Измена. Мне (не) надоело быть гордой! - Алиса Линней Страница 3

Он тогда весь вечер от меня не отходил. Казался крутым до невозможности, ведь уже учился в городе.

С этим будущим айтишником было легко. Он всё понимал и поддерживал во всём. С ним рядом не было ничего невозможного.

Ожидаемо я влюбилась в Вову. Тогда я уверена была, что моя любовь никогда не пройдёт.

Не могла дождаться. когда тоже поеду в город учиться. Хотела быть рядом со своим парнем не только в выходные.

Папа тогда был ещё жив и отговорил меня поступать в музыкальное училище. Хотя я хотела петь, так же, как он. Отец объяснил, что в театральном вузе меня научат не только петь, и я согласилась.

Первый год в городе был просто сказочным. Мой Вова от меня практически не отходил. В универе хвалили.

Папа пополнял баланс моей банковской карты каждые три дня.

На второй год Пахомов уговорил меня вместе снимать квартиру. Рассказывал, как он найдёт крутую работу, и я согласилась, не раздумывая.

Все деньги, которые мне отправлял отец, начали уходить на оплату аренды квартиры.

Вова целыми днями сидел за компом, ничего не зарабатывая. дома был вечный бардак, который, предполагалось, должна была убирать я.

Старалась не ныть, а стойко выдерживала испытания, посланные нам.

От недосыпа и скудного питания мне однажды стало плохо на занятиях. меня отправили домой лечиться.

Дозвониться я тогда до Вовы не смогла и поехала сама.

Открыла дверь своим ключом и обалдела, когда зашла в комнату.

Пахомов кого-то трахал на нашем диване.

Вот так закончилась наша история любви. Я с облегчением вернулась в общежитие. Очень долго восстанавливалась и подтягивала учёбу.

* * *

Вздрагиваю, когда в подъезд кто-то заходит и тоже начинаю подниматься по лестнице.

Женщина обгоняет меня на лестничном пролёте. В руках у неё тот самый букет, который я вернула Пахомову.

Отвожу взгляд и заворачиваю в нашу квартиру.

Глава 2. Стук сердца и фото на память

— Со мной явно, что-то не так, раз все мужчины мне изменяют, — итожу свой рассказ про встречу с Вовой.

— Ох, Варвара, ты чужие грехи-то на себя не бери. Это ведь не ты на лево сходила, — отвечает бабуля, наблюдая за мной. — Самый главный человек сейчас, это который у тебя в животе, а остальное не принимай близко к сердцу, — советует с улыбкой.

Ополаскиваю за собой посуду и ухожу в комнату.

Не зная, чем заняться открываю ноут, чтобы перестать думать о недавней встрече с Пахомовым. Уже заранее предчувствую, что он так просто не отстанет.

Как только комп включается, в углу экрана появляется значок говорящий, что мне на электронную почту пришло письмо.

Открываю и сразу вижу, что оно из суда. Но в суть не могу вникнуть с первого раза.

Вообще-то я ожидаю, что меня вызовут на бракоразводный процесс, а тут, какая-то странная объяснительная.

Сообщают, что моё заявление с просьбой расторгнуть брак с Ямпольским было утеряно. Виновная секретарь Сидорова В.М. уволена за халатное отношение к документации.

И ещё напоминают, что я могу подать жалобу на судью Ситникова.

Также заявление у меня примут вторично, на тех же условиях.

От возмущения меня аж в жар бросает и лицо начинает гореть.

Сразу скачиваю бланк заявления на развод и снова заполняю его.

Жаловаться я естественно ни на кого не собираюсь. Не дура, понимаю, что у этого судьи даже неприятностей из-за меня не будет. Я же никто теперь. Обычный консультант в сельском банке.

Вот Ямпольский быстро бы решил эту проблему, но он в этом не заинтересован.

Припоминаю, что у мужа друг Богдан, как раз юрист. Фамилию его я не помню. Да и не похоже, что Даниил будет подстраивать потерю заявления. Это точно не в его духе.

Спать ложусь пораньше. Завтра нужно будет отпроситься у Алёны Владимировны, чтобы съездить в город к своему гинекологу.

У меня даже мысли ни разу не возникает, чтобы в местной больнице вставать на учёт по беременности. Всё село будет знать о моём положении уже на следующий день. Вдобавок сплетен ещё насочиняют.

Алёна отпускает меня без проблем. И я еду в город на рейсовом автобусе.

Эти поездки мне напоминают о том времени, когда я училась в универе. Тогда я по своему селу и правда скучала. В выходные ездила домой с замиранием сердца и в предвкушении долгожданных встреч с близкими.

В дороге никуда не торопишься и всегда есть время поразмышлять.

Смотрю в окошко, разглядывая не засеянные поля и уже зеленеющий лес вдалеке.

И вдруг вижу чёрный джип Ямпольского, который едет навстречу.

По привычке опускаю взгляд на номера, на агрессивной морде дорогущего внедорожника. Два ноля и единица, это точно его машина.

Быстро поднимаю взгляд на водителя и сердце, будто пропускает удар. Вижу Дана и перестаю дышать.

Сердце бешено долбится об рёбра и я забываю, о чём думала.

Я его почти два месяца не видела. Сейчас не могу сопротивляться тому, как сильно, оказывается, скучала по мужу. Слёзы льются по щекам, а я списываю на нестабильные гормоны.

— Боже, Дан, — шмыгаю носом и шепчу вслух, не сразу понимая это.

— Девушка, вам плохо? — спрашивает женщина с соседнего ряда.

— Нет. Спасибо, всё в порядке, — делаю над собой усилия, чтобы успокоиться. Напоминаю себе, что Ямпольский целовался с Мариной, и отворачиваюсь снова к окну. Скорее всего, их интрижка за моей спиной уже давно началась.

Какой же он двуличный. Мне говорил, что моя подруга его бесит. Просил даже не приводить её к нам домой.

Около одиннадцати утра я уже стою у стойки регистратуры платной клиники.

— Девушка, мне к Елизавете Николаевне нужно, — с улыбкой говорю, предвкушая встречу со своим врачом.

Сотрудница тут же звонит по внутреннему телефону, как только слышит фамилию Ямпольская. В этот момент мне хочется снова стать Шкляр и отказаться от всех регалий авторитетного мужа.

— Проходите, Варвара, в пятнадцатый кабинет, вас уже ждут, — говорит девушка с улыбкой через минуту.

С Елизаветой Николаевной мы уже четыре года знакомы. Она встаёт из-за стола и обнимает меня, как родную.

Все эти годы, пока мы женаты с Даном, я наблюдалась в этой платной клинике у самого лучшего врача. Мы никак не могли забеременеть, хотя причин и отклонений не обнаружилось.

Ямпольский тоже проверялся, и у него было всё в норме.

— Елизавета Николаевна, я беременна! — не выдерживаю и сообщаю радостную новость.

— Варечка! Ну наконец-то! —