Дитя минувшего - Кристина Веда Страница 60

Его глубокие, пронзительные глаза, цвета темной зимней ночи, засветились при виде меня как утренний рассвет.

– Хозяин, я вернулся.

Я посмотрела на Касима, затем на мужчину и непонимающе протянула:

– Хозяин?

Мужчина распростер руки, но ближе не подошел. Голос его весенней трелью разнесся по округе:

– Мой верный вестник. Я ждал тебя. Подними свою голову и расскажи, с чем ты появился, спустя пятнадцать лет. Какую весть принес на своем хвосте.

Глаза мужчины остановились на мне и мир замер. Я вдруг оказалась благодарна тому, что упала на землю, иначе моя догадка вновь сбила бы меня с ног.

– Коляда? – спросила я и на губах мужчины появилась озорная улыбка.

– Уж не привел ли ты в Навь мою дочь, а Касим?

– Так и есть, – прошептал ворон и выпрямился. Он прыгнул ближе к Коляде. – Прости, хозяин, я не должен был красть ее. Но моя верность тебе нерушима, а потому я берег твое дитя всеми силами, хоть и не должно было так мне поступать без твоего дозволения. В Нави было опасно, ваш дом горел, и я не нашел ничего лучше, чем улететь на север, где мороз скрыл запах божественной крови.

Я удивленно посмотрела на своего Хранителя. За что он извинялся? Разве не по просьбе Коляды, он охранял меня все это время?

Меня вдруг потянули за руку наверх, и я поднялась на ноги. Марк незаметно отряхнул мою спину и выпрямился рядом, привлек внимание Коляды.

– Отпрыска Морока ты тоже хранил, как зеницу ока?

– Нет, хозяин, – всполошился Касим, – это Марк, он помог нам добраться до твоих владений. Он разыскивает своего отца.

– Вот как, – протянул Коляда и тяжесть на мгновение скривила его лицо, – тем горче мне сообщать, что Навь пуста, как никогда. Других богов, кроме меня, вы сейчас не найдете. Но и я приму вас с теплом, особенно свою дочь.

Странное тепло разлилось по телу. Присутствие Коляды будоражило, дурманило голову, и я зачем-то ляпнула, не заметив печаль Марка:

– Меня зовут Миша.

– Пусть будет так, Миша. Прошу за мной.

И мы прошли за Колядой. Я ждала, что Касим по обычаю взлетит на моё плечо, но тот вспорхнул и полетел над своим хозяином. Настоящим, не то что я.

Марк шел рядом и казалось, даже не удивился, что его отец покинул Навь.

– Ты не расстроился? – спросила я, следуя за Колядой. Плечо Марка касалось моего.

– Я ожидал, что все будет не просто. Потому знаю, где может прятаться отец, если его нет в Нави.

Навь казалась не такой приветливой, пока мы передвигались сквозь бесконечный туман и выжженные, иссохшие земли. Но чем дальше мы приближались к владениям Коляды, тем больше жизнь касалась земли. То тут, то там зеленела трава, проглядывала из туманного ковра и переговаривалась меж собой.

Касим сделал небольшой круг и всё-таки вернулся к нам, но почему-то приземлился не на плечо, а на землю. Мелкими, но юркими прыжками двигался даже быстрее нас с Марком.

– Всё это время ты мог и сам идти? – ахнула я, но губы не сдержали улыбки. – Чего же ты всю дорогу сидел на моём плече?

Касим поднял недовольный клювик. Он будто хотел шикнуть на меня, но присутствие Коляды его останавливало. Пока бог шёл впереди, Касим вел себя сдержанно и даже виновато. Но не передо мной. Он ощущал вину перед своим хозяином. Но за что?

Странное чувство грызло меня изнутри. Я никогда не была хозяйкой Касима, воспринимала его как своего Хранителя и даже друга. Но его верность Коляде обрывала нашу связь, будто он был вынужден за мной следить и сейчас, приведя в Навь, мог забыть про меня.

Своим вопросом Марк вывел меня из раздумий:

– Ты знаешь, куда мы идем?

Касим кивнул, черным попрыгунчиком сопровождая нас.

– Мы идем во владения Хозяева, в его чертоги.

И точно в подтверждение перед нами вырос зеленый, живой забор. За ним виднелся высокий терем со сводчатой крышей и резным коньком на верхушке.

Терем был воплощением праздничного духа и вечного возрождения. Бревна, из которых он был сложен, еще пахли смолой и светились юностью, точно их только срубили. Стены были украшены яркими голубыми узорами, будто свет звезд застыл на дереве витиеватым узором.

Не смотря на всю свежесть, точно терем построили в разгар лета и из бревен еще текла смола, задорно поблескивая, крыша терема была покрыта толстым покровом снега, что заледенел хрустящей коркой и отказывался таять. Сами времена года поселились в этом тереме и делили меж собой его комнаты.

С раскрытым ртом я прошла за Колядой в раскинувшийся перед теремом сад вечнозеленых растений. Запах хвои точно свежий воздух вернул мне силы и чувство жизни. Смрад отступил.

Налитые жизнью ветви зашевелились, проснулись и склонились к плодородной земле.

– Природа приветствует тебя, дочь моя, – с гордость в звонком голосе произнес Коляда, но не обернулся.

Ели обступили тропу, точно желая посмотреть на дочь бога времени, и мне стало не уютно.

– Что ты делаешь? – прошептал Касим, а я замерла в низком поклоне.

– Эм, так, кланяюсь.

– Прекрати, им достаточно кивка головы… – голос Касима замер, а затем сорвался куда-то в бок. – Да вы сговорились что ли?!

Я посмотрела в бок и заметила Марка. Он опустился на одно колено и низко склонил голову перед невысокой елью. Его черные волосы спадали на озадаченное лицо.

– Хватит кланяться деревьям!

Марк нехотя поднялся и будто обиженно прошептал:

– Мише та елка поклонилась, а от меня все отвернулись и ветви вверх задрали. Я хотел их задобрить.

– Тебя это задело? – понимающе спросила я.

– Это чертоги Коляды, конечно природа принимает его дочь. Вот придем ко владениям Морока, вся тина и смрад перед тобой склонится.

– Тина?

– Смрад?

Эхом разнеслись наши голоса.

Я сморщила носик, невольно покосившись на Марка. Эта информация его особо не порадовала.

– У моего отца, что, болото?

– Или кладбище, – протянула я, представив, как лягушки почтенно склонили свои головы, встав рядом с белыми надгробиями.

– Вы не исправимы, – недовольно заключил Касим и двинулся дальше.

Я хотела поддержать Марка, представить его елкам и другим растениям, но Коляда испытующе наблюдал за нами и ожидал у широкой, резной двери.

Мы прошли по тропинке и поднялись по ступеням. Я боялась смотреть в лицо отца, поэтому склонила голову, ожидая чего-то.

Он раскрыл двери и пропустил в избу.

– Прошу вас, будьте моими гостями.

И мы с