Дракон и новости - Екатерина Жданович Страница 18

— Только поцелуями тебя можно заставить замолчать, — бархатисто произнес Грей, и от этих слов по спине пробежали мурашки.

Я сделала вид, что привожу в порядок безнадежно помятый плед, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Внутри все трепетало и пело, но я изо всех сил старалась сохранить остатки гордости.

— Можно было и разрешения спросить, — я выдавила из себя как можно более обиженно и холодно, глядя в темное окно, в котором смутно отражались наши силуэты. — Я все равно вам верну… Платье, тапки, все до последней монеты.

Он рассмеялся.

— Вернешь, — легко согласился он, и в глазах заплясали веселые искорки. — Но только поцелуями. Это мой курс расчета.

Я нахмурилась, стараясь придать лицу максимально возмущенное выражение.

— Что? — прозвучало скорее как слабый вздох. — Где это видано, чтобы… чтобы так расплачивались?

Внезапно выражение лица Грея сменилось с игривого на серьезное. Он слегка наклонился ко мне.

— Дженни, — сказал Аарон мягко, заставляя встрепенуться. — Так ты пойдешь со мной на ужин?

Этот вопрос застал врасплох.

— А вы разве не заняты? — наконец выдавила я, чувствуя, какую глупость говорю. — Вы же сейчас за начальника… У вас дел невпроворот.

Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Для тебя я найду время. Все время, которое потребуется.

— Хорошо, — прошептала я. — Я пойду.

Глава 20

Аарон

Карета остановилась возле дома, и я осторожно вышел, так и продолжая удерживать свое сокровище на руках. И чем дольше она ко мне прижималась, тем меньше мне хотелось отпускать ее. Боюсь, так я еще глупостей наделаю, начну настаивать там, где не стоит. Слугу я отпустил сразу, как за спиной закрылась дверь. Не оглядываясь пошел на второй этаж, к спальням. Открыл дверь той, что была рядом с моей, и только оказавшись внутри, отпустил Дженни на пол. Все это время она ехала на мне молча, разглядывая интерьер, теперь же вновь потупилась, смущенно оправив изрядно пострадавший плед.

— Эта комната ваша, на эту ночь и…

Я вовремя заткнулся, понимая, что только что собирался сказать. Смущенно хмыкнул, но извиняться не стал, чтобы еще больше не электризовать и так напряженную атмосферу.

— Если что-то нужно, скажи, я принесу. Ужин?

На самом деле я не представлял, есть ли на кухне хоть что-то готовое, но, надеюсь, какой сыр и булочки найдутся.

— Нет, сэр Грей, ничего не нужно, — едва слышно произнесла Дженни, мягко стараясь высвободиться из моих рук.

Однако я не мог их разжать. Знал, что тогда придется выйти, остаться в одиночестве, и не мог.

— Ты же голодна, Дженни, — шепнул я, против воли склоняясь ниже.

Понимал, что могу напугать, что нельзя давить, но не мог устоять. Коснулся губ поцелуем, едва не потеряв контроль. Сжал тонкое тело в объятиях, а руки уже действовали, стягивая плед.

— Лорд Грей! — с возмущением пискнула Дженни, да только страх в голосе все равно читался.

— Прости. Я… увлекся, — шепнул грустно и, поклонившись и пожелав спокойной ночи, сбежал. Остановился только в своей комнате, привалился к стене, со стоном переводя дух. Как-то отец не предупреждал, что рядом с сокровищем настолько тяжело находиться!

Утро началось привычно рано, но с непривычного действия. Поручать служанке платье, как обещал, я не стал. Быстро скатался сам, желая лично выбрать наряд. Выбрал и довольный вернулся домой. Как раз вовремя, служанка заявила, что мисс проснулась и просит меня зайти. Ну не отказывать же!

В предвкушении я поднялся в покои Дженни.

— Доброе утро, моя мисс.

— Доброе, — настороженно поздоровалась она, с интересом поглядывая, как я опускаю на кровать коробку.

Пока моя мисс облачилась в это нелепое рабочее платье, при свете дня выглядевшее еще хуже, чем казалось ночью.

— Наденьте, хочу увериться, что правильно угадал ваш размер.

Дженни подошла ближе, заглянула в коробку и тут же подняла взгляд на меня.

— А выйти не желаете?

— Ну, мисс, вам одной не справиться!

— Я постараюсь.

— Дженни, — с усталой насмешкой остановил я этот глупый спор и быстро прижал женщину к себе, ничуть не реагируя на ее слабые попытки вырваться. — Я же обещал. Я не позволю себе лишнего, я старался подобрать наряд так, чтобы тебе было удобно самой с ним справляться, но все же, проще, если я тебе помогу.

— Лорд Грей, вы не могли бы отпустить меня? — уточнила она, смирившись с первой вольностью.

Осталось смирить ее и со второй.

— Обязательно, но сначала пожелаю тебе доброго утра.

— Вы же уже…

Я не стал дослушивать, поцеловал. Отстранился, прикрыв глаза, и пытался справиться с тихим вибрирующим рыком, что довольством лез наружу. На этот раз Дженни не пыталась вырваться, ждала, когда я возьму себя в руки. Только тогда легко выскользнула из ослабевшей хватки и велела:

— Отвернитесь.

— Мисс, а могу я попросить тебя об одной услуге? — уточнил я, пока Дженни переодевалась.

— О какой? — настороженно уточнила она. Даже шелест одежд стих на мгновение.

— Пока мы наедине, не могла бы ты называть меня по имени и желательно на ты?

— Ну… нет, еще забудусь потом… — буркнула она и велела: — помогите.

Я с готовностью обернулся, подошел и коснулся плеч, обтянутых тонкой кремовой тканью. Провел ниже, обхватил за талию, скользнул вверх и только тогда взялся за шнуровку. Дженни вздрогнула, но даже вида не подала, каково ей.

— Ты жестокая, — сделав свое дело, наклонился я ближе к ее ушку, нежно обхватив тонкую талию.

— Сэр Грей!

Она вывернулась из моих рук, заставив чуть поморщиться.

— Прошу меня простить, пойдем, завтрак ждет.

Больше шанса коснуться женщины у меня не было. При слугах смущать Дженни не хотелось. Пришлось наслаждаться исключительно видом. Благо это платье уже не было столь «оригинальным», как предыдущее.

Ехать на работу в моем экипаже Дженни тоже отказалась, немало разозлив и раздосадовав. Ну да ладно, пусть расслабится, правда ведь наседаю. Я нанял экипаж и на прощание позволил себе только поцеловать нежную руку, а после стоял и смотрел, как скрывается карета в переплетении улиц.

Сутки! Целые сутки покоя. Ни тебе маньяков, ни мокрых женщин. Правда, с последней я был бы не прочь встретиться… только не с мокрой! Я бы в тот же вечер настоял на свидании, но к темноте напрочь забыл обо всем. Проклятые бумаги съели мне разум. Я едва не уснул в кабинете с ними в обнимку, а проснулся, казалось, опять на работе, но уже подходя к дежурному. Получил новую стопку бумаг и тоскливо пошел с ними разбираться. Тоскливо то тоскливо, но «Столичные вести» я раскрывал с осторожностью. Даже