Дорога цветов и огня - Екатерина Евгеньевна Алешина Страница 56

Глава 13. Предвестие скорби

Делайл

Низкий утробный рык и звонкие крики. Крепкая ругань. И все это слышалось оттуда, где минуту назад звучала музыка и смех. Чутье подсказывало мне, что произошло что-то страшное и непоправимое. Рядом со мной, держа меня за руку, бежала Марьяна.

– Что? Латиара? – испуганно воскликнула моя нитар. – Латиара впала в бешенство! Девочки передали мне по нашему каналу связи. Бежим!

Я не успел ничего сказать, как Марьяна отпустила мою руку и резко остановилась.

– Они призывают силу Триумвирата, – тихо промолвила она, и ногти на ее руках почернели, удлинились, а за спиной распустились радужные переливчатые крылья.

Я так и не понял толком, что произошло сейчас, что случилось с Латиарой и что сейчас творится в зале, но на ходу активировал заклинание огненных сфер, держа их в ладонях.

Мы ворвались в зал, и в нос мне ударил густой запах крови. Ее багровые следы виднелись на полу и стенах. Вокруг творился неописуемый хаос – кто-то в панике убегал, кто-то с ужасом жался к стене, на небольшой площадке для оркестра не осталось музыкантов, лишь разруха из поваленных и поломанных музыкальных инструментов. И среди этой разрухи уворачивалась от заклинаний Латиара, не давая себя поймать. В изодранном платье, обагренном кровью, и с растрепанными волосами она едва ли походила на саму себя каких-то полчаса назад. Ее пытались усмирить несколько мужчин, среди которых были Мариус с Эриком. Рядом находились Эмилия и Герда, но пока они лишь держали наготове атакующие заклинания. Они разом обернулись к Мари.

– У нее почернели глаза! Совсем как в твоем видении! – потрясенно воскликнула Эмилия.

– Латиара в один миг словно обезумела, – добавила Герда, растерянно глядя на свою давнюю приятельницу.

Я и сам был поражен произошедшим, ведь еще полчаса назад видел леди Дэнвер, обмолвился с ней парой фраз по работе, и ничего по ее внешнему виду и поведению не предвещало внезапного сумасшествия.

– Откуда кровь? – спросил я у Эмилии.

– Она вцепилась зубами в шею магистру Лийсаррану, прокусила ему руку, а потом бросилась на профессора Мариланни. Эрик попытался ее отвлечь, и только тогда Латиара оставила профессора, – поведала девушка.

Серебристые светящиеся путы метнулись к обезумевшей Латиаре, обвивая ее туловище. Она в ответ лишь шипела, как рассерженная кошка, и рычала. Окровавленный рот искривился в жутком хищном оскале, а из черных склер глаз, казалось, смотрела сама тьма.

– Лати, да что же с тобой случилось! – воскликнул кто-то из наших женщин-коллег.

Девушка замерла и резко обернулась на голос. Глаза, полные тьмы и безумства, шарили по испуганной толпе. В них не осталось ни проблеска разума. Только дикий голод и безумие.

– Боги милостивые, что могло случиться с ней за эти полчаса? – воскликнула Марьяна и посмотрела на меня совершенно растерянным взглядом.

Я не успел ей ответить. Латиара, опутанная наколдованными веревками, попыталась сделать шаг, но упала. К ней тут же метнулись мужчины.

– Мне необходима ее кровь для анализа. Необходимо срочно выяснить, нет ли вируса или инфекции, – заявил Мариус. – Принесите мне шприц из медпункта Академии.

– Минутку, генерал-майор, – пролепетал наш медработник и выбежал из зала.

Мариус подошел к Латиаре. Она продолжала рычать, извиваться, пытаясь встать. Эмилия тут же оказалась рядом с мужем.

– Я прошу тебя, будь осторожен, – промолвила она, опасливо косясь на леди Дэнвер.

– Все хорошо, Эми, я контролирую ситуацию, – успокоил ее супруг.

Мариус положил руку на лоб Латиары, шепнул заклинание, и девушка перестала извиваться, затихла, а затем ее глаза закрылись. Потусторонняя темнота скрылась за смеженными веками.

– Что это было вообще? – задался я вслух вопросом.

Все, кто был рядом, пожали плечами.

– Мне предстоит выяснить в госпитале, с чем мы столкнулись, – пояснил Мариус. – А заодно понять, обратимо ли это. Возможно, это какая-то редкая магическая зараза.

При мысли, что Латиара может остаться безумной, мне стало не по себе. Такой участи я не пожелал бы никому.

– Экипажи жандармерии приехали, – испуганно промолвил кто-то из адептов.

– А вон, кажется, и госпитальный экипаж, – заметила Герда.

– Значит так. Леди Дэнвер и все, кто сейчас пострадал, даже если это всего лишь царапина, отправляются в столичный госпиталь, – громко объявил Мариус.

Марьяна обменялась с подругами подавленными взглядами. Я подошел к ней и взял за руку.

– Так вот о чем предупреждало меня то видение, – прошептала Марьяна. – А я даже представить не могла, что может случиться… Что же это такое, Мариус? – обратилась она к супругу подруги.

– Пока не увижу результат анализа ее крови и не проведу необходимые исследования, мне сложно о чем-либо говорить, – ответил он.

– А где профессор Мариланни и магистр Лийсарран? – спросила Марьяна.

– Их увели сразу после нападения, – ответил Эрик.

– Делайл, я попрошу тебя проследить, чтобы раненых преподавателей отвели к медицинскому экипажу, – обратился ко мне Мариус.

– Не стоит, мы сами в состоянии до него дойти. Я оказал себе и леди Мариланни первую помощь, – услышали мы голос нашего ректора, который направлялся к нам вместе с профессором.

Его раны уже не кровоточили и постепенно затягивались. Укус на руке профессора уже порозовел. Леди Мариланни с недоумением и заторможенно покосилась на лежащую Латиару, будто до сих пор не могла поверить в то, что здесь случилось. Магистр ускорил шаг и, приблизившись к своей связанной нитар, присел на колени около нее. С невысказанной горечью в глазах он окинул Латиару взглядом и осторожно убрал прилипшую к лицу окровавленную прядь.

При виде этой картины я ощутил всепоглощающую жалость. В груди всколыхнулось свинцово-тягостное чувство. Что теперь будет с этой милой, улыбчивой эльфийкой?

– Неужели не найдется способа исцелить ее? Латиара всегда такая отзывчивая, добрая, и советом поможет, и слова ободряющие в нужный момент найдет, – промолвила Марьяна, нервно теребя рыжий локон.

– Что же случилось с тобой, Лати? Как я мог не заметить неладное? – тихо сокрушался Иденхард.

– А какие-то признаки были? – спросил у него Мариус.

– Совершенно ничто не предвещало! – сокрушенно промолвил наш ректор. – Латиара вела себя как обычно, смеялась, шутила, танцевала. Она обожает балы. Все шло замечательно, а потом она вдруг стала жаловаться, что ей тяжело дышать и в глазах темнеет. Мы только и успели отойти в сторону от танцующих, и тут ее глаза потемнели, и она… словно…озверела…

На миг повисла напряженная тишина. Произошедшее будто оглушило всех и вышибло почву из-под ног. Как такое могло случиться? Медбрат нашей Академии принес снотворную сыворотку, и Мариус ввел ее Латиаре в вену, чтобы предотвратить повторные приступы при перевозке девушки в госпиталь.

В зал вошли офицеры жандармерии, и