Подменыш. Дикая магия - Роджер Желязны Страница 67

– Стало быть, если я поручителя не найду, то так и буду шкандыбать по жизни на своих двоих?

– Ну, если ты хорошо представляешь себе опасности инициации…

– Никак не представляю.

– Главные из них – смерть и безумие. Они регулярно забирают тех, кто оказался недостаточно готов.

– А можно как-то на дополнительные занятия, что ли, походить… чтоб не оказаться недостаточно готовым?

– Это можно будет устроить.

– Тогда запишите меня.

– В таком случае я за тебя поручусь… в обмен на будущие услуги. Всегда хорошо иметь друзей в профессиональной сфере.

В эту ночь сны о Вратах и о странных краях за ними Пола не беспокоили – и ни в одну из последующих, пока партия не прибыла благополучно на празднество.

День шел за днем – однообразно, рутинно, безо всяких событий, так что под конец одно лишь ощущение на себе чужой внешности еще как-то напоминало Полу, что случилось и впрямь нечто необычное. Пейзаж тоже неторопливо менялся: теперь они шли вверх, хотя угол наклона был куда менее крут, чем когда Пол и Мышпер спускались с гор, окружавших Рондоваль.

Сам Белкен представлял собой высоченный черный клыкоподобный пик, изрытый многочисленными дырами и провалами и совершенно лишенный какой бы то ни было растительности. В тот вечер, когда он впервые появился на горизонте, Полу показалось, что гору окружает слабое белесое сияние.

Мышпер утащил его на обочину, где они притворились, будто любуются потрясающей картиной.

– Ты вообще понимаешь, во что собираешься вляпаться? – спросил мага вор.

– Ну, Ибаль вкратце описал мне посвятительные процедуры, – пожал плечами Пол. – И чего примерно ожидать на каждом этапе.

– Я немного не про это, – покачал головой Мышпер.

– А про что тогда?

– В Рондовале тебя пытался прикончить некий колдун, не забыл? Неделю назад является второй и вроде бы предлагает помощь. У меня такое ощущение, что кругом творится что-то магическое… и довольно-таки гадостное. И тут ты лезешь прямым ходом в самое колдовское кубло, да еще собираешься учинить там нечто опасное без нормальной подготовки.

– Но, с другой стороны, – возразил Пол, – это наверняка самое лучшее место, чтобы в принципе понять, что происходит. И, уверен, я смогу найти применение всем новым силам и идеям, которые даст посвящение.

– Ты действительно доверяешь Ибалю?

Пол неопределенно мотнул головой.

– Полагаю, в данный момент у меня просто выхода другого нет. Приходится доверять – до некоторой степени.

– Ну, если только ты прямо сейчас не решишь, что в эти игры больше не играешь.

– Тогда мы откатываемся прямиком назад, туда, откуда начали. Нет уж, спасибо.

– Зато это даст тебе шанс еще раз как следует все обдумать… и, может, выбрать другую стратегию исследований.

– Хотел бы я, чтобы это было так. – Пол тяжело вздохнул. – Но, увы, не могу себе позволить так беспечно разбазаривать время.

Мышпер тоже вздохнул и снова посмотрел на маячащий вдалеке Белкен.

– Эта ваша гора выглядит зловещей, – сокрушено заметил он.

– А вот с этим не могу не согласиться.

Наутро они долго лавировали между холмами и наконец поднялись на невысокий перевал, где партия и остановилась. Плато у восточного подножья горы походило не то на сон, не то на сказку с феями: ослепительная коллекция сливочного цвета башен и золотых шпилей, а вокруг рассыпаны домики, словно целиком вырезанные из гигантских самоцветов. Арки сверкали, уличные мостовые переливались, увенчанные радугами фонтаны вздымались тонкими колоннами.

– Боги! – пробормотал Пол. – Я и представить себе такого не мог!

Ибаль захихикал.

– Что смешного?

– Только раз бываешь в жизни молод, – неопределенно выразился старый колдун. – Но я умолкаю. Пусть тебя ждет сюрприз.

Несколько озадаченный, Пол поехал дальше.

По мере приближения город-сказка слегка подутратил чары. Первыми стушевались радуги и блестки; дальше начали блекнуть краски. Здания заволокло какой-то дымкой, и вся перспектива из-за нее сделалась однообразно серой. Дома словно съежились, уменьшились в размерах, а некоторые шпили и колонны и вовсе куда-то делись: вроде недавно были, и вот уже нет. Глянцевые стены (стеклянные, что ли?) помутнели и… задвигались – теперь по ним пробегала легкая трепещущая рябь.

Дальше пропали фонтаны и арки.

Пол словно смотрел на город в обратный конец подзорной трубы… и к тому же с эффектом кривого зеркала.

Все страньше и страньше!

Когда они расположились на привал – обед-то никто не отменял, – Пол в лоб спросил Ибаля:

– Ладно, я удивился и стал на несколько часов старше. В чем прикол? Что такое сталось с городом?

Ибаль чуть не подавился своим пюре.

– Не-не-не, – выдавил наконец он. – Сперва подожди до ужина. Досмотри спектакль.

Пол так и поступил.

Солнце катилось к западу, тень горы наползала на расплывчатые силуэты домов у подножья. Биение и колебание картинки прекратились, и стены даже начали обретать обратно свой былой лоск.

Пол с Мышпером внимательно наблюдали за превращениями.

Тени удлинялись, и параллельно с ними город рос – сначала медленно, но тем быстрее, чем ближе подступала ночь. Дымка тоже таяла, и вскоре сквозь нее проступили очертания самых высоких зданий.

Подъехав еще ближе, путники различили и фонтаны. Потом на твердеющие на глазах плоскости зданий вернулись краски. Башни, колонны, арки и прочие украшения тоже теперь выглядели гораздо увереннее.

Когда караван остановился на ужин, город уже почти обрел свое утреннее величие. Они сидели, ели и наблюдали, как над пейзажем тают остатки тумана.

– Ну, что, догадался? – полюбопытствовал Ибаль, черпая ложкой подозрительно темный бульон.

– В разное время объект выглядит по-разному, – глубокомысленно поделился Пол. – Значит, он не то, чем кажется, и тут задействованы некие чары. Понятия не имею, что там на самом деле творится… и почему оно все время меняется.

– На самом деле там горстка пещер, палаток и хижин, – объяснил Ибаль. – Каждый раз разные практики несут ответственность за приведение места в порядок к празднику – очередность определяет жребий. Обычно они посылают вперед себя учеников и слуг, которые чистят и ремонтируют строения, ставят шатры, обустраивают удобства. Далее студенты, как правило, соревнуются, пытаясь чарами придать тому, что получилось, максимально приятный облик. Способности у них, однако, варьируются, а поскольку все это барахло – дело сугубо временное, первоклассные заклинания в ход идут редко. Вот и получается, что там все такое красивое только от заката до восхода, а с наступлением дня начинает потихоньку разваливаться. Иллюзия слабее всего в полдень – тогда можно разглядеть, что в действительности за нею стоит.

– А ваши чары интерьеры тоже поддерживают? Или только то, что снаружи?

– Еще как поддерживают, Дикарь! Скоро сам увидишь.

А пока они болтали, город снова засиял