Вперед в прошлое 15 - Денис Ратманов Страница 7

— Я учила!

— Мало того, — продолжила Еленочка, — Люба, не будучи готовой, третирует учителей просьбами о пересдаче, а когда те соглашаются, приходит совершенно не подготовленная. Ядвига Вячеславовна, поговорите, пожалуйста, с дочерью и объясните ей, что не надо преследовать учителей! Сперва следует подготовиться и лишь потом просить о пересдаче. Когда мы идем навстречу, мы жертвуем своим личным временем.

— Я учила! — вскинула голову Любка.

— Тогда почему ничего не знаешь? — спросила Еленочка.

— Я не запомнила!

И это была истинная правда. Наверное, и говорить Люба начала с опозданием, потому что с ней никто не разговаривал. Может, мать во время беременности пила самогон, и это отразилось на когнитивных функциях дочери.

Баба-мужик дернула Любку за рукав, та сделала испуганное лицо, что-то сказала.

— Люба не пойдет в десятый класс, — басом заявила Ядвига. — Шо там делать, кому оно надо?

— Спасибо за понимание, — настороженно кивнула Еленочка и продолжила для всех: — Ну а в общем, результатами я довольна. Класс сильно выровнялся. Особенно порадовал Паша Мартынов, который заканчивает на «отлично». Способности у парня хорошие, если так и продолжит, выйдет на золотую медаль. Ну а будущих медалистов у нас три: Яна, Паша и Илья. Саша Гайчук немножко недотянула, но ей сложно с точными науками, она девочка творческая. Кстати, еще раз поздравляю нас с первым местом на конкурсе клуба веселых и находчивых! Геннадий Константинович даже решил организовать школьный музей, где будет собирать достижения тех, кем мы будем гордиться, да что там — уже гордимся!

Каретниковы зааплодировали, остальные подхватили.

— Дима Чабанов почти отличник, а Дима Минаев — уверенный хорошист, когда весь прошлый год еле-еле «тройки» получал! Кого за это благодарить, я догадываюсь. — Еленочка скосила глаза на меня, но ничего не сказала.

Мне подумалось, что иногда классные руководители знают о своих подопечных больше, чем их родители. Мама вон, от гордости раздулась, светится вся, потому что меня хвалят. Пожалуй, она одна из самых красивых женщин, наравне с Заячковской и Райко.

— Мало того, — говорила Еленочка, — я считаю наш класс лучшим за все время существования школы. Мне хотелось бы видеть в десятом всех, кто тянет программу. Но для кого-то этот год станет последним школьным годом. Потому мы плавно переходим ко второй, самой сложной части нашего собрания. Мне было бы интересно выслушать ваши предложения, чего бы хотелось вам и вашим детям.

Все молчали, перешептывались с детьми и друг с другом, слово взять никто не решался, пришлось мне:

— Хотелось бы провести его ярко, чтобы остались фотографии и море впечатлений. Потом, лет через двадцать, мы будем искать эти фотографии и каждую считать драгоценностью. Вот у родителей спросите.

Взрослые заулыбались, закивали, разгалделись.

— Потому фотограф должен быть обязательно, причем пусть снимает не только для общей фотографии, а и во время праздника.

— Поддерживаю! — подняла руку Заячковская. — А если еще и видео иметь! Вы представляете какая память? Давайте пригласим оператора!

— Зачем, когда камера есть у нас? — сказала Райко.

— Ура, у нас есть камера! — обрадовалась Заячковская, она была такая же болтливая, как дочь. — Школа — это, конечно, хорошо, но мне кажется, детям было бы интереснее в кафе.

Поднялась мать Поповой:

— Это вам интереснее в кафе, а нам это дорого! Все всегда в школе проводят выпускной. Выступили, сфотографировались — и достаточно.

— Как это достаточно? — возмутилась Заячковская. — А как же торжественный вечер? Застолье и танцы?

— Чтоб вы понапивались? Детям что с того, им это скучно. Лучше дома скромненько посидеть.

Натка Попова посмотрела на мать с ненавистью, но ничего не сказала.

Мать Заячковской оскорбилась:

— Не надо, пожалуйста, ровнять по своему кругу, мы — люди приличные, никто напиваться не собирается.

Натка Попова не выдержала и сказала:

— Мне бы хотелось вечер с танцами!

— Вот! — воскликнула Райко. — Это же наши дети! Почему вы так с ними?

Ее поддержала Памфилова:

— Не надо лишать детей праздничного вечера, вечер нужен. Не в ресторане, конечно, ресторан мало кто потянет. Почему бы не провести его в школьной столовой, как было всегда?

Я слушал их и ждал подходящего момента, похоже, этот момент приближался, но пока еще было рано. Моя мама сказала:

— Наверняка можно скромно отпраздновать в нашей столовой. И это не будет сильно дорого. Не надо лишать детей праздника! Для многих это будет последний день в школе.

— Я ничего платить не буду, — пробасила Ядвига. — Вы как хотите, а я пошла.

Она поднялась и потопала к выходу. Уже у самой двери обернулась и сказала:

— Мне работать надо. До свидания.

Люба провожала ее взглядом, готовая заплакать. Карась спикировал на свое место, помахал перед лицом, намекая, что ему воняет.

Когда дверь захлопнулась, Заячковская не выдержала:

— Кто не хочет подарить праздник детям, тот поступает вот так же!

Поднялась мама Карася.

— Мы люди небогатые. Саша в десятый класс не пойдет, но я сделаю все, чтобы выпускной у моего сына был! Потому что я его люблю.

Заячковская, Райко и Кабанова ей зааплодировали. Теперь оскорбилась Попова, повернулась к богатым и заорала, краснея и выпучив глаза:

— Это я-то свою дочь не люблю? Да я последнее ей отдаю! На двух работах работаю! Сама в обносках хожу. Вам икры на бутерброде мало, а нам иногда хлеба мало! По соседям ходить занимать стыдно. Позажирались, ресторан им подавай. А нам — мяса бы! Ходим, облизываемся, купить не можем.

Красная как рак Натка потянула мать за руку.

— Ма, не надо! — но та вырвалась и продолжила распаляться, ткнула пальцем в Райко.

— Наворовали, кровопийцы, крови нашей насосались! Мы помним, как вы хлеб втридорога продавали в ураган! И вы мне, честному человеку, будете рассказывать, что делать? — Попова уже не орала, ревела раненым зверем.

Сидевшая рядом Белинская закивала. Заячковская вскочила и напустилась на нее:

— Это мы-то кровопийцы? Мы честные люди! Отец работает, до инфаркта чуть не доработался…

— А у нас нет отца! Алкаш наш отец, от водки сгорел! А пособия хватает на три булки хлеба! И где мне денег взять? Сердце себе вырвать? — Она схватилась за свитер, готовая его разорвать в порыве чувств.

— А почему наши дети должны страдать? — холодно заявила Кабанова. — Мой Сашенька сам себе на