Дорога цветов и огня - Екатерина Евгеньевна Алешина Страница 75

Через пятнадцать минут экипаж повернул на нужную нам улицу. Сейчас здесь тянулись к небу голые ветви деревьев и кустарников, но я уже знала, что весенней порой улица станет такой же цветущей и благоухающей, как и любая другая в империи.

Агент по недвижимости и продавец уже ждали нас на подъезде ко двору, вымощенном каменными плитами. Я взглянула на ту часть дома, которая виднелась из-за высокого каменного забора, и, честное слово, я никогда не очаровывалась внешней картинкой, не узнав внутренней сути, но сейчас… Разглядывала крышу из пепельно-коричневой черепицы и песочно-желтые стены, отделанные натуральным камнем, два мезонина в противоположных концах дома и уже точно была уверена, что мне понравится и то, что я увижу внутри.

Много воздуха, света, пространства… Вот первые чувства, посетившие меня, пока нас водили из комнаты в комнату. Цвета в интерьере, в основном, были нежные, пастельные – пудровый, салатовый, кремовый, оливковый, мятный, лавандовый. Высокие светлые потолки с деревянными балками гармонично сочетались с деревянными полами в одних комнатах и натуральной каменной плиткой в других. В спальных комнатах радовала глаз искусная отделка стен под растительный орнамент, а в общих комнатах преобладало потертое резное дерево или необработанный камень.

– В холодное время года полы легко подогреваются от элементалей огня и бытовых заклинаний. Элементали расположены под плитами, – пояснял нам хозяин дома, пока я вертела головой по сторонам, с любопытством рассматривая красивые кованые люстры, высокие окна и красивый вид из окна – сад с каменными тропинками и большой беседкой и море вдали.

Мысленно я уже прикидывала, куда и какую ставить мебель. Делайл же был, напротив, собран и сосредоточен на глобальных бытовых вопросах, уточняя состояние отопительной и водопроводной систем.

От основной части дома тянулся длинный коридор-переход в часть, отведенную для приемов и балов. Чтобы осмотреть весь особняк с прилегающей к нему территорией, ушло больше полутора часов, но я совру, если скажу, что устала. Хотя да, я устала. Устала от нескончаемых тревог, происшествий и бед, от чувства ужаса, от пугающего ожидания неизвестности и понимания, что я, пусть и не одна, а с двумя подругами-соратницами, нахожусь в самом эпицентре этого всего. И в череде переживаний последних месяцев такие вещи, как выбор нашей будущей усадьбы и подготовка к обряду помолвки, – необходимый и долгожданный луч солнца среди мрака и ненастья.

Я отчаянно тянусь к тем вещам, что делают меня счастливей, как будто надеюсь, что ими можно насытиться. Словно знаю, что это счастье будет моим спасительным светом в час беспроглядной тьмы. Я не говорила об этом Делайлу, чтобы не пугать и не заставлять еще больше за меня бояться, но какое-то внутреннее чутье настойчиво шептало мне, что самый темный наш час еще впереди, а то, что сейчас, – лишь его предвестие.

– Ну что, у вас остались еще какие-то вопросы?

Голос агента по недвижимости вывел меня из задумчивости.

– По поводу усадьбы никаких, – ответил ему Делайл.

– Н-нет. Нет вопросов, – пролепетала я, отвлекаясь от невеселых мыслей и возвращаясь в реальность.

– Ну что, берем? – спросил у меня Делайл, глядя с довольной улыбкой.

– Да. Это определенно наш дом, – ответила я без доли лукавства.

– Ну что же, лорд Даркмун, тогда по рукам! – радостно воскликнул лорд Винсант.

– Через три дня документы для вас на эту усадьбу будут готовы, и вы сможете уже переезжать, – сообщил нам агент.

Все вместе мы отправились в ближайшее отделение банка, чтобы оформить передачу денежных средств со счета Делайла на счет теперь уже бывшего владельца особняка. На обратном пути из банка в Академию мы поехали через Торговый бульвар, чтобы подбросить лорда Винсанта к павильону, где он должен был встретиться со знакомым, а мы планировали заехать в салон к леди Арилиш на первую примерку нарядов для помолвки.

Вид белого шелка с красной рунической вышивкой вызвал приятное томление в душе, трепетное ожидание прекрасного.

– Не желаешь по пути в Академию заглянуть на ярмарку сладостей? – предложил мне Делайл.

Я охотно согласилась.

Близилась зима, йольские каникулы, и жители столицы наводнили небольшую площадь, желая прикупить сладостей для подарков и десертных праздничных столов. Мы с Делайлом не спеша петляли между прилавков с причудливыми шоколадными фигурками всех мастей и разноцветными леденцами, фигурными конфетами с разными начинками, медовыми кренделями, фруктами под карамелью на шпажках, нугой разных видов и пряниками. Все это чаще всего покупалось на таких вот ярмарках за несколько недель до Йоля и хранилось до праздников под чарами стазиса.

– Когда тебе было шесть, Вианна принесла пряники с конфетами с ярмарки, а ты начала возмущаться, что все это пропадет до Йоля. И ни в какие чары стазиса не поверила тогда, хахах! Так и сказала мне – ой, не надо мне тут рассказывать, пропадет добро, только фиры на ветер! – вспомнил мой жених и рассмеялся.

– Просто я тогда подумала, что смотреть на эти сладости до самого Йоля мне не хватит терпения, и-и-и… пыталась придумать причину, как бы их съесть пораньше, – призналась я.

Дел изумленно вскинул брови и снова расхохотался.

– Хитрая лисица, вот ты кто! – воскликнул он и боднул меня лбом.

Звонкий крик, полный ужаса, пронзил пространство площади, и на миг буквально вся толпа застыла, оцепенев от неожиданности.

– Что такое? – непонимающе пробормотала женщина около меня.

А потом все произошло слишком быстро. Новые крики огласили площадь. Испуганные, на грани первобытного ужаса. Низкое рычание.

– Что это?

– Мамочки!

– Сумасшедший!

– Боги, что он творит!

Дикий рык снова породил крики. Сотни атакующих магических шаров заполыхали у ладоней. Толпа загудела, заволновалась. Со всех сторон слышались заклинания – атакующие, парализующие. В моем сжатом кулаке засияла магическая огненная плеть. Из толпы вывалился молодой на вид мужчина в распахнутом пальто и запачканном кровью колете. Кто-то направил на его ноги заклинание-парализатор, но его действие оказалось слишком коротким, будто бешенство в крови вместе с разумом выжигало и воздействие магии. Он упал на колени, но тут же неуклюже вскочил и, задрав голову, издал хриплый крик. По площади прокатился слаженный испуганный возглас. Мужчина оглянулся через плечо, и на меня уставились безумные и совершенно бездонные черные до самых склер глаза.

На миг я замерла. Словно на меня из этой бездны чужих глаз смотрела сама первозданная тьма, готовая поглотить. Мужчина снова зарычал и резко дернулся вперед, но удар заклинанием в грудь опрокинул его на землю. Однако, резво вскочив, он снова попытался броситься на кого-то из толпы, с рыком огрызаясь в разные стороны,