Восставшие из ада - Питер Эткинс Страница 3

дальней стены, окруженный по обе стороны симпатичными молодыми блондинками, которые, даже сидя, были на добрых пять дюймов выше него. Джек удивился, что не заметил его сразу как вошел, но он обычно игнорировал столы для автограф-сессий на подобных мероприятиях, проводимых раз в два месяца - обычно за ними сидели лишь телезвезды второго эшелона шестидесятых и семидесятых годов - и направился прямиком к столам обычных дилеров.

- Сколько просит? - спросил Джек.

- Примерно столько же, сколько парень из "Рин Тин Тин[4]", - ответил Кардуччи тоном, полным немого укора. - Двадцать пять, если берешь его фото, пятнадцать - если свое принес. Тебе стоит что-нибудь взять.

Джек пожал плечами. - Не моя сфера.

- "Не моя сфера", - передразнил Кардуччи. - Да хватит уже корчить из себя ценителя. Он же, блять, золотая эпоха! Ради всего святого, он же Дороти[5] трахал!

- Нет, не трахал, - отрезал Джек, не имея ни малейшего представления о том, так это или нет.

- Ладно, Аву Гарднер[6] тогда. Ты коллекционер или нет?

- О, я еще какой коллекционер, - сказал Джек. - Но, видимо, не настолько информированный, как думал.

- Да? - Кардуччи заинтересованно приподнял бровь.

Джек поднял руку, чтобы показать другу предмет, который он только что купил. - Почему я об этом никогда раньше не слышал? - спросил он.

Кардуччи был старым мастером покер-фейса, но, увидев то, что показывал ему Джек, даже дернулся от удивления, а когда протянул руку, чтобы поближе рассмотреть рекламный постер, то держал его почти благоговейно и пару секунд молчал.

- Где ты, блять, это нашел? - выдохнул он наконец.

Джек наткнулся на снимок, листая коробку с восьмидюймовыми фото по четыре доллара за штуку на столе какого-то новичка. Он не ждал найти что-то стоящее и почти не смотрел, пока пальцы не замерли сами.

Его натренированные пальцы, действовавшие быстрее, чем зрение, застыли в таком положении, словно пальцы золотодобытчика, которые только что наткнулись на золотую жилу в сланцевой шахте, и Джек опустил взгляд, чтобы посмотреть, в чем дело.

Снимок был выполнен в сепии, а не в черно-белом формате, и - судя по пожелтевшим краям и тонким трещинкам в эмульсии - явно оригинальным. И как минимум середины 1930-х. Может, даже докодексовых времен[7]. Джек вытащил его из массы бесполезных подделок - безымянных вестернов и забытых мелодрам, - чтобы рассмотреть повнимательнее.

На снимке была изображена актриса - предположительно исполнительница главной роли, хотя Джек ее не узнал - которая попала в переделку. Она была привязана к вертикальному крестообразному столбу в каком-то церемониальном зале - судя по расфокусированной толпе статистов на заднем плане, чертовски огромном, - и в шоке смотрела за левый край кадра на что-то невидимое, надвигавшееся на нее. Судя по выражению ужаса, читавшемуся на ее лице, это было нечто серьезное.

Платье на ней было разорвано на плече и на бедрах, но оно не выглядело искусно растрепанным, как можно было бы ожидать от профессионала-костюмера. Все выглядело гораздо более экстремально, словно кто-то или что-то рвал ткань в искреннем неистовстве, пытаясь добраться до плоти под ней. А приоткрытый рот девушки и широко раскрытые глаза, в которых смешались ожидание и страх, могли бы дать фору даже великой Фэй Врэй[8].

Странная эротическая энергия изображения была неоспорима, конечно, и безусловно входила в список того, что нравилось Джеку. Но дело было не только в этом. В нем было то самое. То самое, что обожал Джек - ощущение, что перед ним не просто фотография переоцененных клоунов, играющих в переодевание. В этом всегда и заключался секрет любимых им фильмов. Даже не обязательно было, чтобы это было в жанре, в котором он якобы специализировался. Это безумное присутствие магии он чувствовал и в грезах Фреда с Джинджер[9] в стиле ар-деко, и в том, как Лон-старший[10] спускался по ступеням оперы в маске-черепе и двухполосном "Техниколоре"[11]. И в этом плакате оно тоже было. На все сто. Дразнящий намек на забытый мир, который казался одновременно абсолютно реальным и в то же время абсолютно недосягаемым.

Внизу изображения под рамкой располагался заголовок: "Узники преисподней". Название не вызывало никаких ассоциаций, кроме самых общих. Да и звучало оно скорее как заголовки бульварных романов той эпохи, а не фильма. Джек задумался, не мог ли это быть скорее сериал, чем художественный фильм, хотя в остальном минимальном тексте не было ничего, что указывало бы на это.

Он бросил осторожный взгляд на продавца и на то, что было выставлено на его столе и на стене за ним. За секунду стало понятно, что парень ни черта не знает. На столе красовалась афиша "Топкапы[12]" с завышенной ценой и лобби-карта[13] "Города мертвых[14]", оцененная смехотворно дешево. Типичный спекулянт, который оценивал свое барахло по принципу "пальцем в небо", слушая советы таких же идиотов.

"Заслужил, что получил", - подумал Джек и, окружив свою находку двумя кадрами из "Горго[15]" (на обоих чудовище отсутствовало), помахал тремя карточками перед продавцом, будто делал тому одолжение, избавляя от хлама.

- Три за десятку? - спросил он небрежно, уже держа деньги в руке, будто это было очевидным решением.

Продавец посмотрел на коробку, на Джека, на купюры. А вот на кадры не взглянул. Так он упустил последний шанс сказать, что произошла ошибка. Дилетант.

- Ладно, - сказал он, предварительно вздохнув и состроив Джеку обиженную гримасу типа "ты меня убиваешь".

Джек вежливо улыбнулся, отдал деньги и ушел. Горе-продавец даже не заметил, как тот вернул кадры из "Горго" обратно в коробку.

Кардуччи повторил вопрос, нажимая на слова:

- Где, блядь, ты это нашел?

- В коробке с дешевкой у того лоха, - кивнул Джек в сторону стола продавца.

Кардуччи уставился через зал с выражением человека, упустившего свой шанс - будто накануне выпускного он увидел, как самая красивая девчонка в классе сказала "да" единственному, кто набрался смелости пригласить ее.

- Блядь, - тихо и с сожалением выдохнул он.

- Ну и? - сказал Джек. - Что ты об этом знаешь?

Кардуччи посмотрел на него.

- Ты слышал о нем, - произнес он. - Просто не под тем названием. Фильм перемонтировали и переименовали в "Кабинет доктора Коппелиуса", и...

- Ой, да иди ты, - буркнул Джек, наполовину с разочарованием, наполовину с облегчением. - Несешь полную чушь. "Коппелиуса" никогда не существовало. Это фильм-призрак. Мистификация.

Он хорошо помнил эту историю. Какой-то фанат с веб-сайтом и кучей свободного времени - а еще, надо признать, довольно