Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 25

Камера скользнула по лицам полицейских, которые поспешно закивали, долг признавая и одобряя инициативность гражданского населения.

– И сейчас мы с вами получили удивительную возможность присутствовать при следственном эксперименте… Это ведь так называется? – Микрофон ткнулся в самого важного из полицейских, и тот, шарахнувшись было, все же удержался и важно кивнул.

– Не совсем эксперимент, скорее определенные следственные действия. Совершив их, мы убедимся, что указанный факт наличия совершения преступления имеет место быть.

– Он сам понял, что сказал? – поинтересовался Сашка и добавил: – А семечек точно не хватает.

– Может, стоит прекратить это? – Эльфийский посол слегка нахмурился.

Не тянет он на посла. Джинсы вон… разве послы носят джинсы? И главное, с пятнами. Волосы в косу заплел, хитро так. Маруся пыталась понять, что за техника, – на французское плетение не похожа, на рыбацкую тоже… Надо будет спросить потом. Или послов о таком спрашивать не принято?

Но ведь интересно же. Красиво.

– Не-не, – Сашка замотал головой, – не надо прекращать! Оно интересно будет! Честное слово…

– Лопата! – возопил кто-то. – Нужна лопата!

Лопату торжественно внесли в круг, образовавшийся то ли из любопытствующих, к которым Маруся отнесла и себя, то ли из обязанных присутствовать.

– Прошу! – Инструмент торжественно вручили Галине-Эсмеральде.

– Мне?! – удивилась она. – Вы хотите, чтобы… я копала? – пролепетала едва ли не с ужасом.

Ведущая разом усовестилась и попыталась всучить лопату Марусе, но вперед выступил посол.

– К сожалению, ее высочество вынуждены отказаться, – произнес он и посмотрел на репортершу, потом зачем-то наклонился и заглянул ей в глаза. – А вы помните… рептилоиды среди нас.

Девица почему-то вздрогнула и поспешно отступила.

– Какие рептилоиды? – шепотом поинтересовался Бер.

Маруся покачала головой. Все-таки у сюрреалистичных снов есть какая-то своя логика, в которую, должно быть, вписывались и рептилоиды.

– Прошу прощения, – шепотом же ответил эльфийский посол, и показалось, что он несколько смутился. – Было сложно удержаться.

– Вы вообще здоровы? – Сашка осторожно ткнул в посла пальцем, заслужив укоризненный взгляд.

– Здоров. Воздух тут у вас такой… свежий. Живительный.

– Это да, это верно. Вы, главное, только им и ограничьтесь. Воздуху много не надышишь. В отличие от самогона. Правда, Вань? – И Бер хлопнул Ивана по плечу, выведя того из задумчивости.

– Ты… видишь там? – Иван подвинулся поближе. – Мою бабушку?

– Где?

– Вон, в сиреневом костюмчике.

– Это лиловый, – заступилась за костюм Маруся и поглядела на даму с интересом.

– Неважно. Главное, Бер, скажи, что ты тоже ее видишь, а не у меня самогонные глюки.

– Для глюков уже поздновато. – Сашка вытянул шею. – Да, я тоже вижу. И князя Чесменова.

– И князя… – меланхолично повторил Иван. – Ну да, куда ж нам теперь без князя… А почему она делает вид, что меня не знает? Обиделась, что я ее не поздравил? И про помолвку не сказал… Должен был, а не сказал. И получается нехорошо.

– Они под прикрытием работают. – Сашка встал так, чтобы заслонить князя и даму. – Но уверен, все, что нужно, она выскажет… потом.

– Потом, – выдохнул Иван и голову рукой прикрыл. – Как хорошо… Потом пусть высказывает!

Лопата меж тем оказалась в руках одного из полицейских, который с опаскою приблизился к сосне и замер, ожидая указаний.

– Копайте же! – повелела репортерша.

– Тут?

– Тут! Скоро… совсем скоро пред нами откроется истина…

Лопата легко вошла в землю, и кольнуло страхом, что сейчас из сюрреалистического сон станет просто реалистическим. И тело найдут, и все подумают, что…

– Ну а пока мы в прямом смысле слова пытаемся докопаться до истины, – взгляд репортерши зацепился за Марусю, – я попробую узнать…

Раз, и она уже рядом. От репортерши пахнуло потом и духами, причем резкими, назойливыми, от запаха которых зачесался нос.

– Вы не обязаны отвечать, – заметил посол, поглядывая на девицу, и та несколько смешалась, – в конце концов, вы теперь находитесь под покровительством Пресветлой владычицы…

– Да? – удивилась, кажется, не только репортерша.

У Тополева и щека дернулась, а кое-кто из полицейских решил, что ему не так уж и хочется видеть, чего там раскопают.

– Как невеста ее внука, который является членом правящей ветви… – продолжил Калегорм.

– А вы, собственно, сами кто будете? – Репортерша со смущением справилась.

– Я? Я посол… эльфийский. Если вы заметили.

Глаза ведущей слегка сузились, и она отступила, давая место оператору.

– Посол? Извините, как-то вы не выглядите… похожим.

– Все мы разные в зависимости от обстоятельств, – на лице посла застыла маска исключительной вежливости, – однако не перестаем быть собой…

– Значит, в деле у нас замешан эльфийский посол! – воскликнула репортерша, сделав свои выводы и явно обрадовавшись. – Эльфийский посол прибыл специально, чтобы давить на местные власти и заставить их прикрыть ужасное преступление.

Местные власти посмотрели на посла с явным упреком и опасливым ожиданием. Кто-то отступил, явно планируя избежать давления.

– Но почему? Чем простая девушка заслужила такое внимание?

– Она избрана внуком владычицы, – терпеливо повторил Калегорм. – Благородный Ива-эн… – и легким толчком заставил Ивана выступить, – сумел найти ту, песнь души которой созвучна музыке его сердца.

Иван вытянул шею и плечи расправил.

– То есть, – перебила Калегорма репортерша, – вы хотите сказать, что это – эльфийский принц?

Посол кивнул. Иван тоже.

Кивнул и Сашка, как-то, правда, не слишком уверенно.

– Какой-то он у вас… некондиционный, что ли. А вы уверены?

– В чем?

– Как бы… что это эльфийский принц? Может, у него документы какие есть? Подтверждающие… Или хотя бы корона.

Глава 12

Про нелегкую жизнь эльфийских принцесс и реликтовых барсуков

«Не все то мумия, что замотано».

Древнеегипетская пословица

Корону Иван с собой не захватил, как-то прежде не ощущал необходимости доказывать кому бы то ни было, что он настоящий эльфийский принц, впрочем, им он себя тоже не ощущал.

– Боюсь, корону он оставил дома, – с прежним возвышенно-равнодушным выражением лица произнес посол, только в глазах мелькнуло что-то такое… насмешливое?

– Тогда перстень… родовой. Или татуировка…

Репортерша попыталась обойти Ивана, даже руку протянула, чтобы майку задрать, словно подозревала, что под нею, мятой, скрывается родовая татуировка.

Татуировки не было, но имелась надпись, намалеванная на диво устойчивыми к внешнему воздействию чернилами. Хозяйственное мыло, которое, по заверениям Настасьи, отмывало все, оказалось бессильно. Буквы только слегка размазались.

В общем, в майку Иван вцепился.

– Нету татуировки! – крикнул слегка нервно.

– Надо подать идею, – Бер пытался удержать серьезность на лице, – чтоб всем эльфийским принцам татуировки делали. Подтверждение, так сказать, оригинальности производства, то есть происхождения. А лучше сразу QR-код: навел мобильник, и сразу – опа! – видно, эльфийский принц перед тобой или так, подделка китайская.

– И