Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 20

– Прогуляться – это хорошо… это замечательно. Как раз хотел предложить вам прогуляться.

– Куда?

– Недалеко. Скажем так, мне понадобится помощь человека, в местные дела не вовлеченного, но весьма уважаемого. Состоявшегося…

Мягко стелет. Но Чесменов и глазом не моргнул.

– И что требуется?

– Малость. Всего-навсего понятыми побыть…

Это они что, барсука раскапывать пойдут? Впрочем, Лешему удалось удержать на лице невозмутимость. А потом подумалось, что о барсуке они не знают. И раскапывать пойдут того, в белых одеждах.

Неудобно получится.

– Понятыми… Что ж, полагаю, это будет весьма… познавательно.

И вот поди пойми, издевается он или всерьез?

Глава9,

в которой появляется полиция и не только

«Нападавший, голый человек с выкрашенными в зеленый цвет волосами, отобрал у потерпевшей сумочку и слился с толпой».

Из полицейского протокола

Полицейская машина, посверкивая проблесковыми маячками, остановилась у конопляного поля.

– Чтоб тебя, – Аленка привстала на цыпочки, – спугнули…

– Кого? – Император тоже шею вытянул.

– Да эльфов наших.

– Подглядываешь?

– Любопытствую… Не подумай, просто… Маруся, она вся такая… слишком серьезная. И опасается, причем даже когда не надо. А тут… случай же. И вообще.

– Подглядываешь.

А машин приехало аж три штуки. И явно не участкового привезли, потому как люди, из них выбиравшиеся, были Александру незнакомы.

Ишь ты. При форме, при погонах. Даже целый полковник прибыл. Странно, что без генерала обошлось.

– Знаешь, – Александр развернул Аленку, – а иди-ка ты в деревню…

– С чего бы?

– С того, что тут непонятное затевается.

– И бросить?

– Не бросить. Скорее уж предупредить, чтоб не высовывались.

– А ты? Там же…

Иван. И Маруся, которая к машинам сама вышла вместо того, чтобы проявить благоразумие и спрятаться где-нибудь на конопляном поле. Ну и Ванька с ней, что логично и правильно. Но бестолково.

– Ничего, я справлюсь, если вдруг. – Александр пригладил волосы, которые слегка отросли, – к счастью, только слегка. – Передай Черномору, чтоб по обстоятельствам. А то ж с них станется. Хотя… пока пытаются играть в законность, силу использовать не должны. Но на всякий случай пусть бдит.

Аленка спорить не стала. Шаг, и скрылась в синей конопле. Еще один, и Александр перестал ощущать ее присутствие. Вот… странность. Да. И нервирует.

А если ей помощь нужна будет?

– Доброго дня, господа! – воскликнул он прерадостно и рукой помахал. Отчего ж не помахать добрым людям, которые ехали-ехали и приехали. А теперь стояли и головами крутили, пытаясь сообразить, куда же они приехали и за какой такой надобностью. – А вы к нам на экскурсию или как?

– Мы… – Подполковник, один из трех, явно составлявших свиту полковника, ибо человеку столь серьезного обличья быть без свиты неприлично. – Мы по делу. А вы, собственно говоря, кто?

– Александр, – сказал Александр и руку протянул. Правда, желающих пожать ее не нашлось, что тоже было показательно. – А вы?

– Пантелеймонов, – процедил полковник, глядя на Александра сверху вниз. Да, вид у него не самый подходящий для знакомства. Нет, синяки сошли, и нос выглядел вполне обыкновенно, но оставалась некая общая помятость, намекавшая, что ночь предыдущая была весела и полна впечатлений. – Борис Сергеевич, – добавил полковник. – Это ваша конопля?

– Наша. – Маруся глядела на полковника мрачно.

– Значит, не отрицаете?

– Не отрицаем, – ответил за Марусю Иван и потянул ее за руку с явным намерением убрать подальше от этих вот, хмуро взирающих должностных лиц.

В принципе, решение верное, но несколько запоздавшее.

– То есть, – уточнил безымянный подполковник, выделявшийся среди остальных какою-то слишком уж большою головой, – вы не отрицаете свою причастность к выращиванию наркотических… веществ?

– Вещества не выращивают, – заметил Александр, так, для поддержания беседы и потому что слух резало, – вещества производят.

– Так вы тут и производите?

– Только выращиваем. – Маруся бросила на Александра мрачный взгляд. – И не вещества, а сельскохозяйственные культуры. И разрешение у нас имеется!

– Разрешение… – хмыкнул кто-то из свиты.

А понаехало-то, понаехало… Главное, как учения какие-нибудь организовать, так все заняты премного. То у них отпуск, то корова заболела или матушка там, то похороны со свадьбою и баян простаивает, то еще какая преуважительнейшая причина не явиться.

– И кто вам это разрешение дал? – скептически поинтересовался Пантелеймонов.

– Императорская канцелярия, – Иван произнес это, покосившись на Александра.

– Надо же… канцелярия, – фыркнули вновь. – Еще скажите, что государь лично визу поставил.

– Ну, – Александр ковырнул ножкой кочку, – можно сказать, где-то вы даже правы. – Визу там или как, но печать прикладывал к бумагам собственною рукой.

– Да какая разница! – не выдержал Пантелеймонов.

– В смысле? – Александр поймал себя на мысли, что непосредственность человеческая его почти уже не удивляет, попривык, можно сказать, к народу.

– Неважно… Потом разберемся и с печатью, и с канцелярией. Выясним, кому вы там взятку дали, чтобы это безобразие учинить!

– Поверьте, – Иван почесал кулак, – конкретно это безобразие мы учиняли сами, без взяток. Можно сказать, на добровольных началах и по личной инициативе…

– Здрасьте! – Из конопляных зарослей вынырнул Бер и с ним пара крепких парней вида мрачного.

Левый держал в руке ведро, которое показалось Александру пустым, но потом он уловил дымку морока, заглянув сквозь который, чуть не подавился. Чего-то он явно не понимал в войсковой жизни.

Но кто ж гранаты в ведрах носит?

– А у вас тут что?

– Выясняем, кто взятку дал, – отозвался Иван.

– Кому?

– Тоже выясняем. – Александр погрозил парню пальцем, и тот поспешно ведро за спину убрал, сделавши вид, что оно просто так себе ведро.

– Да хватит уже! – не выдержал Пантелеймонов. – Валерьянова?

– Вельяминова. – Маруся переводила взгляд с Ивана на Александра, с него – на Бера, потом на коноплю.

– Тоже неважно! Вы задержаны до выяснения…

– Чего? – перебил Иван.

– Задержаны… по подозрению в убийстве!

– Я? – Маруся хлопнула ресницами.

– Она? – уточнил Александр и пальцем в Марусю ткнул во избежание разных толкований ситуации.

– И еще эта… – Пантелеймонов протянул руку, в которую сунули папочку, – как ее… – Подскочивший подполковник шепнул на ухо. – Ага… Анастасия Вельяминова тоже. Задержана. И Василиса Вельяминова. В общем, все задержаны.

– По обвинению в убийстве? – Взгляд Александра зацепился за ведро, которое уже не казалось излишеством.

Напротив, подумалось, что маловато оно, литров на десять, а мог бы и на пятнадцать взять. Туда, чай, больше влезло бы. Или сразу два, но их нести неудобно. Хотя у Аленки вроде коромысло имелось. Потом подумалось, что как-то это неправильно с точки зрения закона гранатами в людей при исполнении швыряться.

– И кого они убили? – Иван смотрел не на ведро, на коноплю: чувствуя волнение, та тоже волновалась, причем шелестела громко и возмущенно.

– В составе преступной группы… организованной преступной группы, – поправился головастый