Между правдой и ложью (СИ) - Ольга Рог Страница 11

— Вряд ли, Наташ. Я никому не позволю о себя ноги вытирать, — озвучила свое решения Софья, которое было закономерно.

Здесь она не останется. Все эти корпоративные тренинги про успех и достижения — туфта. По щелчку можно впихнуть «своего» человека и легко подвинуть того, кто действительно заслуживал.

Дома предстоял непростой разговор с мужем.

Глава 15

— Соня, я поговорю с начальством. У нас как раз сотрудница из маркетингового отдела уходит в декрет, — Глеб обнял ее, прижав к своему боку, вдыхая неповторимый женский запах, на который так остро реагирует его тело. — Возможно, для твоей знакомой место найдется. Сонь, ну нашла, о чем переживать? Пусть подавится. Посмотрим, как они там без тебя под конец года обойдутся. Еще на коленях приползут. Не грусти, родная. Не стоит шлюха твоих слез.

Подцепив пальцами трясущийся подбородок, мужчина губами стер все слезинки. Поначалу робкие прикосновения поцелуями, постепенно набирали силу, перерастая в страсть. Муж повалил ее на диван, где они сидели и жадно ласкал бедра, грудь, терзая ее губы. При каждом выдохе он повторял ее имя: «Соня, Сонечка моя…». И не было никакой закономерности в том, что два тела искали тепла после долгой ссоры. Они тонули друг в друге, забывая обо всем на свете. В этот момент не существовало ни ссор, ни обид, ни проблем. Была только страсть, всепоглощающая и всепрощающая. Голодная.

Когда все закончилось, они лежали, обессиленные, в объятиях друг друга. Тишина казалась оглушительной. Соня прижалась к нему, чувствуя, как сердце мужа бьется в унисон с ее собственным. В этой близости, в этом тепле было что-то такое, что нельзя было выразить словами. Это было прощение, примирение и обещание начать все сначала. Пальцы сами блуждали в его светлых волосах, словно Соня пыталась вычитать все его тайные мысли.

Софье подписали заявление об уходе без отработки. Пока генеральный в отпуске кости грел на лазурных берегах, вместо него распоряжался заместитель. Снисходительно он поставил резолюцию на бумаге и указал на дверь, что больше Паровозову не задерживает.

За коротких два дня Софья смогла успокоиться и взять себя в руки. Муж прав, это не конец света. Да, обидно, когда столько труда и сил пропало впустую… Но, это хороший урок: не строй далеких планов, с судьбой они могут не совпадать.

Ей пришлось передать дела Агате. Та сидела и с умным видом тыкалась на компьютере, открывая и закрывая папки. Лениво изучала других людей в кабинете, планируя, кто подойдет для использования, а кому следующему укажут на выход…

— Вот! — бахнула перед ней папку Соня. — Здесь список документом, которые я тебе передаю. Все рабочие файлы я скопировала на флешку, если ты успела «случайно» не на ту кнопку нажать и удалить на «рабочем столе». Проверяй и подписывай. У тебя пятнадцать минут, Герасимова.

— Даже так? — удивилась Агата, которая мусолила в голове, что начнет придираться ко всему, что ей покажут и расскажут… А, тут просто — распишись.

— Чтобы у тебя не было повода сказать, якобы информация куда-то затерялась, — Соня сдула со лба темную прядь и уставилась на нее каре-зелеными глазами. — Часики тикают, Агата, — процедила бывшая тихоня.

Остальные коллеги сидели, как мышки, боясь даже переглянуться, прислушиваясь к их разговорам. Каждый для себя мысленно принимал непростое решение. Протеже зама уже показала себя законченной стервой. Захочет ли кто-то быть под чужим каблуком?

Раздув ноздри, яркая шатенка выхватила флешку. Еле попала ей разъем переходника. Все названия файлов открыжила на листе передачи и внизу поставила закорючки с двумя буквами «ГА».

— Глебу привет от меня передавай, — выпустила Агата яд, передавая ей второй экземпляр переписи. — Слышала, он тоже не плохо устроился. — Выпятила грудь, под «тоже» имея в виду себя, — Глеб ведь с тобой из жалости, Сонька, из чувства морального долга. Терпит до поры до времени. Когда-то ему захочется настоящей женщины, не пресное «тесто» месить, не скучные разговоры о погоде слушать.

Агата шлепнула губами, будто пузырь жвачки лопнул.

— Предам обязательно, Агат. Он, кстати недавно тебя вспоминал «добрым словом», — Соня сложила аккуратно лист вчетверо и убрала в свою сумочку, никак не отреагировав на выпад «настоящей женщины».

— Правда? — встрепенулась Агата, и ее голубые шальные глаза засверкали женским самолюбием.

— Говорил, что такой шалавы как ты, поискать еще надо. Герасимов поэтому с тобой развелся? Устал рога подпиливать? Он нисколько не удивлен, каким мокрым местом ты заработала эту должность. Как думаешь, оно тебе поможет держать показатели отдела? Финансовый анализ потянет?

Не дожидаясь ответа, Софья направилась на выход. За спиной стояла гробовая тишина, даже принтер перестал печатать, зажевал бумагу.

С «жалостью», конечно задело. Полоснуло по ребрам лезвием. Соня понимала, что гадина будет в ту точку, которую считает слабой и прошлась по неуверенности соперницы в себе. Хотя, какая Софья ей соперница? Давно ничего общего нет. Странно, что Агата появилась именно в их фирме, претендуя на ее должность… Будто за что-то наказывала.

Глава 16

Как же бесила Агату эта правильная, рациональная сучка! Глеб с самого начала интересовался не ей, а скромницей в дурацких платьях и немодных ботинках на плоской подошве. Что бы она ни делала, парень неизменно смотрел только на Соньку, впитывая в себя каждое слово. Делать больно той, кто значил для парня, в которого она была влюблена — стало смыслом. Агата понимала, что Глеб ей не достанется, и нужно зацепиться за добычу поскромнее.

Век бы смотрела Агата, как тварь ползает вся в соплях на коленях и кричит: «Не надо!». Хотелось поглубже воткнуть «заточку» и провернуть несколько раз, чтобы корчилась от страданий и подыхала живьем.

Не срослось.

Глеб своего не упустил и тут же переметнулся на освободившееся место. Утешительным призом стал Артем — безвольная тряпка и нюня. Съездил бы он ей по морде за измены, Агата возможно Герасимова зауважала. И ее ушам не послышалось, как муженек тихо и обреченно произнес: «Зря я ушел от Сони».

Жадная натура взвыла: «Ей должны поклоняться! Ей руки-ноги целовать и восхищенно заглядывать в глаза, исполняя капризы. Какого черта опять вспоминают Соньку?». Даже уйдя от бесхребетного мужа, Агата не могла смириться с тем, что опять выбирают не ее. Герасимов должен слезы по ней лить, убиваться и бегать, чтобы вернуть… И пусть, что он ей давно не нужен. Пусть! Свое Агата никому отдавать не намерена. С Глебом не подрассчитала и Артемка вспомнил бывшую… Как же ее распирало изнутри что-нибудь напакостить, нагадить благородной Сонечке.

Случай