Фелина Напёрсточек и волшебная посылка - Катя Хемкентокракс Страница 21

– Хочешь меня облапо… – отогнав от себя сверкающее облачко, гигантская паучиха грозно нависла над Фелиной. – Уж не думаешь ли ты, что я месяцами буду прясть драгоценную шёлковую нить за три ничтожные ведьминские монетки?! Если тебе нужны низкие цены и дешёвые отбросы, ступай к сенокосцу Пустославу! Этот подлый… – Тут ей вновь пришлось прерваться.

– Нина, не сердись, пожалуйста, – вступила в разговор Тучка. – У нас при себе недостаточно ведьминского серебра, может ведь такое случиться, – примиряюще улыбнулась она. – Разумеется, мы не хотим покупать у сенокосца Пустослава. Нить нам нужна для одной жизненно важной миссии. И именно эта.

– Она нужна, чтобы спасти моих родителей, – кивнула Фелина.

Паучиха оскорблённо скрестила перед собой две пары лап.

– И что мне теперь, по-вашему, делать?

Тучка пожала плечами:

– Предоставить скидку было бы…

– Нет, – рявкнула паучиха. – С тех пор как сенокосец Пустослав открыл свой магазин, никто больше не ценит качество моей работы. Мне это уже поперёк горла. А кроме того, торговаться в мире фей запрещено.

– Тогда, может быть, кредит?..

– И не думай, Тучка. Мне нужно как-то наскрести денег на аренду этого магазина. Да и участие в этой ярмарке тоже, знаешь ли, не задаром. И работа у прядильщицы, чёрт побери, ни к чёр… – Она вновь заставила себя сдержаться.

– Мои родители упали в Чёрную Дыру, – печально заморгала Фелина.

Но паучиха Арах-Нина, похоже, была не из тех, кто проявляет сочувствие.

– Значит, тебе следовало лучше следить за ними.

– Я знаю, – хрипло прошептала девочка. – Это я во всём виновата.

Но паучиха её даже не слушала.

– Да ладно тебе, Нина, – предприняла ещё одну попытку Тучка. – Нам непременно нужна эта нить. Неужели цену нельзя… – Изо рта у ведьмы вылетела сверкающая дымка, и она начала сначала: – Если бы можно было заплатить позже… – И вновь её слова искристым облачком устремились по воздуху к выходу. Тучка лихорадочно замахала руками.

– А что это за сверкание? – поинтересовалась Фелина.

Арах-Нина самодовольно улыбнулась:

– Таким образом феи замечают, что кто-то нарушает их правила. Если Тучка продолжит в том же духе и её слова вырвутся из палатки, феи-охранницы увидят, что здесь торгуются. На этом ваша ах какая важная миссия и закончится. – Она забрала клубок с прилавка и водрузила себе на спину. – Поэтому ни слова больше о моих ценах.

– Но… – Фелина уже не знала, что сказать. Она в отчаянии наблюдала за тем, как паучиха карабкается наверх по полкам, чтобы вернуть пряжу на место.

Засахаренные фрукты камнем лежали в желудке, а от сладкого послевкусия мутило. О чём она думала, отдавая за них столько денег? Повесив голову, Фелина уткнулась взглядом в пол. Без нити гигантской паучихи её родители…

И тут раздался вопль, сопровождаемый страшным грохотом. Карабкаясь наверх, Арах-Нина поскользнулась одной из восьми лап и потеряла равновесие. Клубок пряжи съехал у неё со спины и, описав широкую дугу, упал на пол. Паучиха попыталась зацепиться за другие клубки, аккуратно сложенные на полке, но те, раскатившись, тоже соскользнули вниз, а с ними и паучиха. Кувыркаясь в воздухе, она по пути ударялась всеми восемью локтями.

– ЧЁРТ ВОТ ПРОКЛЯТЬЕ ДРЯНЬ ТАКАЯ КАКОГО ЧЁРТА! – ревела она на весь магазин. А потом, запутавшись в лапах, приземлилась и застонала.

Проклятия сверкающим облачком понеслись прямиком к выходу из палатки.

– О нет! – запричитала Арах-Нина. – Не хочу, чтобы меня превратили в колокольчик!

Фелина схватила с прилавка банку из-под сладостей, припустила за облачком и, высоко подпрыгнув, накрыла искрящееся проклятие банкой за секунду до того, как оно вылетело наружу. Плотно закрутив крышку, она осела на пол, переводя дух.

– Какое интересное проклятие поймала Фелина, – усмехнулась Тучка, помогая паучихе подняться и отряхивая пыль с её ворсистого тела. – Будем надеяться, что она случайно не откроет банку…

– Не надо, пожалуйста! – взмолилась Арах-Нина. – Однажды они уже превращали меня в колокольчик. На целых два месяца! За это время сенокосец Пустослав переманил моих лучших покупателей. А этот чёр… этот постоянный перезвон до сих пор преследует меня во сне.

– Какой ужас! – покачала головой ведьма с наигранным сочувствием. Подмигнув Фелине, она подняла с пола клубок шёлковой нити. – Нина, дорогая моя! Что скажешь насчёт обмена?

13. Осёл проявляет снисходительность

– За одну ночь многовато потрясений для сердца маленького кота. А мы не м-можем прийти сюда завтра утром?

От Пуговки виднелись только кончики ушей. Сам он утонул в клубах тумана над землёй.

Покинув грот фей, они целый час пролетели в темноте. Пуговка непрерывно стенал и заявлял, что никогда больше и лапы его не будет в кошачьей переноске. Фелине было его очень жалко.

– Утром в Призрачном Лесу будет не менее жутко, здесь всегда ночь, – сказала Тучка. – А нам нужно раздобыть свет глаз осла как можно скорее, чтобы спасти родителей Фелины.

Ведьма размахивала зонтиком, от света отшатывались белые полупрозрачные силуэты. Эти существа, перешёптываясь, следовали за ними.

– Кроме того, призраков нечего бояться, я уже сто раз говорила.

– Призраков? – благоговейно шепнула Фелина.

В ту же секунду её лица коснулось чьё-то прохладное дыхание. Притормозив, девочка обернулась в замешательстве, но без света, исходящего от зонта, она видела позади лишь непроглядную черноту.

Совсем рядом в подлеске что-то прошуршало, Фелина задохнулась от испуга и быстро догнала попутчиков.

– Я не п-привидений боюсь, а его, – в ужасе промямлил Пуговка.

Хвост кота беспокойно подёргивался, а когда Фелина его погладила, шерсть у него на спине встала дыбом.

– Разбираться с ним предоставь мне, – сказала Тучка.

– А «он» – это кто? – спросила Фелина.

По коже у неё побежали мурашки. Она с восхищением – и немного со страхом – озиралась по сторонам, напрягая зрение, чтобы в скупом свете от зонтика разглядеть как можно больше из того, что её окружало.

Призрачный Лес, туманный и тёмный, казался феноменально жутким. Среди чёрных-пречёрных теней уходили ввысь белые, как мел, сучковатые стволы. Голые ветви их напоминали скрюченные пальцы, тянувшиеся к трём непрошеным гостям. Между стволами в дымке перемещались призрачные фигуры. Вокруг стоял шелест, однако не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка и во всём лесу не было ни одного листика.

– Он – совершенно обычный житель Призрачного Леса, – как бы между прочим сказала Тучка.

Пуговка засмеялся, но в смехе слышалось отчаяние.

– Да. Вот только «обычные жители» тут призраки, монстры, ночные духи и всякая прочая нечисть.

Вздрогнув, Фелина широко улыбнулась:

– Класс!

– Н-нет, н-не класс, – заикаясь, отозвался Пуговка. – П-половина этих существ ест кошек!

Вдали раздался протяжный вой, похожий на…

– Не бойтесь,