! Используй воображение!» — услышала она слова Станиславского. Мимо взгляда пролетел край крыши, затем окно, ещё окно…

Адриан безуспешно цеплялся за всё на свете, с его плеч скатился и рюкзак и телескоп.

— Я чайка! — произнесла Муза и ахнула от внезапно изменившегося ветра. За её спиной раскрылось нечто невероятное — большие белые крылья. Их мягкие перья она видела по обе стороны от своих плеч. Интуиция подсказала, как действовать, и крылья, замедлив падение, подняли её вверх, выше и выше… Муза вздохнула полной грудью, осмотрелась и, спикировав на Адриана, подхватила его, поймала ручку чехла телескопа и почти волоком втащила их на крышу прямо к выходу на лестницу. Колени больно встретились с металлом, дыхание сбилось, стало трудно дышать. Крылья исчезли, и Муза тут же рухнула рядом. Адриан лежал на животе и тяжело дышал, прижимая к себе телескоп. — Так Грей… заключён в зеркало? — дрожащим голосом спросила Муза. — Это что, основной вид наказания? Вроде тюрьмы?

— Нет, — Адриан с трудом встал на четвереньки, ощупал маску на лице и поправил одежду, — это единственный раз, когда магу дали такое наказание. Обычно просто стирают память и отправляют в обычный мир. Места там он себе как правило не находит, живёт в бедности и умирает один, искренне считая, что родился неудачником. На самом же деле переизбыток или недостаток магии делает его изгоем. Вот и всё… — он перевёл дух