Единственная для звездных адмиралов - Алиса Линд Страница 14

Но почему-то… не сделал этого.

Он мог бы меня задушить. Выбросить в шлюз. Размазать о стену.

Но вместо этого ударил по металлу, будто хотел сломать не меня, а самого себя.

Значит, что-то его остановил, хотя внутри его колбасило так, что было видно — ещё мгновение, и взрыв…

И что значит «примириться»? С чем?

17. Люк

Я закрываю за собой дверь трюма и застываю в коридоре. Грудь сжимает так, будто по мне проехался грузовой челнок. Внутри пустота. Тёмная, вязкая, выжигающая все светлое, что во мне было.

Рэйн рядом. Взгляд тяжёлый, руки сжаты в кулаки, но эмоций на лице нет. Я знаю, что он чувствует. Но в отличие от меня, он держит себя в руках.

— Разберёмся, — повторяет он, когда я не двигаюсь.

Я хочу сказать, что нет никакого «разберёмся». Моя Люси мертва. Вирус убил её за пару часов.

Ещё сутки назад она, наверное, разговаривала с коллегами. Планировала выходные. Может, собиралась полететь на Сеорин. Или думала, что подарить мне на день рождения.

А теперь её больше нет.

Я разжимаю кулаки, осознавая, что пальцы уже ноют. Внутри расплавленным напалмом жжется горечь. Гнев кислотой разъедает душу.

Шивон причастна.

Она работала на Нексус. Создавала их дерьмо. Создавала это оружие. И хоть она с соплями и слезами твердит, что «не знала», мне плевать. Я знаю одно: если бы не она, моя сестра была бы жива.

— Идём Рэйн, — выдыхаю я. Голос хриплый. — В отсек капитанов.

Рэйн молча кивает, и мы поднимаемся наверх.

Тишина давит.

Я открываю бар, вытаскиваю два бокала и бутылку виски, открываю её без лишних движений. Раньше этот звук — лёгкий «чпук» пробки — означал конец трудного дня. Сейчас он значит только одно: мне нужно хоть что-то, что прожжёт черную пустоту внутри.

Рэйн ничем не выдает своего отношения. Только наблюдает.

— Будешь? — спрашиваю я.

— Да.

Я разливаю. Бокалы звонко сталкиваются.

— За Люси, — чеканю я.

— За Люси, — эхом отвечает Рэйн.

Мы выпиваем. Горячая жидкость обжигает глотку. Боль от этого не притупляется, но во мне прибавляется немного человеческого. Точнее, звериные инстинкты чуть притупляются.

— Она могла не знать, — говорит Рэйн, покручивая бокал в пальцах.

— Ты серьёзно? — я медленно поворачиваю голову, и во мне снова вспыхивает ярость. — Ты слышал её?

— Я слышал, — Рэйн смотрит мне прямо в глаза. — Но это ещё не значит, что она лжёт.

— Да чтоб тебя, Рэйн! — я откидываюсь на спинку кресла, сжимая бокал в руке. — Она создавала этот вирус.

— Не обязательно этот. — Рэйн делает паузу. — Если она говорит правду, она работала над другим проектом.

— Да какая разница⁈ — восклицаю я, резко ставя бокал на стол. — Она работала на Нексус. Подписала с ними контракт. Получала их деньги. Помогала создавать биологическое оружие. Против нашей расы!

Рэйн по-прежему выглядит невозмутимым. Сосредоточенно смотрит на разводы, которые оставляет виски на стенках бокала.

— Ты и сам знаешь, что Нексус не раскрывает сотрудникам всей картины, — Рэйн говорит спокойно, рассудительно. Тошнотворно рассудительно! Он не сдастся в этом споре.

— Значит, она просто наивная идиотка⁈ — рявкаю я.

Рэйн пожимает плечами. Безэмоциональный, как камень!

— Возможно. Но это стоит проверить.

Я сжимаю челюсти. Мне мерзко от его хладнокровия. Рэйн всегда был таким. Рассудительным. Делающим выводы, опираясь на факты, а не на эмоции.

Но, чтоб его, это моя сестра. Это не просто потеря. Это…

Я не знаю, что это. Глухая боль. Чувство, что мир рухнул. Что меня вывернули наизнанку. Что я потерял последнюю часть семьи, которая хоть что-то значила.

Я снова беру бокал с виски.

— Она была младше меня на десять лет, — медленно выговариваю, сжимая стекло в руке. — В детстве мы проводили лето вместе на даче на Сеорине. Она всегда была солнечная. Кудрявая, с веснушками, носилась по двору. Как-то она пыталась ловить светлячков.

Виски обжигает горло, но я не ощущаю тепла.

— Как-то раз она подошла ко мне и сказала: «Если ты такой большой и сильный, почему не поможешь мне поймать светлячка?»

Я криво усмехаюсь. Рэйн молчит. Дает выговориться.

— Я, конечно, посмеялся. Семь лет — уже не пять, но велика разница. Но всё-таки помог. Сложил ладони домиком, и, чёрт подери, один из этих маленьких гадов реально сел мне в руки.

Рэйн смотрит перед собой.

— Люси ахнула. Глаза светились, как звёзды. «Ну ты крутой!» — сказала она тогда.

Я перевожу взгляд на бутылку, смотрю, как изнутри стекает капля виски по гладкому боку.

— А потом она сжала мои пальцы в своих ладошках и сказала: «Спасибо, Люк».

Я закрываю глаза.

— Я спросил: «За что?»

Выдыхаю медленно.

— Она ответила: «Просто так». — Я делаю небольшую паузу, справшяясь с эмоциями. — А теперь её нет.

Я открываю глаза и смотрю на Рэйнa. Только одна деталь — побелевшие пальцы на бокале — выдает шквал у него в душе.

Я встаю и подхожу к иллюминатору. Звёзды, холодные и бесконечные, равнодушно смотрят на меня.

— Рэйн, скажи честно. — Я поворачиваюсь к нему. — Если бы это была твоя сестра… Ты бы не захотел прикончить убийцу?

Он смотрит на меня долго.

— Не знаю, — говорит, наконец.

Ну хотя бы честно. Рэйн патологически честный педант.

Внезапно по каюте капитанов разносится резкий сигнал внутренней связи. Гребанное старье СКП!

— Адмиралы, срочно на мостик! — из динамика раздается строгий, но обеспокоенный голос Вайгира. В нем сквозит напряжение.

Я встречаюсь взглядом с Рэйном. Что-то не так. Мы одновременно направляемся к выходу и поспешно идем на мостик. Вайгир стоит у командного пульта, сцепив руки за спиной.

— Что за срочность? — требовательно спрашивает Рэйн.

— Корабль взят на прицел, адмирал Савирон, — чеканит Вайгир, вытягиваясь по стойке смирно.

— Кем⁈ — рычу я.

Вайгир сжимает губы, потом выводит на экран изображение.

На обзорных мониторах сбоку от нашего корабля движется массивное боевое судно. Пока просто ведет, но сенсоры фиксируют направленные на нас орудия.

— Они выходили на связь? — спрашивает Рэйн.

— Никак нет, адмирал, — выговаривает штурман. — На мой запрос не ответили.

Рэйн медленно выдыхает.

В этот момент индикатор связи на пульте загорается красным. Это значит — входящий сигнал.

Рэйн нажимает кнопку и, опершись руками о пульт, произносит:

— Адмирал космических войск Сеорина Рэйнен Савирон на связи. Кто говорит?

18. Рэйн

На экране перед нами возникает размазанная фигура — связь неважная, помехи искажают изображение, но я сразу понимаю, кто перед нами. Брокки.

Низкие жилистые твари с серой кожей, когтистыми пальцами и грубыми морщинистыми мордами. Их зубастые пасти