Звезда Теночтитлана - Анна Чайка Страница 15

— Не смей трогать моих людей, собака!

Тласкаланский принц внимательно посмотрел на меня. А потом приказал:

— Этих связать отдельно! — и развернувшись пошел по своим делам.

Ну, с…и, сами напросились.

Стоило только одному метнуться в нашу сторону, чтобы связать, я сумела вырубить и его. Тоже самое случилось и со вторым. Нет я отнюдь не Терминатор. Просто во мне клокотала ярость, а у моих соперников был приказ, связать, но не попортить товар.

Но долго изображать из себя ниндзя мне не дали, после третьей неудачной попытки, на меня накинулись скопом, сбив с ног. Но и тут я успела попортить несколько расписных физиономий.

Нас с Коаксок связали и выкинули тут же возле костра. Постепенно к этому костру стали подводить другие группы пленников. Мужчин — носильщиков отдельно, женщин, что отправились вместе со мной, отдельно. В отдельную группу собирали воинов, многие из которых были тяжело ранены. В эту же группу привязали Куаутемока. У него были раны на ноге и голове. По лицу текла кровь, один глаз распух. Но даже в таком виде он не потерял своей царственной харизмы. Сидел с высоко поднятой головой и выпрямленной спиной.

Когда привели Куаутемока, подошел и тласкаланский принц.

— Ну, что Куаутемок, вот мы и встретились! Надеюсь ты рад, потому что я очень рад свидеться с тобой снова. Ведь после последней нашей встречи, отец отправил меня в эту дыру, где я торчу уже полгода. Ну, ничего, теперь я смогу возвратиться в Тласкалу с почетом. Как ты думаешь, Куаутемок, наши Боги возрадуются, если им в дар принесут сердце ацтекского принца?

— Ты слишком много говоришь, для принца, Эхекатль. Я уж начал сомневаться, не базарная ли торговка передо мной.

Слова Куаутемока вывели Эхекатля из себя. Он подскочил к нему и со всей силы ударил кулаком по лицу. На что Куаутемок лишь сплюнул в сторону кровь и повернувшись к тласкаланцу улыбнулся:

— А бить ты так и не научился!

— Зато теперь у меня есть пленница, чья красота может затмить богов.

На эти слова Эхекатля Куаутемок сжал кулаки, правда сам Эхикатль этого не заметил.

— Зря ты вел ее к своему дяди, твой дядя сокровищами не делиться. Оставил бы себе. А вот я такой глупости не совершу. В ближайшем же селение сделаю ее своей младшей женой. А может, и до селения ждать не буду. В роли наложницы, она будет не менее хороша. Как ты думаешь? А, Куаутемок?

— Только попробуй протянуть к ней свои грязные руки, коати! Клянусь, я тебя и в Миктлане у Миктлантекутли достану.

— О, так я был прав? Ты присмотрел ее для себя? А она то знает? А, благородный принц?

Глава 9

Побег от тласкаланцев

— О, так ты присмотрел ее для себя? А она то, знает? А благородный принц? — и Эхекатль расхохотался, а вслед за ним и его воины, что давно грели уши. — Ну что ж, значит Великий Титлакауан, сегодня благосклонен ко мне, и скоро я надкушу этот спелый плод ауакатля*.

Через пару часов, когда тласкаланцы закончили с сортировкой пленников и трупов, отряд принца Эхекатля тронулся в путь. Перед этим всех пленников еще раз обыскали. И если у воинов забрали только оружие, оставив при этом все украшения, то остальным оставили лишь набедренные повязки. Единственные, кого не обыскали, были мы с Коаксок.

Привязав сгруппированных пленников к длинным жердям, которые они должны были нести на своих плечах, нас погнали сквозь лес. Впереди шли знатные воины во главе с тласкаланским принцем, в середине пленники. Строго по важности плененного. Так нас с Коаксок оценили дороже принца Куаутемока и его воинов, что были привязаны с ним за одну длинную жердь. Нас же с Коаксок просто привязали веревкой к одному из тласкаланцев, которому Эхекатль лично обещал отрезать все что можно к чертям собачьим, если он нас потеряет. Замыкали всю эту толпу отряд охранения.

Если раньше я жаловалась, что тяжело идти — я врала. Вот сейчас было реальнотяжело! По видимой только тласкаланцам трапе в чаще дикого леса, в насквозь промокшем платье, в связке с Коаксок. Да еще и не представляя себе, что нас ждет. Радовало только одно, тласкаланцы не жалели факелов на освещение.

Спустя примерно час пути мы дошли до расположения тласкаланского отряда. Возвращение принца оставшиеся воины встретили восторженными возгласами. Нас с Коаксок сразу же затащили в какую-то палатку. Поставив у входа воина — сторожить. И, Слава Богу! А то нас разглядывали такими похотливыми взглядами, что боюсь и до греха не долго было.

Перед тем как оставить нас одних, Эхекатль сам лично проверил завязки на моих руках, а заодно связал и ноги. Коаксок такого внимания не удостоилась, ее связывал обычный воин.

— Не скучай моя прекрасная Кетласочитль**, к завтрашнемувечеру доберемся до Таско, и ты станешь моей.

На этой далеко не оптимистичной ноте нас с Коаксок оставили одних. Коаксок по своему обыкновению начала тихо скулить. Я же, подвинувшись поближе, попыталась проделать дырку в тростниковой стене. Связанными руками делать это было не очень удобно, но в итоге я все-таки справилась, проделав себя своеобразный глазок для наблюдения.

Возвратившиеся воины усаживались вокруг центрального костра, сначала они просто ужинали, поздравляя друг друга с удачным походом. Нам тоже принесли по кукурузной лепешке и по миске с алголе***.

Потом по кругу воинов пошли бокалы с октли. И началось веселье. Через какое-то время, к костру по приказу Эхекатля привели девушек, что шли в Теночтитлан с нами. Дальше я предпочла не смотреть, и с удовольствием бы заткнула уши, чтобы не слышать криков несчастных девушек. От которых кровь стыла в жилах. Но приходилось сидеть и слушать, ибо руки были связаны.

А ацтекские воины должны были на все это еще и смотреть, тласкаланцы специально проделывали все эти ужасы у них на глазах, поддевая тем, что те не могутдажезащитить своих женщин. А значит, вообще не достойны звания воинов.

А ведь с нами шли не только рабыни, но и простые горожанки, что отправились попутно!

Ацтекские воины им ничем не отвечали. Они сидели с такими лицами, словно тласкаланцев вообще не существует. И это приводило наших пленителей в неописуемое бешенство! Воины Тласкалы стали избивать самих ацтеков, выплескивая на них всю свою ненависть.

А потом, вытащив одного из пленников в центр площадки