Настя, остановись! (СИ) - Ирина Зырянова Страница 23

— Зачем? Я совершеннолетняя. Мне двадцать один и я не нуждаюсь в опекуне.

— Да, брось. Что такое «двадцать один год» по сравнению с тысячелетием. Капля в море. По меркам фениксов — ты птенец, что только вылупился из яйца.

— Вы забываете, что я жила не на птичьем дворе, а в столице магов, — возразила я. На, что получила, по отечески, добрую улыбку.

— Маленькая, огненная птаха. Я понимаю твоё упорство в достижении независимости. И, даже предположу, что ты, сбежала из дома или даже из-под венца. Фениксы по своей природе свободолюбивые создания. И, я пойму, если ты не примешь мою помощь. Но, подумай сейчас не кур…

— Ага. Отключи куриный мозг и включи логику мага, — Это Вы хотите сказать? — усмехнулась я. Гарфилд удивил меня, разразившись басистым хохотом.

— Уверен, с тобой не заскучаешь.

— Это точно! — согласилась я.

— А, пока думаешь над моим предложением, — протянул он мне кипу бумаги, — ознакомься и подпиши контракт.

Мне не привыкать читать между строк. Ознакомившись с договором, оспорила пару параграфов. После недолгой перепалки с ректором, мы пришли к единому консенсусу, и я с радостью оставила свежевыдуманный автограф в конце контракта.

Позже, за чашкой ароматного кофе с нежнейшей выпечкой, сопоставив все «за» и «против», я таки дала своё согласие на опеку.

* * *

Поскольку для факультета боевиков было выделено только мужское общежитие, учтя моё желание проживать в комнате с подругой, нам с Рутой предоставили комнату в общежитии бытовиков.

— Очень миленько! — воскликнула подруга, растянувшись на кровати с балдахином.

— Шикарно! — оценила я, по сути, двухкомнатный номер, объединённый просторной гостиной, к которой примыкала ванная комната. Войдя в свою комнату, оформленную в лиловых тонах, решила заглянуть в дубовый шкаф, где и обнаружила два комплекта формы, преимущественно, в зелёных тонах — цвете бытовиков. Юбка длины миди из плотной полушерсти с накрахмаленным белоснежным хлопковым подъюбником, белая хебешная блуза с воротником переходящим в бант, шерстяной жилет и жакет, выглядели вполне респектабельно. Также, мной была обнаружена «амазонка» для верховой езды, мантия-дождевик и накидка, отороченная натуральным мехом местного тушкана. Но, больше всего меня удивило наличие в скромном гардеробе адептки чёрных кожаных брюк, вполне земной базовой футболки белого цвета, «берцовок» на шнуровке с высоким голенищем и портупеи. Обувь на каждый день тоже нашлась на нижней полке. Балетки я сразу отложила. Никогда не понимала безкаблучную обувь. А, вот классические коричневые лодочки на устойчивом квадратном каблуке мне приглянулись. Как, впрочем, и сапоги, и даже тапочки. Ну, что ещё нужно для жизни! Администрация академии даже позаботилась о том, чтобы студенты не таскали фолианты в руках, предоставив холщёвые сумки с эмблемой факультета.

От лицезрения нового гардероба меня отвлёк пронзительный звон. В поисках источника звука, я вышла в гостиную, где и обнаружила мигающую жёлтыми всполохами сферу. Стоило мне коснуться рукой стекла, как из шара вырвалась проекция моего опекуна.

— Аглаюшка! Хватай свою подругу и бегом в библиотеку. Там получите книги и своё расписание на этот семестр.

— Уже летим, — отрапортовала я.

Через полчаса хождения по лабиринтам академии, нам удалось найти библиотеку лишь благодаря, нескончаемому потоку новобранцев.

ХОЧЕШЬ НАЙТИ ТУАЛЕТ, ИДИ ЗА МУХАМИ!

Пока ждали своей очереди, успели перезнакомиться, и даже запланировать сабантуй по поводу поступления.

Профессора сделали своё дело, и никто не воспринимал меня как восьмое чудо света. И, тем не менее, я то и дело ловила на себе сальные взгляды парней, чьи ноздри, при виде меня, подозрительно трепетали, словно чуя мою особенность. О чём я тут же сообщила ректору.

— Память, мы то, им подтёрли, но вот от животной сущности никуда не денешься, — согласился с моей догадкой Гарфилд. Твой кулон истратил свой резерв, пройдя через арку. И, в ближайшие две-три недели толку от него не будет. Поэтому, прошу, прими от меня скромный подарок, — протянул он мне чёрную, бархатную коробочку, вынув её из сейфа.

— Что это? — напряглась я.

— Серьги. Они маскируют резерв своего носителя, также как и твой кулон.

— Если я их надену, не окажется, что я вдруг чья-то невеста? — озвучила своё подозрение.

— Всё-таки мои подозрения верны. Сбежавшая невеста, — усмехнулся опекун. — Ну, что ты так напряглась? Так. Успокойся. И, возьми под контроль своего феникса, пока вы мне тут кабинет не спалили.

Опешив от его строгого приказа, словно заворожённая взглянула на свою руку, вокруг которой вьюжили искры разгорающегося пламени. Попыталась стряхнуть рукой искорки с рукава устойчивой к магии блузки, но лишь раззадорила их до всполохов.

Вдох, выдох. Вдох, выдох. Медитация — наше всё.

— Кем бы там ни был не состоявшийся жених, пока ты на территории академии никто не имеет заявлять на тебя права.

— Даже сам император?

— Даже сам император! — усмехнулся опекун. — Да, нажил я проблем на свою голову, — провёл он по вспотевшему затылку.

— Вы откажетесь от меня?

— Да за кого ты меня принимаешь? Слово Оргузов — кремень.

«И, почему в словах этого мира мне вечно мерещатся земные ассоциации?», — загасила на корню волну смешинок. Всё-таки, человек, взваливший на свои плечи заботу о совершенно незнакомом подросте, заслуживал уважения, даже несмотря на забавную (с моей точки зрения) фамилию.

— Молодец! — похвалил меня опекун. А, до меня, даже сразу не дошло, чем я заслужила эту похвалу. Неожиданно зачесавшийся нос прояснил ситуацию. Машинально поднеся руку к лицу, удивилась, не обнаружив на ней и намёка на стихию огня. — Ты прямо растёшь в моих глазах. Всё же, талантливая мне дочь досталась, — улыбнулся он, и даже забив на свои сомнения, приобнял меня за плечи. От столь трогательной сцены защипало в носу. Предчувствуя повышенную слезоточивость, шмыгнула носом.

— Так! — неожиданно встрепенулся Гарфилд, — Что это мы тут сырость развели. Пора на ужин. Живо надевай серьги и марш порталом в столовую.

— А, может, обойдёмся без порталов, — заныла я, вспоминая неприятные ощущения от переходов.

— Не ной, боец! Чем чаще совершаешь переходы, тем легче их переносит твой организм. Считай это закалкой.

Не успела я сменить свои кольца на подвески с серой жемчужиной, как меня втянули в портал. Ступив из сизой дымки на широкую плиту серого гранита, продолжая держать ректора под руку, я вошла в просторную столовую.

Сказать, что наше появление произвело неизгладимое впечатление на присутствующих — ничего не сказать. Смолкли голоса и звон столовых приборов. В абсолютной тишине прожужжала мушка, соблазнившись на ароматы, доносившиеся с кухни.

— Преподавательский состав и пятый курс едят на втором ярусе, — указал он наверх. — Первый курс занимает первый ряд столов, что проходит вдоль колонн. Я понимаю, что ты бы пожелала сидеть рядом