Мэри Лонгшир - дочь магната. - Эва Гринерс Страница 49

Он вернул мне письмо.

- И если вашей милости потребуется узнать последние светские новости... или, скажем так, слухи, которые пока ещё не стали официальными новостями, - он позволил себе лёгкий поклон, - посетить салон леди Уиткомб стоит непременно.

Я внимательно посмотрела на него.

- То есть вы считаете, что мне следует принять приглашение?

- Безусловно, леди Мэри.

Он произнёс это с таким спокойным убеждением, что сомнений почти не осталось.

- Благодарю вас, Бернс.

- Всегда к вашим услугам.

Он поклонился и бесшумно вышел.

Я осталась одна.

Письмо всё ещё лежало у меня в руках. Я снова взглянула на аккуратную подпись.

Леди Элеонора Уиткомб. Что ж…

Возможно, именно в её гостиной можно будет услышать то, чего не расскажет ни один адвокат и ни один частный детектив.

Я медленно выдохнула и улыбнулась.

Похоже, интуиция снова вела меня в правильном направлении.

Я взяла перо и подтянула к себе лист бумаги.

- «Дорогая леди Уиткомб» - с воодушевлением произнесла я, начиная писать ответ.

Глава 32.

Первое майское утро выдалось ясным и прозрачным, как будто мир за ночь тщательно вымыли и выставили на солнце сушиться. Из сада тянуло едва заметным ароматом распускающейся сирени. Окна столовой были приоткрыты, и лёгкий ветер шевелил белые занавески.

Я почти не притронулась к завтраку.

Чашка стояла передо мной, а серебряная ложечка тихо постукивала о фарфор, когда я машинально помешивала остывший кофе снова и снова.

Настроение моё было неважным - Джон должен был уехать.

Необходимость возникла неожиданно - поздний звонок накануне вечером, какое-то сообщение с верфи, переданное через контору. Я не стала расспрашивать подробно. Знала, что он справится сам. Джон выглядел сосредоточенным, и по его лицу было ясно: дело неприятное.

Когда он вошёл в столовую, на нём уже был дорожный костюм. Тёмное пальто висело на сгибе руки, а в другой он держал перчатки.

- Вы почти ничего не съели, - сказал он, останавливаясь у стола.

- А вы? Успели позавтракать? - подняла я на него глаза.

Он улыбнулся уголком губ.

- Я выпил кофе. Этого достаточно.

Несколько секунд мы молчали.

За окнами в саду кричали птицы - громко, беспечно. Для них весь мир состоял только из этого солнечного утра.

- Джон... - сказала я наконец. - Там действительно так серьёзно?

Он покачал головой, но в его взгляде мелькнула тень беспокойства.

- Пока не знаю. Мне сообщили только, что возникли сложности со сделкой. Деталейпо телефону не объяснили. - Он чуть помедлил. - Я сначала разберусь лично, а потом расскажу вам всё.

Он говорил спокойно, но я слишком хорошо его знала.

- Вам тревожно, - сказала я тихо.

Он посмотрел на меня и не стал отрицать.

- Да. Странный был разговор.

Его пальцы коснулись спинки моего стула.

- Но больше всего мне тревожно оставлять вас здесь одну.

Я невольно усмехнулась.

- Джон, вы забываете, с кем разговариваете.

- Ничего подобного.

Он слегка наклонился ближе.

- Я прекрасно помню, что передо мной самая решительная женщина из всех, кого я знаю.

Я поднялась из-за стола.

- Тогда в чём же дело?

Он вздохнул, будто собираясь сказать что-то слишком откровенное.

- В том, что я буду скучать.

Эти слова прозвучали неожиданно пронзительно и просто.

Без пафоса, без улыбки.

Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.

- Мне тоже не хочется вас отпускать, - сказала я.

Он взял мою руку и прижал к своей щеке.

- Мне бы хотелось, чтобы вы поехали со мной, - сказал он тихо. - Правда. Но я понимаю, что сейчас это невозможно.

Я улыбнулась.

- Если бы вы только знали, как я хотела бы сейчас оказаться там.

- Где?

- На побережье, с вами.

Я закрыла глаза на секунду.

- Вдохнуть запах моря. Услышать этих наглых чаек, которые кричат так, будто весь мир принадлежит только им... пройтись по пристани.

Я открыла глаза и посмотрела на него.

- Посетить ваш дом, увидеть милую Эмили.

Его лицо заметно смягчилось.

- Она будет рада вас видеть.

- Передавайте ей привет, - сказала я. – Сердечный.

Он сжал мою руку чуть крепче.

- Обязательно.

На секунду мы замолчали.

Ветер снова шевельнул занавески, и в комнату ворвался аромат сирени.

Джон вдруг поднёс мою руку к губам. Он поцеловал её не так, как это делают из вежливости, а провёл губами по венкам на запястье, от чего меня бросило в жар.

- Я буду скучать безумно, - сказал он тихо.

Я почувствовала, как сердце застучало быстрее, как будто хотело вырваться и уехать с ним во что бы то ни стало.

- Тогда возвращайтесь как можно скорее.

- Постараюсь.

Мы вышли на крыльцо.

Перед домом уже стоял автомобиль. Шофёр ждал, деликатно глядя куда-то в сторону улицы.

Утренний воздух был прохладным и прозрачным. Вдоль дорожки цвели тюльпаны -яркие, почти вызывающие в своём великолепии.

- Берегите себя, - сказал Джон.

Он ещё раз посмотрел на меня, словно хотел что-то добавить, но передумал.

Через минуту автомобиль тронулся.

Я стояла на ступенях, пока он не исчез за поворотом улицы. А войдя в дом почувствовала, как неожиданно пусто стало вокруг Дом казался слишком тихим.

Слишком просторным. И Френсис уедет завтра.

Я занялась обычными делами - просмотрела утреннюю почту, сделала несколько записей в блокноте, отдала распоряжения Бэрнсу.

День прошёл незаметно.

Лишь ближе к вечеру, когда я уже собиралась на приём к леди Уиткомб, Бэрнс сообщил:

- Миледи, к вам пришёл мистер Сент-Джон. И он не один, с ним ещё джентльмен.

- Попросите их в гостиную.

Когда я вошла, Сент-Джон поднялся из кресла.

Рядом с ним стоял незнакомый мужчина лет сорока пяти, сухощавый, с внимательным, почти неподвижным взглядом.

- Леди Мэри, - сказал Сент-Джон. - Позвольте представить мистера Харриса.

Мужчина слегка поклонился.

- Частный сыщик, - добавил Сент-Джон.

Я кивнула.

- Благодарю вас, Сент-Джон, что позаботились об этом.

Он ответил спокойно:

- Действовал так быстро, как только мог зная, что ситуация того требует.

Я повернулась к мистеру Харрису.

- Надеюсь, вам уже объяснили, почему мы обратились к вашей помощи.

- В общих чертах, миледи.

Тогда уточним.

Я опустилась в кресло.

- Речь идёт о мисс Вэнс. Эта молодая женщина утверждает, что носит ребёнка