Дитя минувшего - Кристина Веда Страница 64

– Миша. Не вздумай!

– Что не вздумай? – рыкнула я, вперив взгляд в ворона. – Ты обманул меня, сказал, что отец поможет. А сам просто хотел привести к нему и сложить ответственность!

– Это не так…

– Ты предал меня, Касим.

Эти слова больно резанули по Хранителю и глаза его заблестели под жаром свечей.

– Миша…

– Но сейчас у тебя есть выбор, – не останавливалась я. – Помоги мне выбраться отсюда и спасти дедушку. Тогда я прощу тебя. Только помоги мне.

Под колокола, точно загробный звон, Касим молчал. Он еле заметно посмотрел в бок и понурил голову. Перья его потеряли цвет.

– Я не могу.

Жар пульсировал по моим венам, и вместо Хранителя я увидела предателя.

Молча, я прошла по лестнице. Касим кричал за спиной, царапая когтями поручни и взбираясь за мной:

– Пророчество никогда не сбудется, если ты останешься в Нави. Понимаешь, ты смоешь выжить и ни один бог тебя не тронет. Да послушай же ты, Миша!

Касим вырвался вперед и мы потонули во тьме второго этажа. Лишь свет маленькой свечи под потолком вырывал наши лица из тени.

– Я не хранитель, Миша. Я вестник смерти, а потому молю тебя остаться здесь, в Нави. Если ты покинешь ее, то единственную весть, которую я смогу принести твоему отцу, это весть о смерти. Я не вынесу этого, Миша, – голос его заскрипел, точно старые ворота, – умоляю, останься в Нави.

Шаг.

Назад.

Я молча развернулась и оставила ворона за спиной.

Дверь от моей комнаты плыла где-то впереди. Я едва держалась на ногах, когда вломилась внутрь, захлопнув за собой дверь и рухнула к ней спиной. Волосы взметнулись, точно змеи.

– Миша…

Марк подскочил ко мне, схватив за локоть. Его глаза метались, голос звучал глухо, откуда-то из-под воды:

– Ты в порядке?

– Что…

Двоилось, троилось. А его прикосновения жгли кожу, как будто я нырнула в ледяной прорубь и вода рвала меня множеством игл.

– Что ты здесь делаешь? – прохрипела я, озираясь. На секунду испугалась, что зашла не в свою комнату, но нет, это была она.

Марк что-то вспомнив подошел ближе и заговорил быстро, подбирая слова. А может боялся передумать:

– Я не знаю, что, между нами, но ты заслуживаешь правды.

Я прикрыла глаза, в раздражении вспоминая наш поцелуй, на который Марк не ответил и окаменел, испугавшись моего напора. Мне захотелось заорать от унижения, но я проглотила крик.

– Я знаю, что по пророчеству ты можешь принести разрушение этому миру, но мне очень нужны твои силы. Я не могу больше скрывать и хочу признаться.

– Не стоит, – подняла руку и заглянула в тревожно бурлящие глаза. – Я не хочу сейчас слышать признания в отсутствии чувств. Я не могу позволить себе жить дальше, пока мой дедушка где-то между Явью и Навью! Не имею права, понимаешь?

Марк замялся. Сначала непонимающе, в смятении, а затем до него дошел смысл моих слов. Он хотел возмутиться, но остановил себя. Глаза его потемнели, и он отошел, сложив руки на груди.

– Что ты хочешь? – спросил он холодно, будто заставил себя.

Я перешла на шёпот, всё ещё подпирая дверь, ведь она могла спасти нас от Коляды.

– Помоги мне бежать из Нави.

– А Касим?

– Он не хочет, – уязвленно сказала я и вскинула подбородок, – ты поможешь или нет?

Марк лишь хмыкнул, и знакомая сталь скользнула в его движениях. Он оглядел комнату, точно впервые её увидел. Что-то искал, но в итоге его взгляд сосредоточился на мне. Он молча прошел вперед и поднял руку к моей щеке.

Я задержала дыхание. Прикрыла глаза и замерла. Но прикосновений не было. Лишь мои волосы рассыпались по спине.

– Я возьму это.

В руках Марка блеснула стальная шпилька, увенчанная луной.

Он действовал быстро, молча. Проткнул еще незажившую рану на ладони острым краем луны, затем взял мою руку.

– Будет больно.

И с этими словами он резанул мою ладонь. Острая боль вспыхнула пульсацией и кровь выступила на бледной коже.

Я вздрогнула, но не отпрянула. Просто приняла боль, как часть себя. Марк делал всё так четко, точно не в первый раз, он был уверен в результате. А я не знала, как сбежать из Нави и потому молча подчинилась.

Его ладонь накрыла мою. Пальцы переплелись и по ним скатилась кровь. Смешалась. Полилась с кончиков пальцев на красный ковер.

– Как только наши тени спустятся вниз, нам нужно будет бежать через окно, – предупредил он и потянул к свече, что стояла у куска слюды, служившего зеркалом.

Поднес над свечой ладони и кровь зашипела в огне, испарилась черным дымом.

Рука Марка задымилась. Тьма быстро окутала всё тело и перешла на мою руку, холодными когтями скользнула под платье. Воздух вокруг заискрился и две тени отделились от наших тел. Дымчатые, они всё больше обретали плоть и вот уже я встретилась взглядом с холодной, отстраненной собой. Рука её была переплетена с рукой бледного Марка.

– Отвлекайте гостей, запутайте их и дайте нам время сбежать.

Наши оболочки молча переглянулись и поплыли к дверям, точно палачи, готовые отсрочить нашу смерть. Я удивленно смотрела на их спины и то, как они скрылись в коридоре, все также держась за руки.

Марк вдруг выпустил мою руку и встряхнул, чтобы я очнулась:

– Теперь меч, Миша. Помнишь, тот на стене? Ты должна его забрать.

– Я?

– Он в доме твоего отца, мне он не подчинится. Иди и забери его, чтобы мы вышли из Нави, поняла?

Я закивала и развернулась, всё ещё осознавая то, что сотворил Марк. Когда он этому научился? Когда он продумал план побега? Неужели еще тогда, когда узнал, что его отца нет в Нави?

Но думать было некогда. Сильные руки подтолкнули меня к коридору, и я выбежала во тьму. Совсем близко, на стене у лестницы сверкал меч Кладенец.

Под звуки, что отдаленно лились и заводили духов в танце, я прошла к стене на цыпочках. Сняла тяжелый меч и замерла. Ничего не случилось. Ни снопы искр, ни сильный ветер, ничего не сбило меня с ног и рукоять меча мягко легла в ладонь.

Я выглянула с лестницы, заметив себя и Марка, что закружились в танце, быстро, чувственно. Свет и тьма блистали в наших телах.

Но я больше ничего не ощущала. Эмоций было так много, что сердце замерло в груди и все чувства пропали.

Под колокол я вновь спряталась и поспешила с мечом обратно в комнату. Прижала его к груди как родного