Лживые слезы любовницы - Руби Райт Страница 17

— Так и ты меня не знаешь. Но я хочу узнать. — Наивный идиот.

— Что именно?

— Всегда мечтала стать преподом?

— Нет. Само как-то получилось. Я просто хотела стать богатой и независимой.

— Получилось?

— Отчасти.

— Почему отчасти? Ты живешь в крутом районе, тачка у тебя бодрая… — Судит по одежке?

— Это все мне подарили. Моей заслуги в этом нет, — заключаю с сожалением в голосе. Ведь это чистая правда. Я так ничего и не добилась в жизни. Все, что у меня есть, мне дал Сережа, и я продолжаю этим пользоваться.

— Парень?

— Бывший парень, — уточняю.

Хотя Сережу трудно назвать парнем. Еще пара лет, и он станет дедушкой, если Артемка созреет.

— Сильно же он тебя любил.

— Недостаточно сильно. — А может, и вообще никогда не любил. — Да и любовь не измеряется подарками.

— А чем тогда?

— Поступками, преданностью, верностью… И давай мы сменим тему, не хочу вспоминать прошлое. Давай о тебе, золотой сынок депутата.

— Какой-какой? Золотой? Точно не про меня. Я вполне себе обычный.

— А знаешь, это сразу видно. — Ирония в моем голосе заставляет Артема вновь улыбаться. — Тачка за двадцать лямов, часы за лям, рубашка от…

— Ну хватит. Я понял. Все это не отражает меня настоящего. Это всего лишь вещи.

— Очень дорогие вещи.

— Я их не просил и не покупал. Ну не считая рубашки. Голодная? — меняет тему. Есть вещи, о которых мы оба не хотим разговаривать.

— Поела бы. Хочу гадость какую-нибудь, бургер?

— Ты серьезно? Я тут накидал ресторанов… — Артем явно удивился моему предложению.

— В жопу рестораны. Хочу бургер. — Мой приказ прозвучал будто из уст ребенка. Да и мое лицо выглядело, думаю, так же.

— Ну бургер так бургер. Картошку?

— Конечно. И вонючий сырный соус.

— Ты уверена? Мне тебя еще потом целовать… — Вот же самоуверенный какой попался.

— Не будет этого.

— Ага. Вот увидишь.

Вновь отворачиваюсь к окну, так как не могу выдержать этот разговор и не улыбаться. Надо же, как пацан на меня действует. Даже жарко чуть стало. А может, зря я свитер напялила?

Окно приоткрыла и смотрю на город. Красивые дома, красивые машины, люди…

Ненавижу этот город и все, что с ним связано.

Глава 20

— У тебя соус на подбородке. — Смеюсь, прикрывая рот, чтобы не продемонстрировать парню весь «винегрет», что я туда запихала.

— Где? — Смотрит в зеркало заднего вида Артем и вытирает подбородок салфеткой, а я смеюсь.

Такого детского свидания у меня никогда не было. Купили по бургеру, по картошке фри с соусом. Колу, естественно, взяли. А теперь сидим на парковке супермаркета и едим это все прямо в авто. В какой-то момент я ловлю себя на мысли, что мне хорошо. Впервые за долгое время я не чувствую себя под куполом постоянного стресса. Мне правда хорошо…

У меня ведь совсем нет друзей: Сереже не нравилось, что я могу уйти куда-то, а не ждать его с распростертыми объятиями. Хотя, точнее, не с объятиями, а в красивом белье и с раздвинутыми ногами. Фу, думаю об этом, и тошнота к горлу. Я была даже хуже, чем ненужная вещь, которая в шкафу завалялась. Что-то типа старой кофты, о которой вспоминаешь, когда на природу едешь. И ведь без такой вещи не обойтись. В ней удобно и при случае выкинуть будет не жалко. Почти шесть лет жизни, в которой я была удобной кофтой. Страшно подумать…

А этот зеленый мальчишка так смотрит на меня… Будто я драгоценный камень какой-то, да только если верхний слой смести, то там кусок угля прячется. Черный и подлый.

Зачем я…

— О чем задумалась? — перебил мысли Артем, запивая наш ужин колой.

— Да так. Устала я что-то, спать захотелось. Может, домой?

— Ко мне или к тебе? Не отвечай. — Мотает головой. — Я знаю ответ: ты к себе, а я к себе.

Тяжело выдыхаю, словно грудь зажата грузом. Смотрю на его лицо и не вижу в нем ничего. Никакой жестокости, злости. Сплошная искренность, которая меня убивает.

— А ты проницательный парень.

— Не без этого, — он говорит, а я снова хихикаю.

Собрали мусор в пакет, Артем пошел выбросить его в урну, а я все смотрю. Смотрю на его фигуру, походку, лицо…

Да, в нем есть что-то от Сережи, но я не замечаю явного сходства во внешности. А в общении и вовсе нет его.

Этот парень пока не соблазнен властью, своим влиянием на других, деньгами…

Он с радостью ел со мной обычный бургер и казался довольным. Шутил, рассказывал какие-то истории, и мне вдруг стало так стремно врать ему. Обманывать, использовать в своих целях, играть его чувствами, если они вдруг уже есть. В эту самую минуту я не уверена, что стану счастливой, если причиню боль ему.

А значит, и не стоит…

— Точно домой? — переспрашивает во второй раз. Я вижу, что он не хочет заканчивать этот вечер.

Но я хочу…

Так надо. Пока во мне что-то осталось от человека, и это что-то подсказывает не совершать очередную ошибку. Надо домой.

— Точно, — тихо говорю во второй раз, не смотря на парня. Я не могу. Не знаю почему. Я вроде ничего не сделала, только думала, фантазировала, но это на меня давит. В груди чувство тяжести только усиливается. Вины, что ли…

— Тогда поехали, — спокойно отвечает Артем и больше не настаивает.

До дома доезжаем быстро, неподалеку были. Во двор зарулили, дом у меня длинный. Куча подъездов, и я не знаю, сколько точно.

Первый, второй, трет…

— Сверни тут. — Указываю в сторону.

— Мы не доехали.

— Сворачивай, — приказываю Артему и чуть съезжаю вниз по сидению.

Резкий рывок рулем, и мы сворачиваем, делаем круг и на выезд.

— Ты чего? — Не понимает он моего странного поведения.

— Езжай давай.

— Куда?

— Да без разницы. Прямо. Только не ко мне домой.

— Ты там увидела кого-то? — спросил и назад оглянулся.

Ой, как я надеюсь, что он не узнает кортеж своего папаши. А вот я этот сраный номер машины на всю жизнь запомнила. Сейчас четко прочла номер машины, что у моего подъезда стоит.

Беру телефон. На нем сообщение с неизвестного номера:

«Открой дверь, я приехал».

Вот же самодовольный урод. Приехал он. И что? Мне насрать на то, что он приехал. Я больше не радуюсь его редким приездам и уж точно не жду его. Как приехал, так и уедет.

Блокирую очередной номер и выключаю