Его звали Тони. Книга 12 - Александр Кронос Страница 17

Следом отличился гоблинский сектор. Один мелкий, невероятно юркий ушастик проскользнул под ногами у полиции, зигзагами добежал почти до нашей группы, с диким криком развернулся и сделал селфи на фоне Гоши. После чего с довольным воплем умчал обратно. Всё это заняло секунд семь. Профи.

— Кто разрешил⁈ — взвился Гоша, глядя на удирающего соплеменника. — Я бесплатно не фоткаюсь! Это бизнес-модель, а не контактный зоопарк! Купи фьючерс, сука! А потом фоткай сколько хочешь!

Следующий прорыв вышел самым эпичным. Те самые три дородные тётки, что ломились десять минут назад, снова пошли на таран. На этот раз сколотив вокруг себя ударную группу ещё из пятерых. Пёрли, расшвыривая хилых охранников сумочками. Остановить их смог только боец в тяжёлой броне, который встал на пути, растопырив бронированные руки. Одна ткнула пальцем ему в забрало и заорала что-то про свободу слова. Другая запустила безразмерными труселями, при виде которых у меня на секунду возникло желание свалить.

— Пафосненько, — протянул Гоша. — Вот бы нас так всегда встречали.

Я оглянулся на двери терминала. Закрыты. Тишина. Спрятались, надеясь, что полиция разрулит, а мы тихо уйдём.

Ладно. Раз гора стоит на месте, мы сделаем иначе. Вызовем артиллерию. Они решили использовать нас втёмную? Зря. Камера и толпа — идеальный рычаг. Особенно в Ярославле.

Я сделал несколько шагов. Повернулся к объективу Арины и кивнул девушке. Она тут же сместила угол. Теперь за моей спиной были ограждения, полиция и тысячи орущих людей. Идеальный фон.

— Минуту назад, — начал я, и голос сам лёг в нужный регистр. — Я узнал, что кто-то продавал билеты. На нашу встречу. Без нашего ведома и разрешения.

Я сделал шаг вперёд.

— Нас никто не предупредил. Мы не давали согласия, — вот теперь я чуть повысил тон. — Нами воспользовались, чтобы набить чьи-то карманы.

Арина показала большой палец, что-то тихо добавляя от себя.

— Я хочу знать, кто это санкционировал? Какое должностное лицо дало разрешение? Как такое вообще возможно — устроить шоу в аэропорту? — вот тут вопрос и правда был отличным. Что они с другими рейсами, например сделали? Тупо отменили что ли все. — Я требую объяснений и действий по исправлению ситуации. Если их не последует — с этой проблемой придётся разбираться иначе. Самыми жёсткими методами. Законными, естественно. В полном соответствии с традициями культурных даргов.

Формулировки были простые. Я всё же не юрист и не политик. Но достаточно соображаю, чтобы понимать одну простую вещь — когда ты говоришь, а за спиной у тебя бушующая толпа, это работает сильнее любых иных аргументов

— Вы слышали⁈ — тут же подхватила Арина для стрима. — Это реально не постанова, мы узнали минуту назад! Максимальный репост! Выводим в топы!

Интересно, не стояли ли за всем этим балаганом те самые, которые сейчас вели свою игру с губернатором? Ратковы вполне могли попытаться раскачать ситуацию, чтобы додавить губера. Или просто напомнить о необходимости сотрудничества. Впрочем, версия была такой себе.

— Триста восемьдесят тысяч онлайн на стриме, — довольно вклинися Пикс. — Хештег «ЩенкиНеНаПродажу» в пятёрке трендов. Комменты горят. Кто-то уже строчит обращение к губернатору. Несколько публичных аккаунтов подхватили.

Давление работало. Камера, толпа и охваты — три рычага, которые двигают ситуацию быстрее любого чиновника. На камеру я оставался возмущённым лидером, которого обманули. Внутри — ликовал из-за того, что план сработал.

Толпа, услышав моё обращение, мгновенно сменила репертуар.

— ВО-РЫ! ВО-РЫ! ВО-РЫ! — заскандировала площадь так, что задрожали стёкла в здании аэровокзала.

И вот тогда они не выдержали. Стеклянные двери терминала разъехались. Оттуда, в сопровождении двух хмурых охранников, вышел человек. Лет тридцати наверное. В мятом костюме и потный. В руках какой-то платок, который он комкал с такой яростью, словно душил невидимого хомяка.

Стрелочник. Мелкая рыба. Представитель конторы, которого выпнули наружу тушить пожар. Вернее, сгореть в нём, принеся свою жертву.

Подошёл. Остановился в трёх метрах. Облизнул губы. Оглянулся на камеру Арины — и побледнел ещё сильнее.

— Г-господин Белый… — начал он. Голос дрожал. — Произошло недопонимание. Мы готовы компенсировать… Пятьдесят процентов от сборов…

Серьёзно? Под их окнами бунт, на стриме почти четыреста тысяч зрителей, а он торгуется?

Я даже не стал отвечать. Молча скрестил руки на груди, рассматривая его. А вперёд незамедлительно рванул, почувствовавший запах денег Гоша. За ним — Сорк. И внезапно для меня — обе орчанки.

Стоило видеть лицо этого мужика. Он смотрел на меня как на спасательный круг, который только что уплыл.

Четвёрка прекрасно понимала, что работает на многомиллионную аудиторию. И похоже им это охренеть, как нравилось.

— Полтинник⁈ — Гоша материализовался прямо перед клерком. Голова его едва доставала мужику до пояса, но голос компенсировал разницу с запасом. — Ты нас за шмаглин беспафосных держишь⁈ Ты срубил бабла на НАШЕМ имени! Без спроса! И предлагаешь половину⁈ Ещё б четвертину кинул, жмотяра! Где наша доля⁈ Девяносто пять процентов, или мы отдаём тебя на растерзание вон тем женщинам!

— Н-но позвольте… издержки, аренда… — пискнул клерк, кося взглядом на матрон, которые так и тусовались перед космодесантником. И к слову, уже принялись с интересом рассматривать потенциальную жертву.

Сбоку выплыл Сорк. Смерил взглядом неизвестного.

— Незаконное использование образа в коммерческих целях, — вкрадчиво произнёс он, покачиваясь с пятки на носок. — Статья двести сорок восемь Уложения. Плюс компенсация морального ущерба. Плюс упущенная выгода. И мошенничество в особо крупных. Мужик, тебе б адвоката звать, а не нам полтинник предлагать.

— С-семьдесят… — выдавил мужчина, не обращая внимания на абсурдность обвинений.

Айша громко хмыкнула. Шагнув вперёд, оказалась почти вплотную к нему. Поправила ему перекошенный галстук, заставив вздрогнуть и издать странный звук.

Присланный бюрик попятился и благополучно упёрся спиной в Тогру, от которой только что отступила пара сопровождавших его охранников. Не знаю почему, но свенга предпочла зайти с тыла.

— Знаешь, — с лёгкой грустью протянула она, придерживая его одной рукой, а пальцем второй ведя по его щеке. — Пять лет назад мы резали глотки за меньшее. Щас переговоры ведём. Цени момент. Сто процентов?

— Д-девяносто! — выкрикнул тот, зажмурившись и не решаясь шевельнуться.

— Девяносто девять, — отрезал Гоша. — И мы гарантируем твою безопасность.

Мужик судорожно выдохнул. Огляделся по сторонам. И наконец закивал, напоминая китайского болванчика. Потом достал телефон. Принялся там что-то набивать. Подождал, не обращая внимание на Тогру,