Замуж за предателя - Наталия Журавликова Страница 2

Мне хотелось кричать. Обругать мерзавца последними словами. Топнуть ногой и потребовать расторжения помолвки.

Но я не могла.

Гнев против Лаэрта был заперт глубоко внутри меня.

ГЛАВА 1

Мне было всего пять, когда родители определили мою дальнейшую судьбу.

— Я так счастлив, Аурика, — сияя, восклицал отец, — у нашей девочки будет все самое лучшее в жизни!

— Хорошо, если и любовь тоже сложится, — осторожно добавляла мама, расчесывая мои длинные волосы серебряным гребешком, — а то ведь сейчас они еще маленькие, кто знает, какими вырастут.

Тогда, в пять лет, мне казалось, что жизнь — это счастливая и бесконечная сказка. Меня познакомили с красивым улыбчивым мальчиком, который к тому времени прожил на свете вдвое больше моего, поэтому выглядел очень взрослым и умудренным опытом.

Мой отец, граф Доминик Милтос, вовсе не рассчитывал породниться с таким древним и благородным семейством, как Телеро. Но этому способствовало сразу несколько факторов.

После того, как отец унаследовал соседнее имение, которое принадлежало его незамужней тетушке, владения Милтос и Телеро обрели общую границу. И со временем объединить их вдруг показалось главам семейств весьма заманчивой идеей.

Но все окончательно решилось после проверки нашей с Лаэртом Телеро магической совместимости. Выяснилось, что мы не просто идеально подходим друг к другу. Наши наследственности безупречно сочетаются и способны стать основой великого и сильного рода.

Выслушав магов-наставников, отцы ударили по рукам и не стали терять времени. Подписали контракт о договорном браке, и мы с Лаэртом стали нареченными.

Спустя десять лет после сговора лорд Телеро назначили губернатором Даннермила, и мой отец заявил, что теперь может смело умирать, потому что моя судьба устроена даже лучше, чем он мог мечтать.

Я получила безупречное домашнее обучение и воспитание, в котором делался упор на мой будущий статус леди Телеро. А перед тем, как меня отправили учиться в местную академию, состоялась наша официальная помолвка. Поскольку я достигла брачного возраста, принятого в нашем королевстве Пинартес, а Лаэрт как раз закончил обучение в ужасно престижной академии в другой стране, Изодии.

Я же далеко от дома не уезжала и училась стихийном факультете, сообразно своему дару, но для таких как я в академии имелись спецкурсы по домоводству, где девушек обучали руководить большим штатом слуг и давали основы брачного этикета.

Так что можно сказать, я дипломированная жена знатной особы.

Идеальная спутница жизни благородного мужчины.

Статусная невеста.

Как можно понять, десять лет своей жизни мы с Лаэртом посвятили учебе. Сначала он, затем я. Но разумеется, виделись каждые каникулы и вместе, семьями, отмечали важные праздники.

Встречаясь с Лаэртом, я всегда ощущала радостное волнение.

Ведь он был таким взрослым, умным. И очень красивым.

С восторгом я смотрела на этого статного мальчика, а затем юношу, радуясь, что жребий судьбы определил меня ему.

Меня учили его любить. Восхищаться им. Быть счастливой, если ему хорошо. Говорить о том, что интересно ему.

И я искренне верила, что Лаэрту Телеро тоже преподают науку, как стать хорошим мужем для дочки графа.

Но даже если так и было, эти уроки Лаэрт явно прогуливал или флиртовал с преподавательницей.

Семнадцать лет своей жизни я училась быть ему нужной.

А он счел это скучным и бесстыдно искал развлечений в объятиях других женщин.

И вот теперь я сидела в своей темной спальне и глотала слезы, вспоминая наш совместный досуг. Такой редкий, и такой для меня желанный.

— Меня зовут Лаэрт, — важно представился мой нареченный, когда нас знакомили на специально созванным для этого балу, — и я буду теперь тебя защищать от других мальчишек. Если кто-то тебя обидит, скажи мне и я разобью гаду нос.

Всплывшая в памяти картинка была нестерпимо болезненной. Громко закричав, я схватила первое, что попалось под руку и швырнула об стену. Судя по звуку, это ваза.

А милые моменты прошлого продолжали кружить в моей голове вереницей.

Вот меня впервые сажают на лошадку. И Лаэрт с серьезным видом дает мне советы. Ведет себя как опытный наездник в свои четырнадцать.

Серьезным? Или, может быть, скучающим? Он тогда уже подросток, а мне всего девять. Глупая девчонка. Вряд ли я ему нравилась.

В стену полетел стакан.

Темный прямоугольник двери распахнулся, впуская свет и напуганную нянюшку Эмму.

— Метрис Зелла, что у вас тут происходит?

Следом за Эммой в комнату влетела моя матушка и включила люстру.

— Зелла! Ты плачешь! И посуду бьешь! — мама оценила быстрым взглядом размер разрушений. — Что-то с Лаэртом? Ты виделась с ним сегодня днем?

— Да, — простонала я, — с ним. Он… он…

— Что, неужели обидел тебя? — лицо матери исказилось. — Мальчишки бывают такими жестокими. Все потому, что они ужасно толстокожие.

— Лаэрт Телеро, — начала я с усилием, уверенная, что смогу сказать самое главное и потребовать отменить помолвку, — он… такой прекрасный!

Завершила я хриплым голосом и зарыдала еще сильнее.

Я не могла сказать ничего плохого об этом подонке. Слова правды, слетая с моего языка, превращались в похвалу Лаэрту.

— О, моя дорогая! — матушка растроганно всплеснула руками и опустилась рядом со мной на кровать. — Так мило видеть тебя влюбленной, моя девочка! Как же я надеялась, что ты познаешь это великое чувство.

— Мама! — сделала я новую попытку. — Этот по… поразительный молодой человек сво… своровал мое сердце. Как же я его хочу при… приласкать!

Матушка слегка порозовела от столь откровенного признания.

— Потерпи еще немного, детка, — сказала она, делая знак прислуге удалиться, — до вашей свадьбы осталось всего несколько месяцев. И тогда вы с мужем сможете наслаждаться… общением… как оба того пожелаете.

* * *

Из розовой девичьей сказки я попала в жуткий кошмар.

Моя воля оказалась запертой внутри. Когда я была одна, то могла еще проявлять свои чувства. Попыталась описать их на бумаге, чтобы показать потом результат родителям… и в итоге получилось любовное письмо мерзавцу Лаэрту.

Как же я теперь ненавидела того, кем еще недавно грезила.

— Метрис Зелла, пришел ваш жених!

В мои покои стучалась служанка, и голос ее был таким радостным, что мне хотелось вылить ей на голову кувшин с простоквашей. Хоть бедняжка и не виновата, что ее весть вызывает во мне такие чувства. Ей-то кажется, я счастлива буду увидеть Лаэрта Телеро.

Да и все остальные в этом уверены.

Я не стала утруждать себя долгими сборами. Да и вообще никакими. Спустилась в залу для приема гостей как была, взъерошенная и в домашнем платье, несмотря на причитания горничной.

— Ах, Лаэрт, — услышала я