Летящие в ночи - Джонатан Джэнз Страница 39

Дэйв тем временем начал с кем-то разговаривать. Точнее, в основном он просто слушал, но порой все же отвечал.

– Да… да, он в порядке.

Пауза.

– Да, он с ней виделся. – Он взглянул на меня.

– Держится вроде как. Но ты и сама знаешь…

Еще пауза.

– Да? Хорошо. Он будет… – Дэйв еще раз посмотрел на меня. – В общем, мы будем дома уже через несколько минут.

Он замолчал. Потом кивнул. Мне даже показалось, что я увидел на его лице улыбку.

– Конечно, я ничего ему не скажу. Пока.

Я взглянул на него.

– Ничего не хочешь мне сказать?

– Анита звонила.

– Да это я и так понял. А какой секрет она просила мне не раскрывать?

Дэйв криво усмехнулся и молча продолжил вести машину. Мы подъехали к повороту.

Я сжал руки в кулаки.

– Если ты меня сдал, то скажи об этом сейчас. Имей совесть хотя бы дать мне шанс сбежать.

Дэйв нахмурил брови.

– А?

– Твоя жена и так чуть меня не подставила, лишь бы защитить своего дядю. Интересно, почему же мне трудно поверить, что она готова рисковать безопасностью всей своей семьи ради моего спасения?

– Ты всегда такой мнительный? Что ей нужно сделать, чтобы завоевать твое доверие?

Когда мы свернули за поворот, я ожидал увидеть кучу машин, растянувшихся по всей проселочной дороге, но, к своему удивлению, не обнаружил никакой засады.

– Может быть, я вовсе не Аните не доверяю, – пробормотал я.

– Я на тебя не обижаюсь, – пожал плечами Дэйв, – мы знакомы меньше суток. На твоем месте я бы тоже себе не доверял. Думаешь, я тебя сдам?

– Да дело не в тебе.

– Тогда о чем ты?

Я устало вздохнул.

– Люди чаще всего заботятся о себе. Не о других. По крайней мере, если эти «другие» – не их семья.

– Да ладно тебе, Уилл. У тебя тоже есть семья.

Я взглянул на него.

– Я про твою сестру. – Дэйв рискнул мне улыбнуться. – У тебя есть она.

Я посмотрел вперед.

– А есть ли?

* * *

Когда мы подъехали к дому, Пьер уже опускал дверь гаража с помощью веревки. Сначала мне хотелось поинтересоваться, почему у Дэйва и Аниты нет автоматического открывателя дверей.

Потом я подумал: а почему Пьер вообще решил закрыть гараж прямо перед нашим приездом?

Неужели Риггс и его люди уже приехали? Неужели Пьер и Анита заключили с ними сделку?

Дэйв остановил «Хайлендер» и выключил двигатель. Пьер прошел перед нашей машиной, направляясь в дом.

– Ты не будешь там парковаться? – спросил я, кивнув на гараж.

– Пьер любит иногда им пользоваться, – сказал Дэйв, не глядя мне в глаза. Мне стало еще страшнее.

Я начал говорить, но Дэйв открыл дверь и выскользнул наружу. Прихрамывая, он обогнул «Хайлендер» и к тому времени, как я вышел, уже почти добрался до входной двери.

– Дэйв? – позвал я. – Что ждет меня в доме?

Он остановился, держась одной рукой за дверь. Когда он посмотрел на меня, раннее полуденное солнце осветило его лицо. Лоб с морщинами. Щетина на щеках. Нос, который, как я теперь понял, он в какой-то момент сломал. Возможно, в той аварии.

Дэйв действительно мне сочувствовал.

– Я понимаю, что тебе больно. Но нельзя жить, видя во всех врагов.

Я молча наблюдал, как он открывает дверь и останавливается, чтобы пропустить меня.

Подойдя, я заглянул в пустой холл, на лестницу, ведущую на второй этаж. Там я никого не видел, но смог различить приглушенные голоса. Мягкий смех. По мере того как я приближался к дверному проему, голоса становились все отчетливее. Я узнал голоса Пьера и Аниты. Но с ними был еще кто-то.

Переступая порог, я нервничал так, что, казалось, в любой момент могу упасть в обморок. Стоило мне подойти к гостиной, как все голоса разом смолкли. Тогда я окончательно поверил, что это Риггс с Клингером пришли меня арестовать.

Но вместо этого увидел в кресле-качалке очень хорошо знакомого мне человека – мистера Марли, владельца магазина «Хиллтоп», отца моего единственного живого друга.

Ближе ко мне, на диване, сидела миссис Марли, смотревшая на меня со слезами на глазах.

– Уилл. – Не успел я шевельнуться, как она подошла, заключила меня в объятия и прижала к себе, уткнувшись головой в мое плечо. Забавно, но до этого момента я не замечал, насколько она меня ниже.

Миссис Марли плакала, обнимала меня и говорила, как ей жаль. Мне показалось, что она не только рада меня видеть, но и чувствует себя виноватой. Но я понятия не имел почему. Она всегда относилась ко мне так, словно я был ее собственным сыном.

Я обнял миссис Марли в ответ, еле сдерживая слезы. Сколько человек может выплакать за день? Возможно, мне удалось побить мировой рекорд.

– Ты был там совсем один, – сказала миссис Марли. – Мне так стыдно, что мы оставили тебя одного. Как бы я хотела…

Она прервалась, судорожно вздыхая. Анита подошла и положила руку ей на плечо.

– Это ты их привезла? – спросил я.

Анита улыбнулась.

– Пьер.

Я бросил на Пьера благодарный взгляд. Он подмигнул мне.

– Тут еще кое-кто хочет с тобой встретиться, – сказала Анита.

Она кивнула мне, указывая налево, и там стоял Барли – как всегда, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он почти не вырос, зато прыщей стало еще больше. Волосы стали длиннее, и он прибавил в весе. Но за очками в черной оправе были все те же карие глаза. Растерянная улыбка тоже осталась прежней.

– Привет, Уилл, – наконец сказал он. – Рад тебя видеть.

Миссис Марли прижала меня к себе в последний раз и отошла в сторону, чтобы позволить мне пройти к ее сыну. Я сделал пару шагов, заметив на лице Барли быструю череду противоречивых эмоций. Он протянул мне руку.

Не обращая на это никакого внимания, я его обнял. На мгновение Барли застыл, но, когда я поднял его в воздух и закрутил, из него вырвался полустон-полусмех, а потом и все в комнате засмеялись, после чего он обнял меня в ответ. Я понял, что тоже смеюсь, но при этом и плачу. Удивительно, но Барли зарылся лицом в мое плечо и тоже плакал. Стоять посреди комнаты, полной людей, и плакать вместе с другом почему-то меня совсем не смутило. Это было так же естественно, как дышать.

Теперь я даже не сомневался, что заслужил место в Книге рекордов.