Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца» - Надежда Цыбанова Страница 14

– Для кого был репортаж? – насмешливо поинтересовался Эйнар, вытирая лицо.

– Мама услышала, как ты ругаешься, и захотела узнать, кто же у дочери в гостях, когда законный муж пребывает в следственном изоляторе, – я жадно втянула запах шкворчащего на сковороде мяса. В кастрюльке уже варилась картошка. Все такое вкусное и неполезное. Похоже, мужчина не соврал, и сегодня я умру от вкусового экстаза.

Какое счастье, что теперь мне не надо подстраиваться под вкусовые предпочтения мужа‑зожника.

– Прости, – умильно сложил бровки домиком Эйнар, – масло в глаз выстрелило. Пришлось срочно промывать. А то потом начальство будет подозрительно коситься и проверять, не превысил ли я где полномочия.

– Если примутся ругать, я пожертвую этой бутылкой с маслом, – героически приняла я ответственность за причинение вреда в пределах моей квартиры. – Отнесешь ее в участок и посадишь в КПЗ. А зачем было раздеваться? Маму чуть удар не хватил.

– Ну, я же не знал, что меня транслировать будут, – развел руками майор. – Не хотел футболку намочить. Ну как? Я произвел впечатление на твою родительницу? – он еще и мышцами груди поиграл. Нехороший человек.

– Она сказала – надо брать, – буркнула я, отводя взгляд в сторону.

– Решительная женщина, – развеселился Эйнар. – А по поводу твоего отца?

А после вкусного и сытного ужина мы разбирали фотографии. Правда, при этом я чувствовала себя шариком, но очень довольным шариком. Майору у меня пришлось отбирать тарелку, когда я попыталась наложить добавки в третий раз. Он еще мрачным тоном пошутил, что понимает, почему муж рискнул меня убить. Прокормить такую обжору просто нереально.

Снимок мы нашли под обложкой фотоальбома. На фоне деревянного дома стояла семейная пара очень сурового вида. Мужчина с бородой и женщина в платке. На руках она держала кулек. Предположительно, это и был мой отец. Фото все покрывали трещины и желтизна от времени. На обороте действительно проступали еле видные цифры.

– Я, конечно, могу попробовать обратиться к криминалистам, – задумчиво протянул Эйнар, – только это займет много времени. Ну, или дракона Савина попросишь…

– Есть решение намного проще, – сладко улыбнулась в ответ я. – Ты забыл, кто я по профессии? Я хоть реставрацией мебели в основном занимаюсь, но и умею работать с бумагой. Тем более, здесь не самый запущенный случай. Мне всего‑то нужны мощная лампа с косопадающим светом, хорошая лупа и раствор для стабилизации и проявления чернил. Вот тогда и случится волшебство.

Майор аж вздрогнул всем телом:

– Кажется, у меня появилась фобия. Не говори при мне это непотребное слово. Нам надо ехать в твою фирму?

– Зачем? – я смачно потянулась, предвкушая кропотливую работу. – У меня в квартире три комнаты: зал, спальня и… мастерская. Моя работа не имеет графика. Часто приходится брать ее на дом.

– Да, мне так не подфартило, – криво усмехнулся Эйнар. – Тащить преступников на домашние харчи – не самая лучшая идея.

Мне понадобилось три часа, чтобы восстановить надпись. Майор отказался покидать меня в трудный час и скромно сидел в углу мастерской на стуле, скрестив руки на груди и прислонив голову к стене. Моральная поддержка выражалась в виде еле слышного сопения. Из плюсов – Эйнар не храпел. Из минусов – он заражал меня сонливостью.

Но больше всего удивило не то, как майор спал в неудобной позе, а то, как он спокойно вышел из этого состояния. Вроде только что сопел себе в уголке – и раз, уже в телефоне проверяет координаты. Ведь если я прикорну днем на пару часиков, то по пробуждению буду выглядеть как зомби, которого пожевали другие зомби. И рычать на окружающих я перестану только после дождика в четверг, а Эйнар отвратительно свеж и бодр. Чтобы он ни говорил, точно майор владеет магией. Ну или он – отдельный вид человека.

– Оленинский район, – Эйнар с умным видом уставился на карту в телефоне. Мне, страдающей топографическим кретинизмом, туда лучше даже не заглядывать. – Далековато. На машине часа два с половиной ехать придется.

Я предпочла сосредоточенно кивнуть, внимательно изучая стену. Какие красивые обои, имитирующие штукатурку. Терракотового цвета. Стыдно признаться, но где у нас в области находится Оленинский район, я даже не представляю.

– Завтра с утра только в отдел нужно заехать, – майор решительно хлопнул себя по коленям и встал. – Илья Федорович хоть и подмахнул задним числом протокол и постановление о задержании двух твоих гавриков, но все же нужно бумажки по красоте сделать. Просто так, к сожалению, у нас люди в СИЗО сидеть не имеют права. На них же пайка государством выделяется. Поэтому идем спать. Кстати, у тебя случайно футболки бывшего мужа лишней не найдется? Не хочу завтра на работе с помятым лицом в мятой одежде появляться. Начальство опять начнет о вреде возлияния лекции читать. А слушать их, когда не пил, не очень‑то приятно.

– У меня есть кое‑что получше! – я бросилась к шкафу в спальне. – Я планировала второму крестному подарить, только его дочка меня опередила. А он у нас крупный, так что тебе точно подойдет. Вот! – я со счастливой улыбкой всучила в руки Эйнару запечатанный пакет.

Мужчина подозрительно прищурился. Все‑таки профессиональная чуйка у него хорошая. Или я просто слишком радуюсь в предвкушении.

– Кем работает второй крестный? – майор держал перед собой на вытянутых руках кигуруми в виде единорога. На мужественном лице отчетливо читалось желание выпустить эту шкурку погулять, то есть выкинуть в окно. То ли бирюзовый цвет его смущал, то ли разноцветный рог.

– Он директор торгово‑развлекательного комплекса, – нежным тоном пропела я и невинно похлопала ресницами.

– Видимо, в таком виде он собирался людей завлекать, – Эйнар поднял на меня тяжелый взгляд. – Нормальная одежда в этом доме есть? Человеческая. Я несколько брезгую залезать в шкуру убитого единорога.

– Футболки Дениса будут тебе нещадно жать, – развела я руками. – Еще задохнешься ненароком. Я не хочу объясняться с крестным, что в квартире делает труп его подчиненного. А майки Денис никогда и не носил. Есть рубашки, но они все тебе в плечах будут маловаты.

Я очень старалась не заржать, когда из ванной вышел единорог. Судя по тому, как он прятал в карман телефон, сам же фоткался у зеркала. Ну и я не стала отказывать себе в