Настя, остановись! (СИ) - Ирина Зырянова Страница 11

— Ну, ты же женщина. Поставь себя на место попаданки. Что бы делала, окажись ты в её шкуре? — не давал мне покоя Бен.

— Мне лучше будет представить ситуацию, если ты немного расскажешь о своём побратиме. Какой он? Как ведёт себя с женщинами? Рад ли он был обрести истинную, хоть и из другого мира?

— Воу-воу! Притормози! — усмехнулся Бен. Дай хоть не первые вопросы ответить, — улыбнулся он лучезарной улыбкой.

— Ну, так… — сгорала я от не терпения.

— Дар любит своих наложниц… но, не более, чем пегасов в своём стойле, — усмехнулся волк. — И, года не прошло, как он взошёл на трон. Власть не лучшим образом отразилась на его и без того, сложном характере. Он стал жёстче, злее, не сдержанней. Особенно после того, как его прокляла горная ведьма…

— Что он сделал?

— Хотел взять силой её дочь, — выдавил из себя волк. — Она, как и ты, обладала магией перевоплощения, и Дар почувствовал в ней драконницу. Только вот девушка была от этого не в восторге. Убегая от него, оступилась и сорвалась в обрыв.

— Какой ужас! — не сдержала я эмоций, спрятав в ладонях рот и нос. Вот же сволочь, — прошипела я. — Как ты так можешь? А?

— В смысле, как? — не понимающе, уставился на меня Бен.

— Как можно быть верным существу, способному на такие злодеяния?

— Мы скреплены клятвой побратимов с малых лет. Это клятва нерушима.

— То есть, что бы не вытворял один из вас, остальные молча буду его покрывать, закрывая глаза на его бесчинства?

— Да.

— Всё настолько плохо? И, вы никак не можете повлиять на сбившегося с пути побратима?

— Нет.

— Ну, как ты не понимаешь?! Если его свергнут и посадят за злодеяния, то с ним и вас посадят.

— Почему сразу «посадят»?

— ПОТОМУ, ЧТО ПРЕСТУПНИК ДОЛЖЕН СИДЕТЬ.

— Ничего, ничего. В казематах из него человека сделают! — взвела я перст к небосводу, окрасившемуся в яркую охру, еле сдерживаясь, чтобы не заржать на всю поляну, особенно на фоне того, как на меня пялился волк, излучая трепетное благоговение.

— Вот тебе и ответ на вопрос: почему сбежала иномирянка. Уверена, твой побратим и в этот раз проявил не лучшие качества дракона, тем самым напугав чужестранку. Вот она и свалила от него по-тихому. В своё время и я предпочла свободу золотой клетке. Так, что могу лишь пожелать девочке удачи и ума палату, чтобы не попасть в лапы более изощрённому хищнику. Все вы самцы одинаковые. Понадобиться ещё не одна сотня лет, чтобы вы наконец-то по достоинству оценили роль женщины в своей жизни, как и в жизни планеты в целом.

— Я уже ценю, — хитро улыбнулся мне Бен, вынудив мои брови затеряться в рваной чёлке. — У меня есть сестра и мама, которых, я очень люблю и уважаю. Я вырос обласканным женской любовью.

«Мой волк», — утробно заурчала во мне волчица, словно подталкивая меня к Бену, пытаясь взять под контроль моё тело. От перспективы стать марионеткой, по сути, выдуманной личности, мне стало как то не по себе. И, я решила поскорее сделать ноги от источника волнения.

— Я рада за тебя, за твою маму, сестру, жену и других родственников, — вскинула лук на одно плечо и вещмешок на другое. — Рада была пообщаться, но мне пора. Надо ещё найти место для ночлега.

— А, почему бы тебе не переночевать эту ночь в нашем лагере? — поступило предложение.

«Я «ЗА!», — проголосовала социально адаптированная волчица.

Я осмотрелась. Солнечный дуэт, давно скрывшись за горизонтом, оставил после себя сумеречный след, что лёгкой дымкой оседал на поляну и струился меж вековых деревьев. Поняв, что в потёмках, всё, на что я буду способна, так это вскарабкаться на дерево в ожидании рассвета, я с опаской приняла предложение.

Две огромные луны, не заставив себя долго ждать, показались из-за чёрных верхушек елей.

— Ну, тогда отправляемся в лагерь, — радостно заявил вожак. Только будет быстрее, если ты обернёшься волчицей. Она у тебя такая аппетитная, и очень нравиться моему волку.

— Ну, спасибо! Только держи своего волка подальше! Она у меня ещё маленькая, чтобы думать о мальчиках, — усмехнулась я, вновь представив себя золотистой волчицей.

— Дамы вперёд! — усмехнулся вожак, пропуская меня вперёд.

— КОМУ ДАМЫ, А КОМУ И В ЖИЗНЬ БЫ НЕ ДАЛА БЫ! — рявкнула про себя, рассмешив кобелей с потрясающим слухом.

Стоило волкам войти в лес, как они словно кони, пустились вскачь. Чтобы не отстать от них, отпустила свою волчицу порезвиться. По тёмному лесу, который я, скорее чувствовала, чем видела, летела так, что ветер в ушах свистел. Ликующая радость зверя, вырвавшегося на свободу, отзывалась и в моей душе. Единственное, что меня начинало напрягать, так это сила моей зверюги, которая принялась подавлять во мне человека. Её инстинкты позаигрывать с сильным альфа-самцом шли в разрез с моими желаниями, но она продолжала призывно вилять перед ним хвостом, проламывая своим мохнатым телом бурелом. Несколько раз вожак нагло зажимал мою самочку. Не знаю, что у этого кобеля было на уме, но мой человеческий гнев на него, как на одного из похитителей, всё же взял вверх над животной сущностью и я со всей дури двинула его плечом, пустив волчару разрядиться в ближайшие кусты. Он же приняв это за игру, попытался сделать и мне подсечку. С пятой попытки ему удалось повалить мою волчицу на землю, но и я не собиралась сдаваться…

Мы кубарем скатились в овраг, подняв в воздух ворох опавшей листвы. Волк навалился на меня всей своей шерстяной тушей, прижав к почве пахнущей гниющей листвой.

— Будь моей Луной, — неожиданно прозвучало в моей голове. Я с удивлением уставилась в жёлтые глаза альфы, глядящие на меня с мольбой и надеждой. И, если бы не моя человеческая сущность, играли бы уже «собачью свадьбу».

— Не смей! — рыкнула на свою волчицу, когда та, лизнула тупую морду вожака.

— Я не планировала задерживаться в этом лесу надолго, — обратилась уже к альфе, который тут же меня отпустил. Поднявшись на четыре лапы, стряхнула с себя налипшую листву, и с одного прыжка выбралась с оврага на поверхность. Всё-таки сильная мне досталась волчица. Здравствуй биполярка!

Когда добрались до палаточного лагеря, нас уже поджидал вполне человеческий ужин в дружной, мужской компании. Услыхав человеческую речь, тут же заставила волчицу уступить место эльфийке. Бенджамин тоже решил