Сироты Страны Чудес - Грег Ф. Гифьюн Страница 16

 его уволил; коллеги, когда-то видевшие в нём молодого журналиста-расследователя с огромным потенциалом, теперь сторонились его как шарлатана и позорище. Он стал изгоем и в полицейских кругах: в книге и на многочисленных телевыступлениях он резко критиковал местные управления и их расследование, намекнув, что некоторые офицеры могли быть причастны к культовой деятельности или получать деньги, чтобы смотреть в другую сторону.

А потом последовала ответная реакция.

Вся сатанинская паника восьмидесятых свалила в одну кучу всё — даже реальные дела, вроде того, которым он занимался, — объявив это общей ерундой и истерией. Никаких доказательств, говорили люди, никаких жёстких улик, а то немногое, что всё же существовало, — этого было просто недостаточно. Кучка лунатиков и религиозных фанатиков, люди, выдвигавшие обвинения и рассказывавшие истории, ничем не подкреплённые, — в итоге ни в чём не повинные люди шли в тюрьму, и их жизнь была разрушена ради сенсационности. Ты журналюга, Джоэл Уокер , говорили ему люди, лжец, больше заинтересованный в сенсациях, в деньгах, в телевизоре и в продаже книг, чем в правде.

В итоге Синди Мелло всё равно была мертва. Её зарезали.

Не сатанинский культ из кино, как утверждали все, — просто один или два психа, которых так и не поймали. А сатанинская символика и надписи кровью, найденные по всей той церкви в Нью-Бедфорде, — участки в соседнем Фритаун-Стейт-Форест, на которые привело его расследование, где явно проводились ритуалы, где были принесены в жертву собаки и, возможно, даже люди, — всё это совпадение, говорили они. Просто несколько психов или обдолбавшихся подростков, игравших в культисты в лесу. Ничто из этого не было тем, чем он это называл, — потому что такого не существует, а если и существует, то почему он не может это доказать?

Ещё больше дыма... ещё больше ночных шёпотов...

Он хотел лишь одного — выяснить, кто убил эту несчастную молодую девушку, и помочь привлечь их к ответу. Не только не добился этого, но и попытка обошлась ему карьерой — и на время рассудком. Они не видели того, что видел он, не встречали сломленных душ, с которыми ему пришлось столкнуться, не знали мест, которые те населяли. Не слышали рычания, шёпотов, не чувствовали, как зло движется в них, пытаясь взять под контроль, затоптать их в безумие... или хуже.

Остальной мир не знал ничего о мире за миром — том, что существовал по ту сторону завесы, о которой мало кто догадывался. Но Джоэл знал правду. И эта правда едва его не убила.

Вы верите, господин Уокер, что Дьявол говорит с вами?

После трёх месяцев в психиатрической больнице он пришёл к тому же, во что верили они. Он отвернулся от того, что знал, — потому что знал: иначе из той больницы не выйти.

Вы верите, что он сейчас внутри вас?

Дьявол не реален.

Именно так он говорил другим и сейчас. Именно так он говорил себе. И верил в это.

Но было ли это правдой? Имело ли это значение в любом случае? Если те, кто служит богу и его учению, реальны — имеет ли значение, существует ли само это божество?

Охваченный всеми теми старыми воспоминаниями и переживаниями, наполнившими разум снова, Джоэл переложил всё в новую нейлоновую сумку и закинул её в глубь шкафа. Придёт время и место заново пройтись по всему этому, возродить всё это, как игрушки, давно убранные в коробки и забытые, — но то время ещё не наступило. Может, когда-нибудь.

— Дочь Лонни должна была оставить тебя в покое, — сказала Тейлор.

— Но она этого не сделала.

— Ты не обязан делать это. Тебе понадобились годы, чтобы прийти к тому, где ты сейчас. Где мы сейчас. У нас есть всё, чего мы когда-либо хотели. Зачем рисковать всем этим?

Его взгляд нашёл её в лунном свете. — Что я могу поделать?

— Останься здесь со мной.

— Ты не представляешь, как я этого хочу.

— Тогда сделай это.

— Не знаю, смогу ли.

— Ты не знаешь, сделаешь ли. Это разные вещи.

Джоэл коснулся её лица и нежно провёл пальцами по щеке. — Я просто вернусь и посмотрю, что к чему. Только это. Из этого не обязательно вырастет что-то большее...

— Не лги мне, Джоэл. — Она прижала ладонь к его груди. — В этой жизни и без того достаточно лжи, жестокости, обмана, страха и неизвестности. Нам это не нужно между нами. Нас двое. — Она нежно провела пальцем по волосам в центре его груди, скользнув вниз к животу, где они кружком охватывали пупок. — Я вечно сижу и смотрю, как ты снова и снова собираешь себя по кускам. Я не понаслышке знаю, что с тобой сделало это дело в прошлый раз. И одного этого было достаточно.

— Это не то же самое. Другое время, другая история, другой я.

— Всё может привести к тому же; ты сам это знаешь. Лонни говорил дочери, что за ним гонятся демоны, господи.

— Кейтлин также