Настя, остановись! (СИ) - Ирина Зырянова Страница 4

«Меня, что, продали в рабство?!», — ужаснулась я, от досады прикусив внутреннюю сторону щеки, натягивая одеяло до подбородка. Даже моя валькирия потеряла дар речи. Словно находясь в защитном коконе из одеяла, вновь решаюсь подать голос:

— Для чего я Вам? У меня ничего нет. Даже кредитной истории. Мои родители, давно на пенсии и не смогут дать за меня выкуп.

— Мне не нужны деньги твоих родителей, — усмехнулся он зловеще. — Я не собираюсь возвращать тебя в тот мир, о котором тебе лучше забыть. Ты призвана в этот мир, чтобы стать матерью моих детей. В идеале, дочерей.

— В моём мире дети рождаются от взаимной любви и по обоюдному согласию обоих родителей! — выдала я идеалистическую картину своего мира, — пытаясь унять нервную дрожь.

— Любовь здесь больше не живёт, — прилетело мне в ответ, словно Влада Сташевского услышала. Мы прокляты богами.

— Ну, так и разбирались бы со своими богами. Я то, тут причём?! Хотя, уверена, что и боги тут не пределах. Всё от людей зависит. Ну, или, кто вы тут?

— Ты, кажется, до сих пор не поняла, где находишься, чужестранка, — порыкивая, приблизился ко мне дракон, опасно сократив между нами расстояние. — Ты уже не в своём техногенном мире, которым правят машины. Ты на Мирте, где правит магия. Где правлю Я!

— Боги этого мира наделили тебя великим даром. В тебе столько магии, что твоя человеческая оболочка способна выносить сильное дитя любой расы, населяющей нашу планету. Узнай о тебе императоры других рас, неминуемо пошли бы на меня войной. Поэтому советую смириться с тем, что всю свою жизнь ты проведёшь в стенах этого замка. И, только от твоего благоразумия зависит, что станет твоей клеткой: эти прекрасные апартаменты, — обвёл он взглядом комнату, — или сырые казематы, из которых ещё никому не удавалось вернуться живым.

— Я так понимаю, свадьбы не будет? — усмехнулась, пытаясь отсрочить подступающую панику. Даже не знаю, откуда черпала я свою храбрость, будучи загнанной в угол.

— Свадьба, с простолюдинкой!? — заржал этот конь так, что штукатурка с потолка посыпалась. — Не обольщайся своим положением. Не припомню, чтобы кто-нибудь, когда-нибудь брал в жёны попаданку. В моём гареме хватает знатных особ, с которыми я могу заключить политически выгодный брак.

— Тогда в чём проблема!? Пусть они тебе детей и рожают. Иначе, зачем на них тратиться, — рявкнула на него на его же волне.

— Не ори дура! Не испытывай мои нервы на прочность! Перед тобой повелитель этих земель! — театрально он откинул длинные полы своего зелёного халата отороченного золотым витиеватым кружевом. — Я терплю твою дерзость, девчонка, только потому, что не желаю, чтобы мои дети родились в сырых подвалах дворца. И, не факт, что здоровыми. Там, всё-таки, условия не для хрупкой человечки, а тем более, для моего потомства.

А, что до моих наложниц… Они пустышки со слабым магическим резервом, признающие лишь роскошную жизнь, что я им даю.

— Правильно, ли я Вас понимаю, — подбоченилась я, отбросив одеяло, начиная выходить из себя, несмотря на испытуемый страх, — что на содержание «пустышек», как Вы изволили выразиться, средств не жалеете, а мать своих детей намерены держать в чёрном теле, и желательно на цепи?

— Да что ты себе позволяешь, чернавка!? — взревел дракон.

— Это я-то позволяю?! — вскочила на ноги, встав на кровать в полный рост. — Это Вы что себе позволяете?! Выкрали меня из моего мира, озвучили перспективу рабыни-инкубатора, которую собираетесь брать силой, вынуждая непрестанно рожать, пока не сдохну. И, думаете, что я буду молчать?! Не буду я молчать, раз мне всё равно терять нечего! — запустила в царька подушку. Тот, оторопело взглянув на меня, разорвал летящий в него снаряд на две части, отбросив их в разные стороны. Вихри белоснежного пуха, заполонившего пространство комнаты, вынудили меня расчихаться. Зайдясь чихом, сама не заметила, как сместилась к краю ложа, и если бы не дракон, поймавший меня, я бы рухнула на пол. Стоило ему взвалить себе на руки пятидесяти шести килограммовую ношу, как он запыхтел, словно паровоз.

— Не такая уж я и тяжёлая! — оскорбилась я, вновь испытав на себе флюиды сильного самца.

«Моя!» — гортанно пророкотало чудовище, набрав полную грудь воздуха с запахом моих волос. Бесцеремонно бросив на кровать, ящер в человеческом обличие навалился на меня всем весом, удобно устроившись меж широко разведённых ног. Ахнуть не успела, как холщёвая ночнушка длиною до пят была собрана на талии. Но, ужас ситуации я ощутила в полной мере тогда, когда скользнув рукой по обнажённому бедру, не нащупала на себе последнего оплота своей нравственности в виде труселей от Viktoria secret, что были на мне в момент похищения. И, теперь я была полностью открыта перед этим похотливым самцом. И, лишь мгновенье отделяло меня от грубого вторжения в глубины моей женской сущности существа, что настойчиво желал стать вторым сексуальным партнёром за мои тридцать пять лет. Взглянула в прекрасное, но искажённое животной суровостью лицо, и ужаснулась, поймав взгляд жёлтых глаз, радужку которых рассекала вертикальная полоска зрачка в точности как у Рика.

«Наверное, это свойство всех рептилоидов этой планетки», — пролетела мысля, удивив своим несвоевременным посещением в столь патовый момент.

Как бы странно не звучало, но в какой-то момент поймала себя… Нет, не на мысли. На ощущении того, что ничего страшного со мной не происходит. Тело, словно изменив разуму, стало наполняться томимым желанием, отодвигая страх на второй план, в предвкушении нового опыта.

«Ну, подумаешь, получу незабываемый кекс. Когда ещё удастся очутиться в постели с драконом. В конце концов, я же не юная дева, не познавшая мужчин, чтобы биться в истерике, а взрослая женщина, прожившая много лет в браке с мужчиной, который не особо отягощал себя моими чувствами и переживаниями, вставляя в меня свою «хотелку» когда ему вздумается. Порой просыпалась, уже находясь в процессе спаривания. Видите ли, кому-то утреннюю эрекцию девать некуда. Так, что остаётся расслабиться и получить удовольствие от процесса».

И, стоило мне только смириться, как взбунтовался мой внутренний зверь. Я прямо-таки, услышала, как взревела моя гордая драконица, противясь этой связи. Тут же стало так противно и обидно за себя, за свою человеческую слабость, что захотелось сжаться до размеров маленькой мышки. Только я об этом подумала, причём, красочно так, представив себя маленькой домашней мышью, как тут же, всё вокруг меня стало увеличиваться в размерах, а кожа покрываться серой шёрсткой.

— КУДА?! — оглушил меня своим рёвом дракон, пытаясь вытряхнуть моё серое тельце из слоёв ночнушки. И, когда ему это удалось, я не