Плачущая - Александра Пивоварова Страница 33

Пока женщины кланялись, бились головами об сырую землю, мужчины пытались засунуть тело обратно в гроб и привести в чувство согнувшегося. Кроме молитвы, ничего больше не было слышно. Женщины завывали в один голос, и от их слов бежали мурашки. Кажется, что их вопли слышала вся округа, если бы люди из города увидели это действие, то наверняка вызвали бы полицию. Теперь я понимаю, о чем предупреждала фельдшер, – все выглядит отвратительно и пугающе. Будь у меня возможность, я бы не участвовала, закрылась бы в доме и уснула, но, кажется, после увиденного о сне и думать не стоит.

Солнце практически спряталось, на небе разлилась широкая красная полоса, а поэтому люди торопились побыстрее расправиться с ведьмой и вернуться в свои защищенные оберегами дома. Мужчинам наконец удалось справиться с телом, и процессия двинулась дальше. С виду мужчины казались сильными, но иссохшее тело поднимали с трудом, будто оно было налито свинцом.

Лес уже скрылся во мраке. Виднелся первый ряд деревьев, а дальше – ничего. Я сделала глубокий вдох – голова болела все сильнее. Мой организм противился происходящему, ноги гудели, и я бы с радостью покинула эту процессию скорби. Нас вроде много, но толпа не внушает доверия, и я не чувствовала себя в безопасности рядом с этими людьми. И наверное, они пугали меня больше мертвой ведьмы.

– Встаньте в круг! – выкрикнул батюшка, когда мы подошли к выкопанной яме.

Таисия взглядом приказала держаться поблизости, но я и не думала отдаляться.

Мужчины поставили гроб рядом с ямой, и один из них смачно плюнул в него. Омерзительно.

– На колени, братья и сестры! – закричал батюшка, выше поднимая крест.

Все, кроме меня, опустились в ту же секунду. Не поднимая головы, Таисия схватила меня за запястье и потянула вниз. Нехотя, но я приняла нужную позу. Меня тошнило от происходящего, ужин подступал к горлу. Надеюсь, этот бред быстро закончится. Не верится, что я добровольно участвую в подобном безумии.

– Мы долго страдали от этой нечисти: она отравляла наши земли и скот, вредила нашим детям, насылала проклятия и желала каждому смерти! Из-за нее мы потеряли многих, из-за нее мы лишились нашей святыни и оказались под тяжелой ношей проклятия! – Священник открыл стеклянную бутылку. – А теперь мы запечатаем ее зло и будем молиться о мире! Разверните гроб!

Несколько мужчин выполнили приказ и быстро вернулись в круг.

– Молитесь Святой Ольге, просите ее о защите! – С этими словами священник вылил содержимое бутылки в гроб. Предполагаю, что это была святая вода. – Мы все грешны, но искупаем свои грехи благими поступками! И вот один из них! Да очистится наша земля от черни, да познаем мы мир!

– Да познаем мы мир! – Все в кругу завывали в один голос и поднимали руки над головой, открывая ладони.

– Несите чашу! – снова приказал священник. – И мой нож!

На последнем слове я подняла голову.

– Да окропит наша кровь ее могилу, да защитит от зла! – Внезапно мужчина острым лезвием рассек свою ладонь и подставил чашу. – Выставите руки, братья и сестры! Мы должны выстроить сильную защиту! Мы должны слиться в единое целое!

– Единое целое! – повторяла толпа.

Все словно под гипнозом вытягивают руку вперед, медлю только я. Ошарашенным взглядом слежу за тем, как священник рассекает ладонь за ладонью и собирает стекающую кровь.

– Нет… – Я хочу встать, но Таисия не дремлет и вновь хватает меня. Неожиданная для ее комплекции и возраста сила и реакция, сейчас она словно дикая кошка, а ее взгляд особенно безумен.

– Сиди, глупая, – говорит она сквозь зубы. – Мы должны поставить защиту, иначе погибнет еще больше невинных.

– Дай руку, дитя мое! – священник остановился передо мной. – Или тьма уже поглотила тебя?

Я посмотрела ему в глаза и увидела, что в его зрачках пляшет пламя.

– Ну же, не бойся, мы защитим себя, если будем действовать вместе! Ты должна доверить мне свою душу!

Головы собравшихся были опущены, но они косились в нашу сторону. В груди разрастался страх, кажется, люди набросятся на меня и разорвут, если буду противиться. Местные жители – помешанные фанатики, они верят в свою святыню и готовы пойти на многое, чтобы их обереги сработали.

Нехотя, но вытягиваю руку.

– С-с… – шиплю, когда лезвие рассекает кожу.

Порез неглубокий, но несколько капель моей крови попадает в чашу.

Шум в ушах становится громче, а голова настолько отяжелела, что я с трудом удерживаю ее поднятой. Завершив круг, священник вернулся к гробу и вылил кровь в районе головы ведьмы, что-то нашептывая. Руки жителей вновь устремились к небу.

– Пусть наша кровь запечатает зло! А огонь закрепит! Несите бензин!

Я не видела канистру до этого, ее принес мальчишка не старше пятнадцати лет и поставил в метре от гроба. Не верится, что происходящее реально. Понимаю, жители Мирного ненавидели эту старую женщину, возможно, она и правда принесла им немало зла, но теперь это просто тело, которое осквернили. В теле больше не было души, а значит, нет зла, это лишь пустая оболочка. А если зайти дальше и считать мистическое реальностью, то стоит спалить ее дом, ведь он годами впитывал в себя энергетику деяний ведьмы. И если верить, что первые сорок дней после смерти душа остается в нашем мире, то она явно не здесь, а на месте своей силы.

Только одной мне толпу не убедить. Учитывая мою репутацию, никто и слушать не станет. Священник ведь не просто так заикнулся о моей причастности к темным делам. Если пискну, то точно припишут мне сговор с нечистью.

Да и стоит ли их переубеждать? Что это изменит и как защитит меня? А может, мне и вовсе стоит довериться…

Мужики подходят к гробу и готовятся опустить его в землю. Толпа вновь взывает к Ольге, а меня уже воротит от этого имени. Может, она и изобрела оберег, но раз не смогла полностью избавить жителей от проклятия, то не такая уж она и святая.

С замиранием сердца я следила за тем, как в могилу заливали бензин, а следом бросили спичку. Пламя вспыхнуло мгновенно.

– Гори, нечисть! Гори в священном пламени! Святая Ольга, дай нам сил! Помоги нам запечатать зло! – c желчью в голосе выкрикивал священник.

– Святая Ольга, дай нам сил! Помоги нам запечатать зло! – толпа повторяла его слова, и лишь я молчала.

Несколько женщин на коленях подползли ближе к горящей могиле и что-то начертили на земле, и стоило им закончить, как священник отдал приказ закапывать. Солнце окончательно село, но наш круг освещали самодельные