М. Хмелинина - Дети Понедельника Страница 42

- Да вы офонарели все! - взорвался Шеллерман. - Это же крокодил! Если я не ошибаюсь, в России водятся белые медведи, а крокодилов нет! Это что, по-вашему, естественно - крокодил в лесу?!

- Да у нас в бункере что угодно будет естественно! - фыркнул Олесь. - Черти есть, многоножки тоже, плесень, мухоморы всякие, почему бы и крокодилам не завестись? К тому же, крокодил - это ведь не мышь, а намного более впечатляюще!

- И вообще, зря, что ли, мы с ним возились?! - возмущенно добавил Марик, нервно поправляя бинты на пальцах. - Нам в зоомагазине его в бумажный пакет засунули! А мы, как дураки, взяли! А он, гад, прожрал бумагу и вылез!

- И хорошо, что мы уже в бункере были! - добавил Олесь, потирая забинтованную щиколотку. - Если бы в автобусе, не знаю, что бы с нами было!

- С нами - то же, что и сейчас! - уточнил Денек, демонстрируя исцарапанные ладони. - А вот окружающие точно не порадовались бы!

- Да мы и не радовались! - устало вздохнула Лина, возведя глаза к потолку и очень похоже копируя выражение лица кающейся Марии Магдалины.

- Мы за ним по всему бункеру гонялись! - доложил Владя, пряча под стол ноги в искусанных ботинках. - Шустрый, зараза, как… как зараза! А потом морду ему скотчем заматывали, чуть не рехнулись!

- Угу, - согласно кивнул Денек. - Он нас всех перекусал, хвостом синяков наставил, царапался хуже кошки. Я его обратно не понесу!

- Ладно, - профессор раздраженно махнул рукой, - сунем ей крокодила! И пусть делает с ним, что хочет! Всё, все свободны!

- Ой, что-то у меня предчувствие нехорошее, - почти неслышно пробормотала Майя, выходя из кладовой. - Что-то будет, вот увидите!

- Не каркай, Майка, хуже уже не будет! - утешила ее Лина, выбираясь следом под руку с Олесем.

- Вот этим и отличается оптимист от пессимиста: пессимист говорит, что хуже уже не будет, а оптимист утверждает: "Будет, будет!" - Олесь, как и Майя, любил пошутить.

- Вот-вот, - вздохнула Лина. - Пойдемте, что ли?

- Пошли! Поживем - увидим!

- Доживем - узнаем! - эхом откликнулся Марик, вышедший следом.

- Выживем - учтем! - заговорщицки переглянувшись, хором заключили девчонки, и компания потянулась к полутемной лестнице, ведущей наверх.

Как назло, подложить зубастое зеленое чудовище в сумку Леопёрдовне на следующий день не удалось: заместитель директора по воспитательной работе решила, что нужно брать воспитание студентов в свои цепкие руки, умотала с ними на экскурсию в заполярный круг, но обещала вернуться через неделю. В результате маленький, но прожорливый крокодильчик поселился под столом в тесной каморке на площадке "Дельта". Сказать, что брать с собой злобного жильца ребята не хотели, значит, не сказать ничего. Но волею судеб и жребия новый обитатель бункера сидел возле обогревателя, грозно поглядывая хитрыми блестящими глазками на своего обидчика. Двигаться змееныш - а именно так окрестили его все принимавшие участие в операции "Визг" - не мог, потому как был схвачен, скручен, перевязан широким скотчем и брошен в коробку из-под бумаги. Уже ко второму дню пребывания в неволе зеленый понял, что свободы в ближайшее время ему не видать, и притаился в ожидании процесса кормления.

Указанный процесс был сопряжен с изрядными трудностями. На зеленом гаде был импровизированный намордник из скотча и проволоки. Чтобы накормить милого зверька, следовало снять с него это жутковатое сооружение и забросить в распахнутую зубастую пасть что-нибудь съестное. Но мерзкая тварюшка почему-то считала, что чипсы невкусные, бананы ей не нравятся, а колбасой можно только отравиться, и в меру сил пыталась разнообразить свой рацион, откусив пару-тройку пальцев.

- А-А-А-А-А-А-И-И-И-И-И-И-И!

Дикий крик, раздавшийся ни с того ни с сего, застал всех врасплох. Народ повскакивал со стульев и чохом ломанулся на звук. Как выяснилось, вопль принадлежал Ядвиге - бедняжка стояла на стуле и отчаянно визжала. А причиной столь неадекватного поведения был ни кто иной, как Грызли - любимый крокодил Леопёрдовны.

К отчаянию своих коллег Брумгильда Леонардовна не только не испугалась подложенной в ее стол хладнокровной рептилии, но пришла в самый бурный восторг. Она моментально возлюбила крокодила всем сердцем, на что тот отвечал хозяйке полной взаимностью, видимо, почуяв родственную душу. Как следствие, взбалмошная воспиталка таскала его с собой везде и всюду, словно комнатную собачку. Но, поскольку Грызли был представителем совсем другого вида, он стал для Леопёрдовны самым верным и понимающим товарищем и настоящим проклятием для всех остальных.

Чешуйчатый паршивец оказался злопамятным и зловредным, отлично запомнил всех, кто лишал его свободы, и мстил, невзирая ни на что. Впрочем, и те, кто ничего плохого ему не делал, не были застрахованы от его пакостей. В первый же день пребывания в Академии в качестве любимого питомца Леопердовны он испортил две куртки, десять пар обуви, изодрал три пачки бумаги, изжевал все мусорные корзины и слопал четыре клавиатуры. Сказать, что эта тварь была прожорливой, значит здорово преуменьшить. Змееныш был на диво шустрым, крайне шкодливым и без малейшего вреда для здоровья жрал абсолютно все, до чего могли дотянуться его острые зубки.

В данную минуту он кровожадно крутился возле стула, на который взгромоздилась Ядвига. В зубах у него болтался обрывок пестрой ткани, медленно, но верно втягивающийся в пасть. Обрывок этот совсем недавно был воланом на новой юбке Яды. Но зубы борца с новациями в одежде превратили эту модную юбку в еще более модный пояс. А теперь зеленая пакость отчаянно стремилась сожрать и его. А так же все, на что была надета юбка, то есть Ядвигу целиком. К счастью, стул был достаточно высоким и не позволил крокодилу осуществить заветную мечту. Но он очень старался!

- У-у-убери-и-и-те-е-е-е его-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! - бедняжка Ядвига закатила форменную истерику и, стоя на стуле, проливала потоки слез пополам с тушью прямо на крокодила. Тот блаженствовал.

- Опять эта тварь! - Саша возвела глаза к потолку. - Господи, ну когда же это закончится!

- То ли еще будет! - утешила ее Майя, вытаскивая из шкафа веник. - Знаете, что это за гадость?

- Крокодил, конечно, что же еще! - фыркнула в ответ Нина, наматывая на швабру тряпку.

- Это не просто крокодил. Это, чтоб вы знали, нильский аллигатор!

- Ну и что? - полюбопытствовала Лина.

- А то, что они достигают в длину шести метров!

- Сколько?! - Нина уронила швабру, а Яда перестала визжать.

- И живут они семьдесят лет! Так что скучать нам не придется! - безжалостно добавила Майя, поправляя болотные сапоги и направляясь к крокодилу. Она примерилась и с размаху шлепнула его веником. - А ну, вали отсюда!