Люди и драконы - Елена Владимировна Крыжановская Страница 22

Глава 8

Атаман пиратов

.

история двадцать вторая, о том, как Благородный Дик решил стать атаманом пиратов

Открыв для себя морскую стихию, Благородный Дик не однажды сталкивался с работорговцами и пиратами. Уважая красоту и величие необъятного царства соленой волны, Дик приходил в ярость, видя, что кто-то способен использовать эти просторы для таких низких целей, как лишать других людей свободы или преграждать им путь. Он уже привык, что на твердой земле, будь то лес, горы или равнина, шагу ступить некуда, чтобы не столкнуться с тем, кому твоя дорога идет поперек кровных интересов. Но в море…

Первая встреча с людьми, бороздящими морские просторы ради грязных дел, произошла, когда Дик высадился на Юго-Восточном берегу. Не рискуя бродить в этом опасном краю открыто, он зашел в портовую таверну. Маленькая хибара под зеленой крышей не слишком напоминала укрепленные каменные трактиры-замки или веселые бревенчатые трактиры, словно созданные лишь для песен и танцев. Мрачный ящик, как попало сколоченный и брошенный на берегу, словно потерянный груз. Если бы не кривые буквы «таверна ШТУРВАЛ» Дик никогда бы не догадался, что это заведение, где всегда ждут гостей.

Внутри над дверью висел небольшой морской колокол, на стене за стойкой блестело позолотой рулевое колесо небольшого корабля. Нельзя усомниться, что этот темный притон находится под крылом Братства Дороги. Не объявив о своем приходе ударом в колокол, как принято, Дик боком сразу проскользнул к стойке.

Хозяин — молодой, длинный, сгорбленно опирающийся на стойку, словно усталый старик, заметил Дика уже только рядом со своим локтем. Красноречиво проследил взглядом расстояние от сигнального колокола до нового посетителя и понимающе усмехнулся. Угадал, что мальчишка не рискнул привлекать к себе внимания посетителей, пока сам хорошенько не рассмотрит сидящих в зале. Посетителей не больше дюжины: большая компания за дальним столиком у стены играла во что-то азартное, и несколько колоритно одетых пожилых личностей прятались по углам, потягивая из высоких кружек напитки. Скорее, горячительные, чем прохладительные, несмотря на жару.

Унылое лицо хозяина с длинным носом, похожим на грушу, показалось Дику подозрительным. Но когда тот заговорил, странный пестрый тюрбан и большая серьга-полумесяц в ухе перестали казаться чужими.

— Что будет пить господин рыцарь?

— Что-нибудь некрепкое. Местное.

— Приезжий? Меньше часа в порту?

— По чему это видно?

— Ты улыбаешься, когда говоришь о местной экзотике, — хозяин таверны в свою очередь улыбнулся. Дик понял разницу. — Попробуй Юго-Восточный коктейль. Это вроде брута, но ты ведь считаешься совершеннолетним? Или ты любишь сладкое? Тогда — сок туро-манго со льдом.

— Первое, — ответил Дик.

Хозяин вместо глиняной высокой кружки взял синий бокал. Налил туда одновременно, с двух рук, красную густую жидкость и белую — явно жгучую, вроде дубового сока. Небрежно крутанул в бокале ножом, перемешивая, и украсил напиток странной широкой травинкой, которая торчала над краем, как острый клинок. Пояснил, что эту траву жуют в перерывах между глотками, для лучшего вкуса.

Дик осторожно попробовал напиток. Спирта в нем оказалось не много и, конечно, не дубовый, а пальмовый. Но горло и язык обожгло солью. Казалось, что он выпил крови, смешанной с морской водой.

По лицу хозяина ясно, что именно так и задумано. Трава оказалась сладкой и хрустела, источая медовый сок. Со второго глотка удалось разобрать обычный освежающий вкус томатного сока с пряной зеленью и жареным орехом, который растет на пальме-на́ри. Его размолотые перебродившие зерна составляли основу брута — популярного во всех портах соленого напитка, вроде пенистого чая. Хрустящая трава оказалась пластинкой сахарного тростника. Когда язык и нёбо привыкли, и соль уже не казалась такой жгучей, хотелось пить ещё и ещё, но утолить жажду Юго-Восточным коктейлем, в отличие от брута, не удавалось.

Хозяин отрицательно качнул головой на просьбу повторить заказ и подал гостю прохладную глиняную кружку.

— А что это? — Дик выпил до дна и жадно облизал губы.

— Вода.

— Ясно, но с чем?

— Чистая вода.

— Никогда не думал, что она бывает такой вкусной! Это местный родник? Колодец?

— Обычная. До Юго-Восточного притока реки довольно далеко, но в лесу за городом небольшой ручеек. Привозим в бочках. Продаем запасы на корабли. Это та же вода, что и всюду, речная.

— Сколько с меня?

— Тринадцать. Для дураков, дюжина за коктейль и грош за воду. Для умных — наоборот, — хозяин пристально смотрел на Дика, пока тот не отвел глаза и не начал отсчитывать деньги.

— Ясно, — хмуро ответил Дик. — Наслышан о местных обычаях. Но не могу сбежать, так всё и бросив, как ты советуешь.

— А что ты можешь изменить, если останешься?

— Пока не знаю. Посмотрю.

Хозяин пожал плечами: «Смотри». Спросил, желает ли господин рыцарь что-нибудь из еды? Дик заказал разные фрукты, которые не растут на Юге, а только здесь, на Юго-Восточном полуострове.

— За счет заведения, — хозяин таверны добавил на тарелку круглую пышную лепешку солнечного цвета, густо усыпанную коричневым песком, как лицо — веснушками. — Желтая мука и тростниковый сахар относятся к местным обычаям. И, пожалуй, это немногие приятные вещи, которые есть только здесь. Спорим, ты не успеешь ее доесть, как пожалеешь, что высадился на этом берегу?

— Какой заклад? — с готовностью протянул руку Дик.

— Никакого. Если выиграю, ты вряд ли успеешь отдать долг. Все, как правило, куда-то срываются и бегут, позабыв всё на свете.

— Тогда возьми деньги вперед, — Дик бросил на стойку серебряную монетку в десять грошей. — Кто эти люди? — спросил он через некоторое время, жуя сочные кисло-сладкие фрукты с мелкими косточками и рассматривая компанию играющих в кости моряков.

Четверо из девяти, молодые крепкие ребята с сине-белыми поперечными полосами на нижней сорочке. Но чувствовали они себя не в своей тарелке. Беспокойно переглядывались, как бы ища пути к отступлению. Пятеро других, разной комплекции и возраста, но с одинаковым жестоким прищуром хищника, чующего близкую добычу. Они тоже переглядывались, но заговорщицки, подавая друг другу знаки. Кости они метали н — ебрежно, неотрывно глядя в глаза противнику. И только потом мельком сверялись с выпавшей комбинацией точек. Эта игра называлась «созвездие». Бросали четыре кубика, все точки на которых соединялись тонкими синими линиями, как на звездной карте, и очки присуждались далеко не