Стив Альтен - Завещание майя Страница 50

Дин сделал вице-президенту чашку кофе без кофеина. Он знал, что Чейни ненавидит летать, особенно в вертолетах.

— Вы выглядите взволнованным.

— Заткнись. Что это за разговоры об обходном маршруте?

— Нам приказано сделать посадку в форте Детрик, чтобы подобрать персонал из военного НИИ инфекционных заболеваний, и только потом лететь на Юкатан.

— Прекрасно. — Чейни закрыл глаза и вцепился в подлокотники, когда «Сикорский» начал набирать высоту.

Через тринадцать минут вертолет приземлился возле НИИ медицинских исследований инфекционных заболеваний, принадлежащего армии США. Из своего иллюминатора Чейни видел двоих людей, наблюдающих за погрузкой нескольких больших ящиков.

Затем эти двое поднялись на борт. Седоволосый офицер представился:

— Мистер вице-президент, полковник Джим Рутеник. Я военный специалист по биологически опасным веществам, меня назначили в вашу команду. Это мой помощник, доктор Марвин Теперман, экзобиолог, прибывший к нам из Торонто.

Чейни посмотрел на тщедушного экзобиолога, оценил ручки-спички и приторно улыбнулся.

— И чем же занимается экзобиолог?

— Экзобиология изучает жизнь за пределами нашей планеты. Эта слизь может содержать инфекции или вирусы, о которых мы никогда раньше не слышали. НИИ медицинских исследований считает, что я могу вам пригодиться.

— Что в ящиках?

— Защитные костюмы, — ответил полковник. — Портативные герметизированные костюмы, которыми мы пользуемся при работе с потенциально активными веществами.

— Я знаком с защитными костюмами, полковник.

— Верно, вы ведь были в Пуэрто-Рико во время эпидемии две тысячи девятого.

— Боюсь, это дело может оказаться гораздо хуже, чем в две тысячи девятом, — сказал Марвин. — Судя по тому, что нам сообщили, физический контакт с той субстанцией вызывает немедленное заражение и кровоточивость тканей плюс обильное кровотечение из всех отверстий организма.

— С этим я справлюсь. — Чейни вцепился в сиденье, когда вертолет взвыл. — Меня тошнит только от чертовых вертолетов.

Полковник улыбнулся.

— Как только приземлимся, первейшей нашей задачей станет помощь мексиканцам в установлении серых зон — промежуточных площадей между зараженными участками и остальным населением.

Вице-президент еще немного послушал, затем опустил спинку кресла и прикрыл глаза. Защитные костюмы. Коллапсы и кровотечения. Какого черта я здесь делаю?

Четыре часа спустя «Сикорский» завис над белым пляжем, испачканным черной смолянистой субстанцией. Участки инфицированного песка были обнесены оранжевыми деревянными колышками.

Вертолет пошел на восток вдоль пустынной береговой линии, в направлении рядов палаток Армии Красного Креста, стоявших за огороженной частью пляжа. В пятидесяти метрах от палаток пылал огромный костер, темно-коричневый дым тянулся по безоблачному небу полукилометровым хвостом.

«Сикорский», сбросив скорость, начал спускаться на огороженную парковочную площадку возле палаток.

— Мистер вице-президент, кажется, этот костюм как раз вашего размера, — полковник Рутеник протянул ему оранжевый скафандр.

Чейни заметил, что Дин натягивает защитный костюм.

— И не думай даже. Сядь на задницу, папочка, ты остаешься здесь. Пресса и телохранители тоже.

— Моя работа заключается в том, чтобы помогать вам…

— Вот и помоги мне, оставшись здесь.

Чейни вышел из вертолета двадцатью минутами позже, в сопровождении Тепермана и двух полковников. Все трое были одеты в мешковатые оранжевые защитные костюмы, оснащенные вдобавок баллонами с воздухом.

Возле главной палатки их поприветствовал врач. Чейни заметил зеленую слизь на его белом прорезиненном халате.

— Я доктор Джарез. Спасибо, что прибыли так быстро.

Полковник Рутеник представил их друг другу.

— Это та токсичная дрянь на вашем костюме, доктор? — спросил Чейни, показывая на зеленые пятна.

— Нет, сэр. Это биохимикалии, полезная штука. Мы пользуемся ими для дезинфекции. Вам тоже придется обработать ими свои костюмы, прежде чем переодеваться. Если вы пройдете за мной, я покажу вам ту токсичную дрянь, с которой мы имеем дело.

Войдя следом за ним в карантинную зону, Чейни почувствовал, как по лицу катятся капли пота.

Внутри палатки Красного Креста на пластиковых подстилках лежали несколько десятков человек. Большинство из них были в купальных костюмах. Все были покрыты черными пятнами, кровью и желчью. Те, кто оставался в сознании, стонали от боли. Работники Красного Креста, одетые в пластиковые плащи, плотные резиновые сапоги и такие же перчатки, уносили мешки с трупами и освобождали место для новоприбывших.

Доктор Джарез покачал головой.

— Это место превратилось в настоящую горячую зону. Большая часть ущерба была нанесена рано утром, прежде чем кто-либо смог понять, насколько контактен и активен токсин в той слизи. С полудня мы закрыли все пляжи на карантин, но первые пять смен добровольцев и врачей заразились, что ухудшило ситуацию в целом. Мы собираем данные для идентификации жертв, потом сжигаем тела, чтобы замедлить распространение инфекции.

Они вошли в огороженный отсек палатки. Симпатичная медсестра-мексиканка в защитном костюме сидела у койки и рукой в резиновой перчатке держала за руку американца средних лет.

Доктор Джарез привел ее в чувство, похлопав по плечу.

— Сестра, кто у нас тут?

— Это мистер Эллис, киноактер из Калифорнии.

— Мистер Эллис, вы меня слышите?

Мистер Эллис лежал на спине, глядя перед собой широко раскрытыми глазами.

Энниса Чейни передернуло. Глазные яблоки пострадавшего были совершенно черными.

Полковник отвел доктора в сторону.

— Каким образом распространяется инфекция?

— Физический контакт либо с «черным прибоем», либо с выделениями уже инфицированного субъекта. Нет оснований предполагать, что вирус передается воздушно-капельным путем.

— Марвин, дай мне, пожалуйста, микрокассетный диктофон и подержи мой шлем. — Полковник взял у Тепермана миниатюрное записывающее устройство и начал диктовать, помогая доктору Джарезу осматривать пациента.

— На большом, указательном и среднем пальцах правой руки пациента следы физического контакта со смолянистой жидкостью. Плоть на всех трех пальцах сожжена до кости. Глазные яблоки неподвижны, кровоточат, полностью почернели. Субъект пребывает в прострации. Сестра, как давно мистер Эллис вступил в контакт с «черным приливом»?

— Я не знаю, сэр. Около двух часов назад.