Взрывные дела Твайлы и Фрэнка - Меган Баннен Страница 26

– Дорогая! – Твайла поспешила обнять дочь свободной рукой.

Эверетт топтался на пороге: молодой человек в очках, лет двадцати пяти, наряженный, будто на выход. Длинной изящной ладонью он разглаживал пиджак, в другой руке у него был букет ромашек.

– Добрый день, Твайла, – сказал он, помахав ей. С неуверенной улыбкой на лице он заглянул Хоуп через плечо, глядя, как Мэнни и Сэл покатываются со смеху и вопят:

– Ваба сказала слово на букву «г»!

– Эверетт! Как я рада тебя видеть. Ничего себе, выглядишь потрясающе.

Твайла улыбнулась ему, хотя хозяйка внутри нее уже паниковала. Если мальчиков уложить в старой комнате Уэйда, можно попросить у Фрэнка надувной матрас и уложить Хоуп и Эверетта в другой комнате вместе, если никто из них не против. Или поспать на диване, а Эверетту отдать свою спальню? Успеет она застирать покрывало?

Она поняла, что тупо улыбается другу Хоуп, улыбка которого уже приобретала следы паники.

– Да что же это я? Входите, входите!

Она отошла в сторону, чтобы впустить Эверетта. Тео все сидел у нее на руках и с довольным видом сосал книжку. Твайла взглянула на сына, который жевал очередное пирожное.

– Уэйд, возьми чемоданы.

– Мне пора ехать.

– Нашлось время на пирожные – найдется время и помочь.

Он закатил глаза, но послушался.

– Привет, Хоуп. Привет, друг. – Он обнял сестру, пожал руку Эверетту и забрал у них вещи.

– Ты рано. Я думала, будешь только в мудродень.

– Знаю, но мы оба уже все сдали, а железка по горедням дешевле. Подумала, что ты не против.

– Конечно, я не против. Я так рада, что ты дома. И что Эверетт с тобой.

– Это хорошо, потому что тут такое дело… – Хоуп нежно коснулась руки Эверетта, и тот застенчиво улыбнулся ей. – Я выхожу замуж.

Твайла потрясенно молчала, глядя на дочь.

Замуж.

Она заморгала.

Замуж?

Замуж?!

– Понимаю, это неожиданно, но надеюсь, вы рады? – сказал Эверетт дрогнувшим голосом, и Твайла поняла, что ведет себя непростительно грубо, хотя, конечно, это Хоуп почему-то забыла сообщить ей о самой важной вещи в своей жизни.

– Ну что ты! – Она обняла Эверетта. – Добро пожаловать в семью!

– Спасибо, – с облегчением выдохнул он.

– Я так рада!

Только вот Твайла вовсе не была рада, хоть и не понимала почему. Эверетт ей нравился. Следовало бы радоваться.

Отстранившись, она взяла его за руку, желая почувствовать, что он настоящий, что все это на самом деле, но никак не могла собраться с мыслями. Как это – Хоуп выходит замуж? Твайла бросила взгляд на семейный алтарь, с которого поблескивал мокрый от соленой воды ключ Дага.

– Сестренка, мои поздравления, – сказал Уэйд, одарив ее редкими братскими объятиями.

– Спасибо. – Хоуп выжидающе посмотрела на Твайлу.

– Какая радость! – сказала Твайла как могла убедительно, обнимая дочь.

Хоуп широко улыбнулась матери и наклонилась поцеловать кудряшки Тео («муа-муа-муа!»). Подняла бровь, заметив, что за книжка у него в руках.

– «Разбойник руин Редвинга»? А ты искушенный читатель, малыш.

– Тихо, а то твой брат опять начнет, – негромко бросила Твайла.

В открытую входную дверь постучали. В гостиную заглянул Пероу в нарядном твидовом костюме.

– Здравствуйте? Я рановато?

Твайла покачала головой:

– Матерь Горестей…

Тео улыбнулся Пероу и громко повторил то слово, которое выучил за день:

– Гьеваный!

Глава восьмая

За ужином Пероу и Эверетт поддерживали оживленную беседу друг с другом – как делают нервные мужчины, понятия не имеющие, как общаться с детьми, и оттого льнущие друг к другу, будто к спасательным буям в открытом море. В это время Твайла уговаривала Мэнни поесть хоть что-нибудь; пыталась помешать Сэлу швыряться в старшего брата тефтельками с помощью катапульты из ложки; вытирала соус от спагетти с лица Тео и рук (и стены). Но едва старшие мальчики прознали, что гость Вабы, который так смешно говорит, изучает драконьи окаменелости, они будто с ума сошли и до конца ужина забрасывали его вопросами, а Пероу отвечал с растущим удовольствием.

Пока Пероу и мальчики углубились в обсуждение, Твайла рассматривала Хоуп и Эверетта, которые ничего не замечали вокруг, кроме друг друга. Она попыталась припомнить, каково это – первая пора любви, когда все в другом человеке кажется прекрасным и правильным.

Одно не вызывало сомнений: они были прекрасной парой. Хоуп выросла в красивую девушку. Ростом она пошла в Дага – стройная, атлетичная, как увлекающиеся бегом люди. Светлые волосы, подарок от бабушки по отцу, обрамляли симпатичное овальное лицо, которое летом загорало. Из всех детей Хоуп напоминала Дага сильнее всего, чему Твайла странным образом радовалась. Привлекательность Хоуп напоминала о золотых деньках юности ее отца, когда Даг был еще молод, хорош собой и многообещающ.

Эверетт Симмс был высок и жилист, с резкой линией челюсти – сила и молодость. Он выглядел очень аккуратно, вел себя вежливо и производил впечатление уважаемого, компетентного врача. Из всех друзей, которых Хоуп завела с тех пор как уехала, он нравился Твайле больше всего. Так с чего бы не порадоваться, что дочь выходит замуж за этого со всех сторон достойного молодого человека?

Ей хотелось расспросить, что случилось, когда и как они перешли от дружбы к готовности навеки соединить жизни. Но она не желала ставить Хоуп в неудобное положение, выдавая, что мать ничего не знала об их отношениях до шести вечера этого дня.

Хотя, конечно, чья в том вина?

– Итак, доктор Вандерлинден… – безмятежно начала Хоуп, возвращая Твайлу из мыслей.

– Прошу, зови меня Пероу. Зачем друзьям формальности?

– А вы с мамой – друзья?

Вежливая улыбка Пероу тревожно дрогнула.

– Мне бы хотелось так думать. Мы познакомились недавно.

– А когда именно?

От Твайлы не укрылось, что Эверетт сжал руку Хоуп. Его собственная улыбка тоже стала тревожной.

Что происходит? Хоуп решила, что теперь ее очередь испортить свидание Твайле? Роскошно. Вдруг Твайле стало наплевать, станет Хоуп неловко или нет.

– Пероу ведет исследования в Танрии. Мы познакомились на прошлой неделе. Дорогая, а когда вы обручились?

– В прошлый вратник. Он сделал мне предложение под небесным алтарем в парке, где мы впервые осознали, что идеально подходим друг другу. – Хоуп и Эверетт обменялись сладенькими взглядами, которые должны были растопить сердце Твайлы.

Не вышло.

– А когда именно вы это поняли? – не отступала Твайла, намеренно повторяя вопрос дочери к Пероу.

Теперь пришла пора Хоуп сжимать руку Эверетта. Она улыбнулась, стискивая зубы.

– Несколько недель назад.

Несколько недель? Несколько недель – это ничто. Точно не основание для женитьбы. Твайла едва это и не ляпнула, но потом заметила бедного Эверетта, с которого градом катил пот.