Ночная Охота - Александр Кронос Страница 3

И не прогадал. Сначала полуэльф задумался. Потом полез под прилавок. Достал два маленьких стеклянных флакончика с бесцветной жидкостью.

— Стиратели, — серьёзно посмотрел он на меня. — Разбиваешь один такой в помещении и всё. Ни запаха, ни магического отпечатка. Даже тренированный маг не найдёт.

Вот это интересно. Как минимум на будущее.

— А ещё что есть? — зверь внутри тоскливо взвыл, но рациональная часть всё-таки задала этот вопрос.

— Не борзей, — вздохнул маг за стойкой. — И так товар тебе почти без наценки отдаю, если на деньги пересчитывать.

Что ж. Хороший стратег знает, когда отступить, чтобы не потерять уже завоёванное. Два эликсира, способные поставить Дарью на ноги. Десятки кубиков, решающих проблему с жором после боя. Пара стирателей на случай, если придётся уходить чисто. А взамен — побрякушка для ныряния, которая мне всё равно ни к чему.

— Идёт, — выразил своё согласие.

Он молча кивнул. Спустя секунду четыре флакона отправились в мои карманы. Мешочек с кубиками повесил на пояс, продев тесёмку через ремень.

— Ещё одна вещь. Я помню, ты не задаёшь вопросов, — задрав голову, я глянул ему в глаза. — Но если кто-нибудь начнёт задавать их тебе — обо мне, о девушке, о чём угодно — мне стоит узнать об этом первым.

Полуэльф посмотрел на меня своими светлыми глазами. Влил в себя остаток содержимого мензурки.

— Сотня за каждое предупреждение, — сказал он. — Независимо от содержания.

Понятное дело, я согласился. Потом попрощался. И вышел за дверь.

Глава III

Лапшевня встретила темнотой и запахом остывшего жира. Внизу ни души. Часы на стене показывали половину третьего.

Поднимаюсь по лестнице. На третьем этаже храпит Олег — так мощно, что звук пробивается даже сюда, в коридор второго.

А около лестницы ждёт Тэкки. Насторожен. Пальцы на рукояти ножа, лицо напряжённое.

— Тарг, ты куда ваще пропал? — негромко, но с отчётливой обидой. — Я ж тут торчу как дурак. Девчонка дрыхнет, дед наверху бухой, а тебя нет.

— По делу ходил, — негромко говорю, запуская пальцы в мешочек. — Вот, глянь.

Варраз тут же подступил ближе. Выслушал объяснение. Покрутил в пальцах кубик. Понюхал.

— Триста грамм мяса? — переспросил с таким выражением лица, будто ему пообещали сундук с золотом. — В одной этой мелкашке?

— Вкус как у воска, — напомнил я, цитируя Владислава. — Зато сытость настоящая.

— Мне ваще норм, — он вернул мне кубик. — Я и не такое жрал.

На этом мы и закончили. Он отправился вниз — ещё немного поработать. А я в студию. Отключившись почти сразу, как забрался под одеяло.

Проснулся от запахов снизу. Лук, жарящийся в масле. Куриный бульон. Жареная свинина. Лапшевня ожила.

Поздний вечер. Как обычно, проспал весь день. Тело отдохнуло, голова ясная. Зверь внутри лениво рыкнул, принюхиваясь к ароматам еды из зала.

Дарья уже не спала. Лежала на спине, уставившись в потолок. Услышав меня, повернула голову. Взгляд живой и острый, хотя под глазами всё ещё чернели тени.

Встав, молча надел штаны. Вытащил из сумки под кроватью зелёный флакон. Подошёл к её постели.

— Пей, — протянул ей склянку. — Алхимическая вытяжка. Восстановит мышцы. Завтра сможешь встать.

Она прищурилась. Взяла флакон. Без лишних вопросов вытащила зубами пробку и опрокинула в себя. Скривилась, шумно выдохнув через нос.

— Дрянь же! — выдала девушка. — Гадость какая.

— Зато должно сработать, — озвучил я ответ.

Несколько секунд ничего не происходило. Затем её пальцы судорожно сжали одеяло. По телу прокатилась крупная дрожь. Бледная кожа на шее и ключицах пошла красными пятнами — химия ударила в атрофированные сосуды.

Дарья выгнулась, с шумом втягивая воздух сквозь стиснутые зубы.

— Жжёт… — прохрипела она.

— Терпи, — проговорил в ответ. — Мышцы просыпаются.

Она тяжело дышала, глядя на меня снизу вверх. Зрачки расширены от боли и прилива крови. На лбу выступила испарина. Одеяло сползло, открывая плечи и грудь.

Зверь внутри замер. Навострил уши.

Запах изменился. Вонь болезни и распада — исчезла полностью. Воздух наполнился другим. Запахом живой самки, разогретой алхимией и её восстанавливающейся плотью. А ещё отчего-то носился аромат сосновой хвои.

Тело отреагировало до того, как мозг успел ударить по тормозам. Кровь моментально ушла в пах. Мышцы напряглись сами, как будто готовясь к броску.

Дарья это увидела. Её потемневший взгляд скользнул по моему лицу. Опустился ниже. Остановился.

Шагнуть. Прижать к матрасу. Зверь ревел, требуя действовать. Он жаждал её. Хотел ощутить тепло плоти. Прямо сейчас. Немедленно!

Я уже почти сдался. Качнулся, подаваясь вперёд. И тут перед глазами встало лицо Акиры.

Кривая усмешка в полутьме. Слова. Спина, исчезающая во мраке. С потрясающей лёгкостью.

Рационал обрушил на разгорячённый мозг бетонную плиту. Напомнив, что эти игры я уже проходил. Как только получают, что хотят — уходят. Или вонзают нож в спину.

— Я вниз, — чуть отступив назад, посмотрел в глаза девушки. — Вернусь с едой. Отдыхай.

Развернулся. И стараясь не обращать внимания на её изумлённое лицо, вышел в коридор.

Остановившись, закрыл за собой дверь. Прислонился спиной к стене рядом с ней.

Параноик где-то на задворках ехидно оскалился. Спасённая женщина — не награда. Просто ещё одна переменная, которая в любой момент может сдать с потрохами.

Но потом улетел вдаль, получив здоровый пинок от моего внутреннего зверя. А я двинулся вниз. Где уже сидел Тэкки, орудуя палочками над тарелкой лапши. Рядом стояла вторая порция — явно для меня. Умный варраз. Запомнил, когда я встаю.

Сел напротив. Подтянул тарелку. Лапша горячая, во вкусном бульоне, с кусками куриного мяса и зеленью. Желудок прямо радовался. Такая вот медитация гоблина — горячий бульон, ложка и палочки.

— Тарг, — Тэкки заговорил, дождавшись, пока я расправлюсь с половиной порции. — Я тут подумал. Если с этим местом чё случится — нам куда?

— В смысле? — поднял я на него глаза.

— Ну вот лапшевню прикроют, — понизил громкость голоса. — Или дед стуканёт. Или ещё чё. Куда мы с девкой и барахлом?

Шахты. Первое, что пришло в голову. Там я жил раньше. Там темно, тихо и безопасно. Для меня. Для Дарьи — холод, сырость и крысы. Параноик тут же подхватил — а если зима? Или кто-то ранен? Тэкки с тяжёлым ранением