"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард Страница 155

— Много воды утекло. Я забыл.

— Я Касабян. А ты тот самый Карлос, который делает тамале?

Карлос пялится на Касабяна как человек, который видит своего первого маринованного панка[455] на шоу уродов.

— Ага. Он самый.

— Они потрясающие. Они — это то, что удерживает меня от того, чтобы придушить этого засранца подушкой во сне.

В нормальной ситуации я бы не стал навязывать Касабяна гражданскому, но Карлос ни разу не обычный гражданский. И что такое говорящая голова, когда несколько дней назад у тебя здесь были пытающиеся съесть твоих посетителей мертвецы?

— Старк мне тоже рассказывал о тебе.

— Да? И что он сказал?

— Ну, — говорит Карлос, оглядывая Касабяна, — я думал, ты будешь выше.

— Очень смешно, пивной жокей. У тебя есть здесь настоящая выпивка, или только гавайский пунш и ракушки?

— Думаю, мы найдём немного выпивки. Что предпочитаешь?

— Пиво. Чем дороже, тем лучше. Запиши на его счёт.

Касабян поворачивается ко мне.

— Поставь под меня моё ведёрко. Я уже полгода не выходил из дома, и не собираюсь пить ответственно. Ты трезвый водитель.

Надеюсь, Карлос не возражает, что мы здесь. На данный момент он в изрядной степени мой План А, чтобы не умереть с голоду. И План Б, В и Г тоже. «Макс Оверлоуд» конец, и я не знаю, восстановится ли он когда-нибудь. Я даже думать не хочу, сколько тысяч долларов будет стоить ремонт и пополнение полок. У нас нет ни цента. Страховая компания отказалась от нас после того взрыва в январе. Стражи нет. И каковы шансы, что Люцифер продолжит выплачивать мне стипендию после того, как вернётся домой в Канзас? Я слишком хорошо известен, чтобы грабить винные магазины, и слишком уродлив для мальчика по вызову. Какая сейчас минимальная ставка? Может, Карлос наймёт меня убираться после закрытия.

Приятно видеть «Бамбуковый дом» полным пьяных монстров и сумасшедших гражданских. Возможно, Бриджит всё-таки была права. Возможно, небольшая опасность привлечёт толпы. Этому месту по-прежнему не нужна бархатная верёвка, но я не вижу, чтобы бизнес дал спад на какое-то время. Людям нужно выпить, после того как они пережили апокалипсис. Кстати, об этом.

Я ищу глазами Карлоса, чтобы заказать порцию «Джека», а та уже стоит возле моего локтя. Кто сказал, что он не экстрасенс?

— Как поживает дырка в твоей груди? — Раздаётся голос позади меня.

— У меня появился милый новый шрам. Не знаю, сколько крови Джонни ты нанесла на тот нож, но он оставил след у меня на сердце. Мне может понадобиться врач.

— Мы запасаемся леденцами, — говорит Кэнди.

Они с Аллегрой втискиваются рядом со мной за переполненную барную стойку.

— В следующий раз, когда решишь пырнуть кого-нибудь, чтобы излечить от ужасной болезни, попробуй использовать нож поменьше, — говорю я.

— Я могла бы дать тебе зелье в игле, как Бриджит, но нет, для этого тебе нужно было быть ребёнком.

— Младенцев тебе тоже не стоит колоть. Хоть я и не доктор, я это знаю.

— Мы колем только противных, — говорит Аллегра.

С той ночи, как я вернулся из Хребта Шакала, Аллегра с Кэнди держатся вместе, как Чанг и Энг[456]. С уходом Кински, нам нужен новый худу-врач, который может помогать Таящимся, доставать пули из груди, не вскрывая её, и жонглировать осколками разбитого стекла Господа.

— Как там в учебном лагере?

Аллегра преувеличенно тяжело вздыхает.

— Труднее, чем в художественной школе, но забавнее, чем не давать детям красть из магазина «Лики смерти»[457].

— Она быстро осваивает магический арсенал дока для лечения, — говорит Кэнди. — У меня для этого никогда не хватало мозгов, но она схватывает всё на лету.

— С непонятными вещами помогают книги Эжена. Ты знал, что, когда у некромантов и жрецов вуду аллергия на корень мандрагоры, их яйца могут раздуваться до размера дыни?

— Никогда не хотел этого знать. Скоро ты станешь врачом для звёзд и монстров. Доктор Килдэр[458] с двумя «л».

— Флоренс Фрайтингейл[459], — говорит Аллегра.

Кэнди улыбается.

— Это я ей сказала.

— Мы возвращаемся в клинику. Кэнди собирается показать мне забавные штуки с пиявками, — говорит Аллегра.

— С вами двумя не соскучишься.

Приятно видеть Аллегру полной энтузиазма. И Кэнди с чем-то, что может занять её мысли.

Я поднимаю рюмку.

— За Дока Кински.

Мы чокаемся и выпиваем.

— И Дока Аллегру.

Мы снова пьём.

Кэнди кивает на дверь.

— Нам нужно идти.

— Не давайте пиявкам помыкать собой.

Они выходят, болтая и смеясь. Я никогда раньше не видел двух людей, более воодушевлённых золотистыми жуками и ферментированной козлиной кровью.

— Терпение.

Это Видок.

— Терпение — не лучшее из моих качеств.

— Она не сбегает от тебя. Может, они с Кински и не были любовниками, но она всё ещё любит его. Ей потребуется какое-то время, чтобы пережить его потерю.

— Ага. Он умирает как раз в самое неудобное для большинства из нас время.

Видок похлопывает меня по плечу. Французы они такие.

— Не пей слишком много.

— Остановлюсь, когда смогу выложить рюмками твоё имя.

— Придётся взять имя покороче.

— Придётся забыть, как оно пишется.

Возможно, я неправильно смотрю на всё это. Возможно, мне следует поступить как Аллегра, и найти новую работу. Закрытие магазина может оказаться стуком судьбы в дверь. Мне нужно отправиться на другой конец города и посмотреть, вернулись ли в бизнес скинхеды. Я где-то слышал, что многие скинхеды держатся на плаву за счёт продажи мета. Интересно, сколько у них при себе наличных? Не думаю, что они станут звонить копам, если кто-то придёт и заберёт у них все деньги. Сколько ещё банд и мошенников в Лос-Анджелесе? Есть список Форбс-500 тех из них, у кого больше всех денег? Возможно, я на пороге новой карьеры.

Я вижу направляющееся в мою сторону знакомое лицо. Её сложно было бы не заметить в комнате в двадцать раз больше этой.

— Привет тебе. Последние несколько дней как-то было тебя не видно.

Бриджит кивает, берёт у меня из рук рюмку и допивает.

— Да, мне нужно было побыть какое-то время одной для того, что вы, американцы, больше всего любите. Собраться с мыслями. Стать восставшим — вовсе не то, что я планировала в этой поездке.

— Но ты и не стала. Мы вовремя остановили это.

— Но я чувствовала это. Я чувствовала, как инфекция сжигает меня. Я чувствовала, как умираю, но не по-настоящему.

— Не знаю, сколько раз меня закалывали и застреливали. Это часть моей работы. Риск быть укушенной — часть твоей.

— Конечно. Но есть ещё кое-что.

— И что же именно?

Она поднимает палец, и Карлос приносит пару новых рюмок. Она посылает ему воздушный поцелуй.

— То, как ты оставил Гействальдов, кое-кого расстроило, но я считаю, это было правильно. Если бы я была там, я бы помогла.

— Я знаю.

— Но есть ещё кое-что.

— Это я уже слышал.

— Твою подругу Кэнди ударили ножом. Твой отец мёртв. Саймон мёртв. Люцифер сам чуть не умер.

— Джонни ушёл.

— Кто это?

— Кое-кто, кого я знал совсем недолго. Славный парень. Он был сладкоежкой.

— Съёмки «Несущего свет», конечно, отменили. Слышала, что даже Золотую Стражу распустили.

Я делаю глоток «Джека» и киваю.

— Похоже на то. Я ходил к их складу, чтобы вытащить позвоночник Уэллсу, но он исчез, и там было пусто. На полу не было ни шурупа, ни гвоздя, ни масляных пятен.

— Это то, что я имею в виду под кое-чем ещё.