Взрывные дела Твайлы и Фрэнка - Меган Баннен Страница 27

Он оттянул воротник, словно галстук-бабочка его душил. Твайла решила, что лучше всего закрыть рот, извиниться и пойти укладывать Тео, после чего можно будет заняться посудой. Мэнни и Сэл восприняли это за разрешение пролезть в чулан с настольными играми. Пока она набирала в раковину мыльную воду, какофония в соседней комнате возвестила, что в Пероу и Эверетте взыграл дух соперничества. Пероу без малейших колебаний взялся за «Загадку Леденца», и Твайла удивилась, с чего он отказывался сыграть в «Богов и Героев» с ней, Фрэнком и Дакерсом – он, очевидно, был игрок. А заодно и награда.

В кухне Твайла была одна. Она достала из холодильника пиво, сама себе подняла тост – женщина, которой пришлось перерыть все скудные запасы и соорудить спагетти на толпу, хотя она вообще не собиралась готовить этим вечером; женщина, которая меняла Тео подгузники и следила, чтобы дети вели себя за столом как следует и не забывали поесть; женщина, которая теперь убиралась, пока остальные веселились в соседней комнате.

Она слышала приятный голос Пероу из столовой, который в роли мисс Меренги обвинял профессора Шоколад в хищении печенья, на что Хоуп – то есть профессор Шоколад – вопила во всю глотку, веселя Эверетта, Мэнни и Сэла – то есть принцессу Желейку, мистера Пудинга и капитана Джема. Твайла сделала еще глоток пива, думая о Фрэнке, который застрял в секторе В‐14 с Мэри Джорджиной. У Фрэнка получалось организовать всех, даже в те дни, когда Даг был еще жив, а Фрэнк и Кора женаты, и Баннекеры с Эллисами порой устраивали совместные ужины. Без него Твайле слишком сложно давалось присматривать, чтобы все убирали как надо, и при этом параллельно заниматься своей долей домашних дел – изрядной.

Будто в ответ на ее молитву Матери Горестей в дверях кухни появилась Хоуп.

– Помощь нужна?

В других обстоятельствах Твайла была бы рада этому предложению, но сейчас, впервые за двадцать три года, не знала, что сказать дочери. Она не могла разобраться в собственных чувствах и не сомневалась: Хоуп не оценит отсутствие восторга. Нет, лучше бы им сегодня о помолвке не заговаривать. Она взяла мыльную тарелку и сказала:

– Я справлюсь. Лучше отдохни с Эвереттом.

– Боюсь, принцесса Желейка скооперировалась с твоим другом, чтобы победить профессора Шоколад, так что я могу вытирать посуду.

Твайла не упустила, как Хоуп подчеркнула слово «друг». Но успела закрыть рот, не брякнув ничего обидного в ответ.

Хоуп схватила древнее кухонное полотенце из ящика, в котором древние кухонные полотенца обитали еще с тех пор, когда они были совсем новыми, и встала рядом с мамой у раковины. Но Твайла чувствовала, что помощь – это только фасад. Хоуп хотела все обсудить, а Твайла слишком обиделась, злилась и устала, чтобы разговаривать об этом.

– Пероу, кажется, славный.

– Да.

– Так он твой… кто? Парень? Мужчина?

– Нет. Сегодня мы собирались поужинать вместе, вот и все. – Твайла протянула Хоуп чистую тарелку, чтобы та вытерла.

– Так почему не пошли?

Твайла молча посмотрела на Хоуп и указала в качестве ответа на столовую.

Хоуп покачала головой, вытирая тарелку.

– Могли бы и пойти. Мы с Эвереттом взрослые люди. Мы бы присмотрели за детьми.

– Я не собираюсь нагружать гостя детьми, едва он переступает порог.

– Эверетт не гость. Он теперь член семьи.

– Верно. С прошлого вратника. Или та пара недель, когда вы встречались, не сказав мне, тоже считается?

Твайла хотела передать дочери следующую тарелку, но та выскользнула из руки и упала в раковину, забрызгав ей передник.

– Это слишком мало или слишком много?

– Да? Нет? Не знаю.

– Мам, – предупреждающим тоном произнесла Хоуп.

Твайле этот тон не понравился.

– Что?

– Почему ты так странно себя ведешь?

– Никак я себя не веду! – Она вручила Хоуп мытую тарелку, а точнее говоря, сунула ее ей в руки с полотенцем.

– Эверетт – тот самый.

– Я и не говорю, что это не так.

– Ты намекаешь.

– Ни на что я не намекаю. Хватит додумывать за меня.

– Так скажи все сама вместо того, чтобы прятаться от меня на кухне.

– Я растерялась, вот и все.

Это признание было эхом слов, сказанных несколько часов назад Фрэнком, когда она рассказала ему про свидание с Пероу. Воспоминание утешило ее. Хоуп делилась с ней хорошими новостями; надо бы радоваться, а не устраивать сцену, как эгоистичный ребенок. Она взяла из ящика другое полотенце и вытерла руки, чтобы как следует обнять дочь. Хоуп шмыгнула носом у нее над плечом, и Твайла обняла ее покрепче.

– Я так рада за тебя, – сказала она, изо всех сил стараясь, чтобы это была правда.

– Точно?

– Конечно.

– А то звучит не очень радостно.

– Я рада. Ты же знаешь, как я люблю Эверетта.

Вот это точно была правда. Это она могла сказать со всей честностью. Твайла совершенно ничего не имела против очаровательного молодого человека, за которого решила выйти ее дочь.

– Он чудесный.

– Совершенно согласна. – Твайла еще раз прижала к себе Хоуп и отпустила. – Прости за неприличный вопрос, но раз вы ночуете в одной комнате, я должна спросить: вы предохраняетесь, так ведь?

– Мам!

– Ну?

– Да.

– Спасибо.

Хоуп лукаво, с прищуром улыбнулась.

– А что насчет вас с твоим крутым твидовым мужиком? Вы предохраняетесь?

Твайла так покраснела, поразительно, что в дверь не постучали пожарные.

– Он мне не!.. Мы не!.. Боги мои, марш обратно в столовую, пока твои племянники все не разнесли!

– Ладно, но ты же понимаешь, что сама угробила свидание, лишь бы потрястись насчет моей помолвки?

– Неправда!

– Правда!

Твайла практически вытолкала хихикающую дочь в соседнюю комнату и доубиралась на кухне. Через час она отвела Мэнни и Сэла в прежнюю детскую и уложила спать – процесс, который потребовал немалого количества времени, стаканов воды и сказок, а Пероу сидел в гостиной с Хоуп и Эвереттом, дожидаясь ее.

«Фрэнк бы помог», – подумала она вдруг. Но, само собой, Фрэнк бы помог уложить мальчиков: он ведь знал их с рождения. Хоуп, конечно, тоже, но с ее стороны было бы некрасиво бросать Эверетта. И с чего бы Пероу помогать, он ведь гость, а не нянька?

Пероу. Что же он думает о ней после того, как прошло их первое свидание?

Твайла зашла на кухню перед тем, как отправиться в гостиную, – проверила, какие напитки можно откопать для взрослых. Они уже распили запыленную бутылку вина – самое приличное, что у нее нашлось. Она вспомнила, как доктор Селлет предлагал Пероу бренди – и Пероу в самом деле походил на человека, который пьет бренди, – но у Твайлы его не было. Она почти не сомневалась, что в жизни не пробовала бренди. У нее было только полбутылки виски, почти нетронутая бутылка джина и