Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 17

Иван это себе и повторил. И, вооружившись нечеловеческой решимостью, двинулся к конопляному полю. Если что, можно будет соврать, что на него смотреть и пришел. Согласно возложенным на него обязанностям. Уколосность пощупать, жирность. И в целом так…

Маруся стояла на краю поля, глядя на коров и коноплю. Одна…

– Привет.

Она повернулась и честно попыталась сохранить спокойствие на лице, но не вышло. Маруся фыркнула и… расхохоталась.

– Извини.

– Да ничего. – Иван провел по волосам. Ну как волосам… Пушок пробивался. И пробиваться будет долго, если дело не ускорить. Но ускорять пока страшновато. Коноплевый самогон в организме бродит, и поди пойми, чего из него выбродится. – Говорят, на упыря похож.

– Есть немного…

– Вот… – Он вдруг понял, что не знает, как дарить цветы.

Нет, случалось раньше. Но там букеты из цветочных лавок. Дизайнерские. А тут…

Ситуация, главное, дурацкая.

– Извини, пожалуйста, – сказал Иван, хлопнув по коровьей морде, которая к побегу сунулась. – Сам не знаю, что на меня нашло. Ты говорила, что у вас сыр есть. От дури…

– Бывает.

– Продашь килограммов пять?

– Не уверена, что оно тебе надо. Хотя попробовать можно.

– Ты не сердишься?

– А должна?

– Понятия не имею. Но мне стыдно. По-настоящему. Раньше как-то… не так было. Нет, ты не подумай, что я пью… То есть пью… – Он окончательно запутался.

А веточка лозоцвета этаким украшением обвила Марусино запястье.

– А его укоренить можно? – Она погладила листочки.

– Не знаю. Не пробовал. Наверное… А зачем? Он ведь в дом вырастет.

– Можно и дом поставить. Тут Анька предложила ретрит организовать.

– Хорошая мысль.

– Ага… Приедут ее подписчицы пожить несколько дней. Подышать свежим воздухом. Погулять по конопле в обнимку с коровами. Как это… – Маруся щелкнула пальцами, – ваккотерапия. Анька сказала, что иппотерапия есть, с лошадьми общение, а у нас с коровами. А корова на латыни…

– Может и получиться. Тогда да, дом будет к месту. Особенно если такой же… общинный. Я… попробую?

– Попробуй, – согласилась Маруся и слегка покраснела.

Иван понял, что тоже краснеет, причем совершенно беспричинно. Зато корова краснеть не стала, томно вздохнула и лизнула в щеку. Никак приободрить пыталась.

– Ты на самом деле прости. Я в жизни больше пить не сяду с Сабуровыми. Да и вообще… Пьяный маг – горе в семье.

Она снова рассмеялась, и Иван улыбнулся.

– Волос жаль, – Маруся шагнула навстречу, – когда еще отрастут…

– Вообще-то, можно чуть ускорить. Есть заклятия…

– Как у Найденова?

– Уже знаешь?

– Кто не знает… Девчонки даже побить его думали.

– За что?!

– Ну… они сызмальства косы растят, холят, лелеют, травы всякие выискивают, чтоб потолще… А он раз – и коса.

– Он не виноват. Это ж я… Не надо его бить. Он так-то нормальный, только…

– Не знал, что пить с Сабуровыми нельзя.

– Теперь, думаю, все поняли. Так где сажать будем?

Маруся огляделась.

– А давай вот тут, на краю поля. – Она взяла росточек и воткнула в землю. – Накрыть чем-то надо? Полить?

– Погоди. Просто придержи.

Иван опустился рядом и обхватил Марусины ладони. Сила коснулась силы и сплелась странным образом вместе, так, будто только этого и не хватало, потекла в тонкий стебелек, а потом от него к земле. И отклик пришел сразу. А стебелек дрогнул и потянулся.

Вот так.

– Сейчас он даст корни, только быстро не вырастет. Вообще не уверен, что вырастет что-то. Из меня эльф, как…

– Хороший из тебя эльф, – заверила Маруся и в глаза посмотрела.

И оказалось, что отвести взгляд крайне сложно. Невозможно почти. Да и нет желания. Хочется просто сидеть, смотреть и глупо улыбаться.

Где-то далеко что-то громыхнуло.

А подкравшийся сзади Яшка положил голову на плечо Ивану и испустил печальный вздох, окончательно нарушив очарование момента.

Глава8

О перспективах трудоустройства и правильных знакомствах

«Хорошо быть женщиной. Живешь и знаешь, что твое место на кухне. А каково нам, мужикам? Ищи себя в этом большом и жестоком мире».

Из клуба анонимных мужчин

Леший задумчиво смотрел на небо. Оно проглядывало в прорехи крон и было голубым да ярким. Чуть ниже покачивались ветки деревьев. И в целом Лешего наполняло странное, давно позабытое чувство спокойствия.

– А в деревне вчера гуляли, – произнес Ворон, жуя травинку. – Хорошо гуляли…

– Завидуешь?

– Я? Завидую? Да, я завидую! Они там с музыкой, гармонью, хороводом и девицами. А у нас – комарье с медведями.

Медведь со вчерашнего вечера бродил по опушке и выглядел печальным. Подумалось даже, что жизнь ныне пошла такая, что и медведи в меланхолию впадают. А когда тот сел, уставившись куда-то в даль, в сторону деревни, Леший испытал острое желание подойти, приобнять и сказать, что все образуется. Всенепременно.

– Ты женат, какие тебе девицы?

– Ну… гармонь с музыкой и женатым можно. И вообще, Леший, жизнь после свадьбы не заканчивается, что бы ты сам себе ни придумал.

– Ага.

Надо было вставать, но лень…

Весняна опять ушла на свою ферму, хотя Лешему это категорически не нравилось. Малявка, если и появлялась, то редко, потому как бабушка София оказалась слишком уж заботливой. И можно было бы сказать, что установилось некое равновесие, но…

– Залесский, кстати, жениться надумал.

Ворон категорически не умел или не желал молчать.

– Который?

– Оба. Но спорим, младший раньше решится предложение сделать?

– В жопу иди…

– Неинтересно с тобой, шеф… – Ворон не обиделся, но еще одну травинку сорвал.

Авитаминоз у него, что ли? Хотя… сухпаек уже и у Лешего вызывал глухое раздражение, несмотря на исключительную питательность и сбалансированный состав.

Хотелось несбалансированной картошки с вредным жареным салом. И еще чего-нибудь. Для души.

Додумать Леший не успел, пришел сигнал вызова. Благо связь сегодня работала более-менее стабильно.

– Ну и чего в верхах хотят? – поинтересовался Ворон, во время сеанса выразительно молчавший. Сейчас молчание, как и сеанс, завершилось, и Ворон заговорил, пихая в рот какие-то тонкие стебелечки. – Чего? Это заячья капуста! Мы в детстве ее знаешь как ели…

– Смотрю, не больно-то вырос.

– Кисленькая. На, сам попробуй.

– Да знаю я… Помыл бы хоть, а то ж пронесет еще. Загадишь сосны, где сидеть будешь?

– Злой ты, Леший. А все почему? Потому что жены у тебя нету. И воспитывать тебя некому. – Ворон поднялся и потянулся. – Так чего хотели?

– Хотели, чтоб я в Осляпкино пошел. И нашел там одного человечка, Иннокентием кличут. Говорят, важный свидетель. Надо доставить в центр в целости и сохранности.

– Ага… и с бантиком на шее. Главное, бантик туго не